ЛитМир - Электронная Библиотека

На потом она подумала, что если, не снимет трубку, он сам приедет к ней из Санта-Барбары без всякого предупреждения. Haкaнуне вечерам она звонила ему, в Санта-Барбару и бодро солгала, что чувствует себя немного лучше.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, Рейвен сняла трубку.

Звонила Холли. Извинившись за беспокойство, она спросила, не знает ли Рейвен адрес Джейсона Коула.

– Конечна, знаю. Собственно говоря, он живет недалеко от моего дома, – нахмурилась Рейвен, потирая лоб. – Но разве он не у вас? Его секретарша сказала мне, что, он проведет весь уик-энд на Аляске, в Kaдьякe.

– Я звоню не из Кадьяка, а из Сиэтла, – пояснила Холли. – Вчера Джейсон тоже был здесь, на потом... в общем, это длинная история. Он оставил мне номер своего домашнего, телефона, чтобы я позвонила ему, но я решила сегодня же прилететь в Лос-Анджелес, чтобы встретиться с ним лично. Но если вы считаете, что, это... что вы не должны разглашать эти сведения, то...

– Нет-нет, – торопливо возразила Рейвен. – Подождите немного, Холли, я только достану свой блокнот...

Рейвен встала с кресла, машинально хватаясь за подлокотник в ожидании приступа дурноты, которые так часто накатывали на нее несколько, дней, но, к ее удивлению, никакой дурноты она не почувствовала, хотя потеряла очень много крови.

Больше того. Она чувствовала себя совершенно здоровой! Удивляясь собственным ощущениям; Рейвен пошла в гостиную за своим блокнотом, потом вернулась к телефону и продиктовала Холли домашний адрес Джейсона Коула.

– С вами все в порядке, Рейвен? – раздался в трубке сочувственный голос Холли. – У вас такой печальный голос...

– Мне действительно не по себе, – неожиданно для самой себя призналась Рейвен.

– Что с вами случилось? – участливо спросила Холли. – Я прилечу в Лос-Анджелес в половине шестого. Может, мне зайти к вам?

У Рейвен сдавило горло от благодарных слез.

– Спасибо, Холли, но я должна сама с этим справиться: К тому жe мне надо как следует выспаться...

– Вы уверены, что вам не нужна моя помощь?

– Да, вполне уверена, – заставила себя улыбнуться Рейвен. – Со мной все будет в порядке. Буду рада встретиться с вами как-нибудь в другой раз.

– Мне бы тоже хотелось лично познакомиться с вами, Рейвен.

На этом их разговор закончился.

Рейвен долго смотрела на телефон, размышляя о том, что ей нужно позвонить сначала доктору Саре Роквелл, а потом Нику.

Сара просила немедленно сообщить ей, если что-нибудь будет не так, но Peйвен, не понимая, что подвергает себя серьезной опасности, решила не звонить, а просто явиться завтра к ней в кабинет.

Однако связаться с Ником было необходимо. Она хотела сообщить ему, что боли прекратились и что она намерена сейчас же лечь спать. Это позволит ей избежaть его встревоженных звонков.

Прежде чем снова увидеться с Ником; ей необходимо было собраться с силами.

Беременность закончилась печально, но, странное дело, Рейвен все еще продолжала чувствовать ее симптомы: близкие слезы, резкие перепады настроения, напряженность сосков.

Поначалу она была озабочена этим, но потом даже обрадовалась этой иллюзии продолжавшейся желанной беременности..

Когда она наконец позвонила Нику, оказалось, что он уехал на верховую прогулку с девочками. Рейвен сказала подошедшей к телефону матери Ника, что ей теперь гораздо лучше, что она хочет как следует отоспаться и поговорит с Ником завтра утром.

Глава 30

Холли не удалось неожиданно появиться на пороге квартиры Джейсона. Знаменитый актер и режиссер жил в пентхаусе тщательно охраняемого многоквартирного дома. Как только она вошла в отделанный мрамором холл, дорогу ей вежливо, но решительно преградил привратник грозного вида.

Выслушав ее объяснения, он предложил ей оставить вещи внизу, в комнате для гостей, и тут же позвонил по внутренне и связи в квартиру Джейсона Коула. Спустя несколько секунд Холли уже поднималась в специальном лифте на самый верхний этаж дома.

Открылись двери, и на пороге пентхауса показался улыбающийся Джейсон.

– Здравствуй, Холли!

– Мне необходимо поговорить с тобой, – стараясь не выдать волнения, произнесла она.

– Входи!

Джейсон провел ее в гостиную, где Холли, отказавшись присесть на удобный диван, встала позади него, словно щитом, прикрываясь его массивной спинкой.

– Джейсон, мне необходимо кое-что у тебя выяснить, – тихим, но решительным голосом сказала она.

– Спрашивай, я готов ответить на все твои вопросы.

Сделав глубокий вдох для успокоения, Холли произнесла давно отрепетированную мысленно фразу:

– Я хочу знать: могло ли случиться так, что мы с тобой провели бы весь уик-энд всего в нескольких милях от дома моего отца, а ты бы так и не сказал мне, что нашел его?

– Да, могло, – спокойно ответил Джейсон.

Это спокойное признание неожиданно взбесило ее.

Как он смел присвоить себе право лишить ее отца во второй раз?!

Для Холли встреча с живым отцом была невероятным счастьем, хотя она сама все эти годы, не искала его и наверняка никогда бы не узнала о том, что ее отец, жив и давно разыскивает ее. Но для Лоренса эти семнадцать лет бесплодных поисков были мучительным испытанием. Неужели Джейсон так жесток, что мог никогда не сказать ему о том, что его дочь Холли жива и что он даже знает, где она живет?!

Да, он мог сделать это. Он сам только что подтвердил ее худшие предположения. Теперь ей не оставалось ничего иного, кроме как уйти. Уйти навсегда. И больше не вспоминать об этом удивительном и одновременно очень жестоком человеке. Однако, ее сердце жаждало объяснений такой жестокости.

– Но почему?! Если бы я рассказала тебе, что не помню своего отца или что в детстве мы часто ссорились, ты бы со спокойным сердцем оставил и его и меня в полном неведении?

Джейсон видел обиду Холли чувствовал, ее уверенность в том, что он совершил предательство по отношению к, ней, и ее отцу. Он понимал, что теперь ему придется сражаться за ее любовь, и единственным оружием могла быть только правда.

– Если бы я был уверен в том, что встреча с отцом принесет тебе больше горя, чем счастья, я бы не сказал тебе о том, что он жив.

– Если бы ты был уверен! Если знаменитый кинорежиссер счел бы сцену встречи неудачной, то он и и вовсе не стал бы ее устраивать?!

– Да, Холли, именно это я и хочу сказать.

– Джейсон, я многим тебе обязана, но теперь я готова возненавидеть тебя...

– Позволь мне объяснить свои намерения, – мягко остановил ее гневный монолог Джейсон.

В ответ Холли нехотя кивнула. Она не могла говорить, потому что душившая ее ярость внезапно утихла под ласковым взглядом Джейсона.

– Представь себе на минуту, что мы персонажи твоего романа, – тихо начал он. – Ты главная героиня, а я герой.

– Ни один из сотворенных мною героев не поступил бы так жестоко, как ты! – вырвалось у нее.

– Ты ошибаешься, Холли. Я прочитал все твои книги и знаю, что в подобных обстоятельствах твои герои поступили бы точно так же, как я. И мотивы их поведения были бы такими же, как мои.

Он сделал паузу, пристально глядя в огромные глаза притихшей Холли.

– Твой отец вполне мог оказаться монстром. Он мог оказаться жестоким самодуром, а то и насильником собственной дочери. Я не мог позволить судьбе нанести тебе еще один удар. Мне необходимо было убедиться, что твой отец действительно любит тебя и что ты сама не питаешь к нему неприязни, а то и обостренной ненависти. Разве не так поступили бы герои твоих книг?

На этот вопрос Холли могла дать только положительный ответ. Джейсон увидел, как тень сомнения тает в ее глазах, уступая место искрящейся надежде.

– Я люблю тебя, Холли. Именно поэтому и сделал так, как сделал. Я люблю тебя.

– Ах, Джейсон!..

Он шагнул к ней и увидел в ее глазах нескрываемую любовь и надежду на счастье.

Еще вчера Джейсон с нетерпением ждал этого сладостного момента, когда они оба откроют друг другу свои глубокие чувства, но теперь он не смел шевельнуться. Затаив дыхание, он наслаждался минутой высшего блаженства, упиваясь любовью, которая светилась в огромных глазах желанной женщины.

63
{"b":"26143","o":1}