ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Хорошо, — согласилась она, с некоторым удивлением прочтя во взгляде принца неуверенность. — Над чем же? — улыбнулась Кэтрин.

— Я хочу, чтобы за время нашей разлуки ты подумала, согласна ли выйти за меня замуж?

— Ах Ален! — Удивленный взгляд Кэтрин засветился счастьем, прежде чем ответ слетел с ее уст. — Мне не требуется десяти дней на размышление. Да, я выйду за тебя замуж.

— Правда?

— Разумеется, выйду, — повторила Кэтрин, бросаясь в его объятия. — Я люблю тебя, Ален.

— И я люблю тебя, Кэтрин, — прошептал Ален, лаская губами ее шелковистые волосы. — Я люблю тебя и следующие десять дней буду очень по тебе скучать.

— Я тоже буду скучать, — призналась Кэтрин и с улыбкой напомнила:

— Но ты будешь очень занят с друзьями, которых игнорировал все это время.

— А ты прекрасно проведешь время, отправившись с Алексой к своим родителям. — Ален тоже улыбнулся и ласково пообещал:

— И это будет последнее Рождество, которое мы проведем вдали друг от друга.

Обещание звучало нежно и мило, но Кэтрин вдруг почувствовала какое-то ледяное дуновение — словно ожили забытые призраки прошлого: ровно год назад, в то же самое воскресенье в декабре, Джеймс дал Кэтрин точно такое же обещание.

— Да, последнее Рождество в разлуке, — повторила она, все еще содрогаясь от леденящих прикосновений призраков ее первой любви.

Их прекрасная, уединенная любовь с Джеймсом была тайной, и когда она умерла, об этом знали только они двое. Такая таинственность теперь напугала Кэтрин, словно скрываемая любовь была обречена, а Кэт хотелось, чтобы их теплая, нежная любовь с Аленом длилась вечно.

— Могу я сказать Алексе и родителям, что мы решили пожениться?

— Конечно. А я могу сказать Натали? Она так обрадуется! Она уже считает тебя своей сестрой.

— О да, пожалуйста, скажи ей.

— Натали наверняка захочет заняться дизайном твоего обручального кольца.

— Да, конечно, почему бы и нет? — Кэтрин засмеялась. — Натали одаренный дизайнер. Она могла бы придумать потрясающее обручальное кольцо — настоящее произведение искусства, но…

— Но, Кэтрин, кольцо должно быть таким, как ты хочешь. — Ален спокойно ответил на не высказанное беспокойство о том, что дизайн Натали может быть замечательным, но не в их стиле.

— И как хочешь ты.

— Я думал, возможно, это будет букет изумрудов и рубинов.

— Я люблю тебя, — ответила Кэтрин на его легкую иронию.

Букет изумрудов и рубинов, разумеется, будет выглядеть ужасно, но Ален просто предлагал нечто, как можно более далекое от очевидного решения: к изумительным синим глазам Кэтрин более всего подошли бы изумительные синие сапфиры. Кэтрин рассказала Алену о сапфирах, которые она уже получила как символ любви — от матери и от Джеймса, и сейчас поняла, что ирония Алена была деликатным напоминанием, что он никогда не подарит ей камни, которые будут бередить затянувшиеся раны.

— Я тоже люблю тебя, Кэтрин. — И, немного помолчав, признался:

— Вообще-то я уже думал о твоем обручальном кольце.

— И что?

— Мне кажется, бриллиант — простой и элегантный ограненный солитер в тонкой оправе из белого и желтого золота вполне подойдет.

— Ах, Ален, это будет изумительно!

— В конце концов, оставят они меня в покое хотя бы на день? — раздраженно усмехнулась Алекса и, положив трубку, посмотрела на Кэтрин, с которой они до звонка наслаждались завтраком.

— Что за ужасная вещь приключилась? — поинтересовалась Кэтрин.

— Они хотят, чтобы я сегодня работала! Кэт, я вчера вернулась после одиннадцати вечера с твердым обещанием режиссера, что в обмен на поздние съемки вчера сегодня получу выходной.

— Так оно и было. А теперь ты снова им нужна?

— Только до полудня. И кажется, мне следует взять с них письменное обязательство. Теперь режиссер говорит, что, если закончим съемку сцены сегодня, больше на этой неделе я им не понадоблюсь. А это значит, что я буду свободна до конца Рождества.

— Звучит неплохо.

— Звучит очень хорошо, да? Еще лучше было бы послать их подальше. Ну да ладно. Думаю, ты подбросишь меня по пути, а после съемок я доберусь домой на такси.

— Алекса, моя репетиция закончится к полудню. Так что я могу заехать за тобой на студию и подождать.

— Ах нет, Кэт, если не возражаешь, я хотела, чтобы ты встретила Джеймса.

— Джеймса? — удивилась Кэтрин.

— Да. Он позвонил вчера после обеда в студию. Насколько я поняла, он триумфально закончил свои переговоры в Колумбии и сегодня возвращается домой. По расписанию его самолет прибудет в аэропорт в час пятнадцать, и я сказала, что встречу его.

— Ты всегда его встречаешь?

— Нет. Но сегодня — ровно год со дня гибели его родителей, и я подумала… — Алекса пожала плечами. — Я, естественно, не сказала этого Джеймсу и не знаю, будет ли он сегодня больше грустить о них, чем в любой другой день, но…

— Но что?

— По-моему, он не против, чтобы его встретили. Не говоря уже о том, что сейчас Рождество, а он так одинок. Надеюсь, что Джеймс присоединится к нам в рождественский ужин. Может быть, ты и пригласишь его? Кэт, так ты можешь встретить Джеймса? Не возражаешь?

— Нет, конечно, не возражаю.

— Замечательно! Спасибо. Если хочешь, пригласи его на ужин и сегодня. Роберт рассчитывает приехать к шести.

Строя планы своей будущей любви, они говорили о том, как это романтично — встречать друг друга в аэропортах. И пообещали, что никогда не будут разлучаться более чем на неделю; и каждый при этом думал: а не слишком ли долгий срок и неделя?

Кэтрин не видела Джеймса со дня их прощания на Иле, в июле… Сегодня исполнился ровно год с того самого дня, когда прекрасные планы их прекрасной тайной любви начали умирать.

Но когда Джеймс, выйдя из самолета, увидел Кэтрин, ему показалось, что прошедшего года вовсе не было и их радостная, сказочная любовь жива, все еще цветет. Джеймс, разумеется, никак не ожидал встретить Кэт в аэропорту и был совершенно беззащитен в этот момент. Его непокорное сердце откликнулось прежде разума, а в его взгляде, полном нескрываемого желания и любви, отразились мгновенная радость и дерзкие мечты.

100
{"b":"26145","o":1}