ЛитМир - Электронная Библиотека

Доктор Коултон в здравом уме, решили они. Психически здоров. Он даже согласился, что его диета, пусть и не слишком приятная, должна состоять только из жидких питательных веществ, которые они ему давали, из простых Сахаров и основных аминокислот.

Он обещал, что будет пить жидкие лекарства. По крайней мере, поправил Джеймс себя мысленно, пока он не встретится с ней. С ней же он будет пить горячий шоколад. Хотя — в нем заговорил врач — он повременит с употреблением вкусных орешков, ведь они не слишком хорошо действуют на человека даже со здоровым обменом веществ.

Горячий шоколад — достаточно калорийный продукт.

Он возьмет с собой — обещал врачам доктор Джейс Коултон — запас пудры, из которой изготавливаются жидкие лекарства, и будет принимать еду несколько раз в течение суток. По возможности как можно чаще.

Тем не менее он покидает госпиталь, несмотря на неудовлетворительные показатели крови, тремор и кошмарное состояние рук.

Ему потребуется не одна хирургическая операция. Они будут проведены в Чикаго коллегами и специалистами после того, как улучшатся его общие медицинские показатели.

Все кости его рук должны быть снова сломаны и укреплены стальными стержнями.

После этих болезненных операций и нескольких месяцев реабилитации травмохирург снова обретет способность оперировать.

Но он уже может оперировать. Он это сделал в пустыне. И весьма успешно.

Джейс отказался в Лондоне от всяких средств, предложенных ему хирургом для лечения рук. Никакого гипса, штырей, толстых перчаток из белоснежной марли. Ничего такого, что помешает его пальцам коснуться и ощутить щеку любимой.

Джулия не испытает отвращения к его обезображенным рукам. Она когда-то любила маленькую сестренку с такими руками. А вот все остальные будут испытывать отвращение — те же самые незнакомые люди, которые еще недавно восхищались его мужской красотой.

Сейчас Джейс Коултон был похож на скелет, на привидение, и люди сворачивали в сторону, когда он приближался, как это делали покупатели рождественских сувениров, когда появлялась Эдвина Энн Хейли.

Джейсу в госпиталь доставили его вещевой мешок для личных вещей. Это было сделано по его настоятельной просьбе. Вещевой мешок с кентерфилдзским ангелом привезли из штаба организации на Чаринг-Кросс-роуд. Его чемоданы с лондонской и чикагской одеждой, равно как и его бумажник, кредитные карты и наличность, также были доставлены в госпиталь.

«Бритиш эруэйз» была счастлива продать командированному скелету два билета первого класса на беспосадочный рейс в Сиэтл. Однако нужно было знать, нет ли у него какой-нибудь заразной болезни. И когда он заверил, что у него подобного заболевания нет и что он на самом деле тот самый Джейс Коултон, что подтверждало фото на паспорте, агент по продаже билетов попытался выяснить, кто из медсестер или врачей будет сопровождать его в полете.

Джейс вынужден был солгать. Его компаньон по путешествию, для которого он купил билет на место 2В, позаботится о нем лучше всех других. Как она заботилась, молча уточнил он, все эти месяцы, оставаясь видимой только ему.

Лишь во время полета Джейс Коултон понял, насколько утомлен и возбужден его мозг.

Будет уже поздний вечер, когда он доберется до дома Джулии на Хоторн-Хиллз. Она, пожалуй, еще не ляжет спать. Но вполне может дремать в бабушкином кресле.

Волосы ее будут всклокочены, щеки порозовеют, а лавандовые глаза вспыхнут и засветятся, когда она откроет ему дверь.

Будет радость. Горячие приветствия и любовь. И никакого шока. Никакого ужаса. Потому что Джулия хорошо знала, в какой скелет он превратился. В конце концов, она видела его за четыре дня до этого, а также во время его пребывания в лесу и в пустыне.

Она без малейшего колебания дотронется до его лица. А он дотронется до нее.

Шок может случиться потом, когда она увидит его руки. Она не видела их раньше, не знала, во что они превратились, потому что он прятал их от нее, чтобы она не догадалась о его мучениях.

Подобно тому как Джулия прятала от него свою беременность. Хотя ему следовало бы об этом догадаться, потому что с каждым месяцем волосы у нее отрастали все длиннее, она специально их отращивала, как будто хотела предложить их маленьким ручонкам, которые находились пока еще в утробе, но в один прекрасный день вцепятся в их черный глянцевитый шелк.

Сегодня в Эмералд-Сити беременность Джулии больше не будет скрываться, как и он не будет скрывать свои руки. Он дотронется этими руками — она позволит ему и даже направит их — до ее живота, где росла и приплясывала их драгоценная Джози. А потом…

Потом, в середине полета, Джейс осознал все безрассудство своих фантазий о предстоящей радости.

Джулия может быть рада, а может и не быть рада его видеть. Конечно, она будет рада, что он жив. Но эту радость она могла пережить несколько дней назад, когда стало известно о его освобождении.

Прошло восемь месяцев, как он в последний раз видел Джулию. Восемь месяцев. А знала она с того декабря только ложь, в которую он заставил ее поверить, — ложь о том, что он больше ее не любит.

Все остальное было лишь фантазией. Мечтами. Сновидениями. Его сновидениями.

И вот сейчас он летел над землей и планировал уже в этот вечер выбраться из своих сновидений и оказаться в ее объятиях. Он был всего-навсего скелет, трясущееся привидение, у которого тремор стал еще более ярко выраженным за те часы, когда он покинул госпиталь вопреки здравым медицинским советам.

Разумеется, Джулия пригласит его к себе. У нее достанет на это великодушия. И будет внимательно и задумчиво слушать его, когда он попытается все объяснить. И горячий шоколад, конечно же, будет. Она приготовит дымящуюся кружку шоколада для трясущегося привидения.

И может, в силу очевидности того, что он нуждается в отдыхе, она пригласит его в постель.

Джейс понял, находясь над землей, что его путешествие к ней не должно завершиться сегодня. Ему нужно полежать одному, постараться выспаться и попробовать отделить фантазии от реальности. Утром, когда у него появится способность мыслить более логично и когда он сможет хотя бы некоторое время стоять не качаясь и сидеть, не боясь свалиться на пол, он отправится к ней.

Утром, а не сегодня ночью.

Джейс заказал по телефону из самолета номер в отеле «Серебряное облако», что звучало для него так, словно он находился во сне, и спросил, как добраться из аэропорта до отеля.

Это очень легко, заверил его приятный голос. Особенно во время сумерек, когда его самолет должен прилететь. Сегодня будний день, и дорога не будет перегружена.

Джейс до этого не планировал брать напрокат машину. Но сейчас ему нужна была машина, чтобы он мог поехать к Джулии утром, без задержки, сразу же, как только почувствует в себе силы для этого.

И езда до отеля «Серебряное облако», несмотря на его искалеченные руки и не слишком четко работающий мозг, не казалась ему такой уж трудной. Он будет вести машину аккуратно, осторожно, в самом крайнем правом ряду.

Он заказал машину по телефону прямо в воздухе. Поскольку он был привилегированный клиент и его подпись значилась в файле, ему пообещали, что машина будет готова без всякой бумажной волокиты.

Так оно и оказалось.

Он аккуратно и осторожно вел машину по автомагистрали, которая сейчас, в сумерки, была, к счастью, свободна от транспорта. И гораздо быстрее, чем он ожидал, он увидел впереди выезд на озеро Монтлейк.

Он съехал с магистрали, повернул налево и теперь должен был благополучно достичь места назначения.

Утром он будет чувствовать себя гораздо лучше, он будет гораздо сильнее. Для нее. А сейчас он пересечет мост, минует стадион, вот эту больницу и…

И тут Джейс Коултон почувствовал, что не может дышать. Он судорожно хватал ртом воздух, в котором не было кислорода.

Сердце его отчаянно билось. Трепыхалось. Улетало. Мысли в голове смешались.

Он умрет через минуту. Или через две. Если не повидает Джулию сейчас. Или Джози.

45
{"b":"26146","o":1}