ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Снаружи послышались звуки сирен, и полицейские машины стали заполнять посыпанный гравием двор, принося с собой назойливое внимание внешнего мира.

В один прекрасный день в конце августа...

В один прекрасный день в конце августа потерявшаяся когда-то женщина, которая теперь просила своих знакомых называть ее Норой Керлью, а не Норой Ченсел, проехала без доклада через ворота на Маунт-авеню и по петляющей дороге направилась к «Тополям». Вскоре после того как отец выставил Дэйви из дому, его, как и предполагала Нора, упросили вернуться, и теперь он снова жил в бывших апартаментах Джеффри Деодато над гаражом.

Оставшись одна в доме на Крукид Майл-роуд, Нора провела последнюю неделю, отвечая на беспрестанные телефонные звонки и принимая постоянно подъезжающих к дому репортеров и съемочные бригады, которые рвались поговорить с женщиной, застрелившей Дика Дарта. Ей также пришлось бороться с неотвратимыми изменениями в личной жизни. Даже после того, как Нора сказала Дэйви, что хочет получить развод, он продолжал настаивать на том, что они должны жить вместе, но Нора отказалась. Она отказалась и от предложения переехать к нему в квартиру над гаражом, где Дэйви уже чувствовал себя как дома.

«Ты предал меня — сообщил агентам ФБР, где меня искать», — сказала Нора, на что Дэйви ответил: «Я пытался помочь тебе». Тогда Нора сказала: «Между нами все кончено, я ни в какой твоей помощи не нуждаюсь».

Вскоре после этого разговора Нора позвонила Джеффри, который уже выписался из больницы и теперь набирался сил в доме своей матери, чтобы сообщить, что скоро навестит его.

Элден Ченсел, чье отношение к Норе претерпело серьезные изменения, попытался способствовать ее воссоединению с Дэйви, обещав построить им отдельный дом, эдакие «Тополя» в миниатюре, но Нора отклонила и это предложение. Она упаковала все самое необходимое — вещей оказалось на удивление мало — и хотела отправиться туда, где почти никто не знает, кто она или что она сделала. Нору начинало серьезно раздражать пристальное внимание общественности, она понимала, что репортеры еще долго будут донимать ее, и хотела скрыться до нового взрыва активности средств массовой информации. Тем временем три дела оставались незавершенными. Первым из них был визит к Элдену Ченселу.

Мария заулыбалась, увидев Нору:

— Мисс Нора! Мистер Дэйви у себя в квартире.

Через несколько дней после того, как Ченселы отказались от услуг Марии, ее позвали обратно. Судебный иск против «Ченсел-Хауса» был отозван, и Эллен больше не боялся разоблачений, связанных с именем Кэтрин Маннхейм.

— Я пришла не к Дэйви, Мария, поэтому не говорите ему, пожалуйста, о моем приезде, — попросила Нора — Мне надо поговорить с мистером Ченселом. Он у себя?

Мария кивнула.

— Заходите. Он будет рад видеть вас Я сейчас позову его.

Она направилась к лестнице, а Нора прошла в гостиную и присела на один из длинных диванов.

Через несколько минут, излучая удовольствие, приветливость и обаяние, в гостиную стремительно вошел Элден Ченсел. На нем был один из костюмов адмирала яхт-клуба: белые брюки, синий двубортный блейзер, белая рубашка и щеголеватый шейный платок. Нора встала и улыбнулась ему.

— Нора! Я так обрадовался, когда Мария сообщила мне, что ты здесь. Надеюсь, это означает, что мы сможем наконец покончить с недоразумениями, возникшими между нами, и снова подружимся. Нам с Дэйви нужна женщина в доме, и ты единственная, кто подходит на эту роль. — Элден поцеловал ее в щеку.

Неделю назад, объявив Элдену, что она сыта по горло его оскорблениями, ложью и изменами, Дэйзи перебралась из «Тополей» в номер отеля «Карлайл» в Нью-Йорке и отказывалась оттуда уезжать куда бы то ни было. Она не желала ни встречаться, ни разговаривать с Элденом. Дэйзи оправилась от нервного срыва, перестала смотреть мыльные оперы и твердо решила не возвращаться больше в свою тюрьму и продолжить работу над книгой. Во время одного из телефонных звонков Норы Дэйви сказал, что его мать «снова жаждет жизни» и сообщила сыну, что он «освободил ее», узнав правду о своем рождении. Дэйви был сбит с толку бунтом матери, чего не скажешь о Норе.

— Как это мило с вашей стороны, Элден, — сказала она.

— Может быть, стоит позвать Дэйви, чтобы он тоже поучаствовал в нашем разговоре? Или решим все сами? Думаю, так будет лучше, хотя в любой момент, когда тебе захочется позвать Дэйви, — скажи только одно слово.

Коммерческие возможности, появившиеся у Норы после всего, что случилось в «Береге», произвели сильное впечатление на Элдена, и из разговоров с Дэйви она знала, что его отец очень рассчитывает первым опубликовать рассказ о путешествиях Норы с Диком Дартом. Автора подберут позже. При одном упоминании о ее «настоящем, невымышленном детективном романе» у Элдена начинало учащенно биться сердце — «трип-трэп, трип-трэп», как писала в своей книге Дэйзи. Но самым необоримым побуждением к возникновению родственных чувств Элдена к невестке стало то, что узнала Нора в Нортхэмптоне. Элден не хотел, чтобы Нора предавала огласке ни тайну рождения романов Драйвера, ни тайну появления на свет его сына.

— Почему бы нам не поговорить пока с глазу на глаз? — сказала Нора.

— Люблю иметь дело с хорошим партнером по переговорам, просто обожаю. Поверь мне Нора, мы придем к соглашению, которое очень тебе понравится. Между нами возникали определенные трудности, но теперь с ними покончено. С этого момента мы знаем, с чего начать.

— Полностью с вами согласна.

Элден провел ладонью по руке Норы.

— Надеюсь, ты знаешь, что я всегда считал тебя необычайно интересной женщиной. Я хотел бы узнать тебя получше и чтобы ты получше узнала меня и поняла. У нас столько общего... Хочешь чего-нибудь выпить?

— Не сейчас.

— Тогда давай пройдем в библиотеку и приступим к делу. Должен сказать тебе, Нора, что я с нетерпением ждал этого момента.

— Вот как?

Элден взял Нору под руку.

— Мы ведь одна семья, Нора, и должны позаботиться друг о друге. — В библиотеке он указал Норе на тот же кожаный диван, на котором им с Дэйви пришлось выслушать его ультиматум. Откинувшись на спинку кресла, в котором он в тот вечер сидел, мистер Ченсел положил ногу на ногу и опустил на колено руки.

— Мне нравится, как ты до сих пор общалась с прессой. Ты подогреваешь интерес к себе, и вот как раз теперь настал самый подходящий момент для того, чтобы во сто крат усилить заинтересованность прессы. Причем нам с тобой не нужны агенты, не так ли?

— Конечно же нет.

— Я знаю лучших архитекторов в округе Нью-Йорка. Вместе мы построим нечто столь грандиозное, что дом на Крукид Майл-роуд покажется просто сараем. Но это долгосрочный проект. Мы еще насладимся удовольствием от его обсуждения, но позже. Ты ведь обдумывала сумму аванса за книгу? Скажи мне свои условия. Возможно, мои приятно удивят тебя.

— Я не собираюсь писать книгу, Элден, и дом мне не нужен.

Элден вытянул и скрестил ноги, взялся рукой за подбородок и попытался выглядеть вежливым, обдумывая про себя, сколько же денег потребует Нора.

— Дэйви и я хотели бы разрешить эту ситуацию так, чтобы хорошо было нам всем — троим.

— Элден, я пришла сюда не для переговоров.

Он улыбнулся ей.

— Почему бы тебе не сообщить мне, чего ты хочешь, — и я дам тебе это.

— Я хочу всего лишь одну вещь.

Элден развел руками.

— Если только это в моей власти, она — твоя!

— Я хочу увидеть рукопись «Ночного путешествия».

Элден пристально смотрел на Нору на три секунды дольше, чем следовало.

— Дэйви спрашивал меня об этом, черт побери, еще десять лет назад. Но рукопись утеряна. Мне самому очень хотелось бы иметь ее.

— Вы лжете мне, — сказала Нора. — Ваш отец никогда ничего не выбрасывал. Чтобы понять это, достаточно взглянуть на чердак его дома и кладовку в его офисе. Но даже если бы все было по-другому, он сохранил бы рукопись. Ведь она стала основой величайшего успеха в его жизни. Все, чего я хочу, — это взглянуть на нее.

136
{"b":"26155","o":1}