ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Именно на этой невеселой мысли Дэйви вдруг услышал шаги на лестнице, ведущей к комнатам для прислуги. Он замер. Все похолодело у него внутри, словно он действительно был взломщиком, которого вот-вот застигнут на месте преступления. На цыпочках он подкрался к выключателю у лестницы, ведущей в главную часть чердака, погасил свет и, скорчившись за китайской ширмой в тяжелой деревянной раме, затаился.

Человек, поднимавшийся по лестнице, оказался у комнат для прислуги всего лишь через несколько секунд после того как Дэйви нашел укрытие. Шаги уже глухо звучали по деревянным чердачным доскам. Выглянув из-за ширмы, Дэйви увидел полоску света под дверью, отделявшей комнаты прислуги от остальной части чердака. Он отпрянул за ширму. Шаги приближались к двери. Сидя на корточках, Дэйви сжался в комок и закрыл голову руками. Дверь распахнулась, и в глаза ему ударил поток света, вмиг залившего все помещение.

«Кто здесь?» — воскликнул незнакомый голос.

Шаги у самой ширмы. Дэйви вскочил, подняв кулаки навстречу подкрадывающейся тени. Тень удивленно хмыкнула и упредила бросок Дэйви ударом, попавшим ему в правую руку, — руку отбросило Дэйви в переносицу; на одежду струей хлынула кровь, и от внезапной волны боли потемнело в глазах. Виском он врезался в массивную раму ширмы.

Рука вцепилась ему в волосы и резко и больно дернула вверх.

«Зачем, черт побери, вы это сделали?»

Сверху вниз на него смотрело полное тревоги лицо Джеффри.

«Я думал, это кто-то другой», — проговорил Дэйви.

«Вы напали на меня, — недоумевал Джеффри, — Вы выскочили как...»

«Как привидение. Простите...»

«Простите и вы меня», — сказал Джеффри.

Ухватившись за стойку массивного торшера, Дэйви откинул голову назад, и в горло неторопливо полилась теплая соленая кровь.

«Наверное, я испугался, — сказал он. — А как вы узнали, что здесь кто-то есть? Я думал, вы по уик-эндам выходной...»

«Я увидел из окна, как здесь зажегся свет».

Дэйви вытянул из кармана платок, вытер им лицо, а затем приложил к носу.

«Скажите, Джеффри...»

«Да?»

«Это правда, что вы учились в Гарварде?»

«Если и учился, то надеюсь, никто об этом не узнает».

Дэйви сглотнул слюну. Все лицо его болело.

Около получаса он оттирал пол чердака от крови, потом спустился к себе в ванную, вымыл лицо и руки, прошел в спальню и там заснул прямо поверх покрывала, вытянувшись на кровати с холодным компрессом на лице. Проснулся он как раз вовремя, чтобы успеть принять душ и переодеться к обеду. Нос его распух, а на правом виске вскочила багровая шишка. Когда за обедом Дэйви объяснил, что ударил сам себя по лицу дверью спальни, Элден сказал:

«Странно: когда заводишь детей, никто не предупреждает, сколько вранья тебе придется выслушивать на протяжении ближайших тридцати-сорока лет».

«О, Эллен», — пробормотала Дэйзи.

"Если он говорит, что сам себя ударил дверью, — это значит, что ему кто-то влепил простой левый свинг[6]".

«Кто-то ударил тебя по голове, дорогой?» — участливо спросила Дэйзи.

«Раз уж ты спрашиваешь — да. Мы с Джеффри слегка друг друга не поняли».

Элден рассмеялся:

«Если бы Джеффри ударил тебя по голове, ты в неделю провел в больнице».

* * *

На следующий день в половину первого пополудни Дэйви принес в столовую спасенные им копии романов матери и положил их себе под стул. Отец удивленно выгнул бровь, но Дэйзи, похоже, ничего не заметила. Не дожидаясь указаний, Мария принесла им всем по «Кровавой Мэри».

За «Кровавой Мэри» последовала бутылка «Бароло» и суп, в котором мелко нарезанные яйца, крапинки петрушки, паста и соус пестро кружились в курином бульоне. Дэйви выпил полбокала вина и нервно, с жадностью расправился с супом. На второе подали домашние равиоли с грибами и сыром «Горгонцола», затем последовало нежное говяжье филе с картофельными крокетами. Мария объявила, что в честь мистера Дэйви приготовила цабальоне и подаст его через несколько минут. Неужели они едят так обильно по уик-эндам? Или ежедневно по вечерам? Тогда неудивительно, что Дэйзи кажется еще более опухшей, чем всегда. А вот Элден абсолютно не изменился. Дэйви сказал, что не знает другой такой превосходной кухарки, как Мария.

«Обычное дело, сынок», — сказал на это Элден.

В наступившей после слов отца тишине Дэйви решил вручить наконец матери свой подарок.

«Мам, а у меня кое-что для тебя есть».

«Ну-ка, ну-ка...»

Не желая сообщать Элдену, что проводил изыскания в подвале издательства, он солгал, что как-то на прошлой неделе обнаружил эти книги в одном из магазинчиков на Стрэнде. Он надеется, что матери будет приятно снова увидеть свои произведения. Встав со стула, он наклонился за пакетом с книгами.

Дэйзи буквально вцепилась в пакет, вынула из него книги, улыбнулась знакомым обложкам и раскрыла один из романов. Глаза ее увлажнились, а лицо густо покраснело, став похожим на маску. Положив книги на край стола, Дэйзи отвернулась. Думая, что она растрогана подарком, Дэйви сказал:

«Они в таком хорошем состоянии».

Дэйзи набрала в легкие побольше воздуха и издала устрашающий звук, сразу перешедший в вопль. Отшвырнув назад стул, она бросилась прочь из комнаты как раз в тот самый момент, когда вошла Мария с чашками цабальоне на серебряном подносе. Сбитый с толку Дэйви заглянул на титульный лист первой книги и увидел надпись, сделанную заметно более четким и решительным почерком, чем он привык видеть у матери: «Моему любимому Элдену от его изумленной и восторженной Дэйзи».

25

В предыдущий четверг, в восемь вечера, Дэйви с зажатым под мышкой плоским пакетом неуверенно переминался с ноги на ногу перед дверью ресторана «Драконово семя» на Элизабет-стрит, переводя взгляд с двери ресторана на бумажку в руке и обратно. В окне ресторана рядком висели кожистые утки цвета черной патоки. Черные цифры на двери рядом с прилепленным скотчем меню совпадали с цифрами в адресе, нацарапанном Пэдди: дом шестьдесят семь.

Когда Дэйви открыл дверь, в ноздри ему ударил восхитительный аромат жареной утки с лапшой. Дэйви шагнул внутрь, немного, чтобы оглядеться, постоял возле края стойки, затем направился к единственному пустому столику и сел.

Никому в зале не было до него никакого дела. Дэйви повертел головой в поисках двери, которая вела бы к предполагаемой лестнице наверх, и обнаружил в противоположном конце зала целых две — на одной из них было написано «Туалет», а на другой — «Служебное помещение». Дэйви встал и направился ко второй.

Двое официантов в черных жилетах и белых рубашках наблюдали за ним из другого конца зала, а третий, поставив большое блюдо с лапшой перед четырьмя флегматичными господами в костюмах, начал пробираться между столиками наперерез Дэйви.

Дэйви попытался отмахнуться от него и проговорил:

«Да, да, здесь написано „Служебное помещение“. Но все в порядке».

«Нет, не все в порядке».

Дэйви взялся за ручку двери, но рука официанта оказалась поверх его ладони, прежде чем он успел открыть дверь.

«Сядьте».

Официант буквально оттащил его к столику и насильно усадил на место. Дэйви положил сверток себе на колени и начал строить план прорыва к двери. Оглядевшись, он заметил, что все посетители ресторана разглядывают его.

Погрузив на поднос чайник и крохотную, с наперсток, чашечку, официант вернулся к столику. Все это он поставил перед Дэйви и, лавируя между столиками, удалился, а на его месте вырос какой-то коротышка в куртке с множеством молний, развернул к Дэйви свой стул и уселся на него верхом, широко расставив ноги.

«Ну, вы даете», — сказал он, гадко улыбнувшись.

«Меня пригласили».

Дэви достал из кармана бумажку с адресом и показал ее мужчине.

Тот скосил глаза на листок. Затем быстро взглянул прямо в глаза Дэйви и снова на листок и вдруг без всякого перехода начал смеяться.

вернуться

6

В боксе: удар с замахом.

22
{"b":"26155","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Естественные эксперименты в истории
Неукротимый граф
7 красных линий (сборник)
Принцесса моих кошмаров
Как говорить, чтобы подростки слушали, и как слушать, чтобы подростки говорили
Всегда при деньгах. Психология бешеного заработка
Склероз, рассеянный по жизни
Проклятый ректор