ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Омар и Сильвэйн? – переспросил я. – Первый раз слышу.

– Братья Данстэн въехали в город на повозке с сеном и соскочили с парой саквояжей и двумя сотнями долларов золотыми монетами. Только пусть тебя не вводит в заблуждение повозка с сеном. Братья обладали этаким шиком, присущим жителям большого города. Сообразительные, симпатичные джентльмены, говорившие на правильном английском, прекрасные манеры, одеты по последней моде. Когда Омар и Сильвэйн подобрали себе временное жилье, они легко нашли работу в игорном предприятии и в течение дня утроили привезенный запас.

– Они были профессиональными игроками?

– На хлеб насущный они себе зарабатывали коммерцией и финансовыми операциями. Никто так никогда и не узнал, чем они занимались до приезда в Эджертон, хотя слухов ходило множество. Кое-кто даже говорил, они были наемными убийцами. Болтали, что один из них или оба побывали за решеткой.

– Чем они занялись здесь?

– Все, к чему бы они ни прикасались, процветало. Когда случались наводнения, Омар и Сильвэйн богатели. Скупали собственность тех, кто покидал город. Скупали землю, где, по их мнению, предполагалось строительство новых районов города. Пятнадцать, двадцать лет спустя сдавали в аренду важнейшие городские здания. Ну а от природы они были сами не свои до женщин.

Кларку очень нравилась история братьев Данстэнов. Радуга, протянувшаяся от повозки с сеном до полного процветания, завораживала его воображение. Теперь он явно считал Омара и Сильвэйна своими кровными родственниками, чьи достижения прибавляют достоинства и ему самому.

– Вот как…

– Люди говорили, братья были дьявольски хороши собой. – Самодовольной торжествующей усмешкой Кларк дал мне понять, что, несмотря на разрушительную работу лет, он, Кларк Рутлидж, считает себя не менее привлекательным. – И были похожи как две капли воды. Говорят, время от времени темперамент увлекал братьев настолько, что побуждал создавать у дам их сердца впечатление, что они развлекаются не с тем, с кем думают, если ты понимаешь, о чем я. Не сомневайся, их принимали во многих приличных домах в те моменты, когда хозяин отсутствовал. – Кларк помедлил. – Говард, насколько я знаю, пошел по стопам папочки. Так же как и два других сына, но те то ли умерли еще молодыми, то ли ударились в бега.

– Яблоко от яблоньки… Печально. Кларк снова помедлил.

– Знаешь, как это бывает. Залетишь слишком высоко – тебя оттуда сшибут. Омар женился на женщине из Нового Орлеана по имени Этель Бриджес и малость остепенился. Тем не менее как-то утром он вышел из дома, в котором мы с тобой сейчас сидим, и кто-то подстрелил его, когда он направлялся к своему экипажу. Насмерть. Сильвэйн услышал выстрел, выбежал из дома, но успел лишь заметить всадника на лошади, во весь опор летевшего по улице. Человека этого правосудие не сыскало. Как ты думаешь, можно было бы установить его личность? Если все было именно так?

Я кивнул.

– Сильвэйн женился на вдове брата, построил дом за городом и переехал туда. У них с Этель родились дети, трое, четверо – никто не знает точно.

– Должны были остаться документы.

– Ты забываешь, какие были времена и в каком все происходило месте. Все тогда рожали детей дома, а Данстэны не утруждали себя приглашать повивальную бабку или фельдшера.

– Но почему?

Усмешка моментально сползла с лица Кларка, но врожденная словоохотливость одержала верх над осторожностью.

– Как-то сто лет назад один старожил поведал мне, что братья Данстэны понятия не имели о том, что их дети появляются на свет такими уродцами, о каких медицина слыхом не слыхивала. Например, с огромной головой и телом не крупнее кегли. Или с жабрами под ушами, или без рук, без ног. Или того страшней. Почти все новорожденные умирали, сказал он, но тех немногих, что выжили, держали на чердаке. – Он глянул на меня. – Лично я считаю, один или два малыша Этель не вовремя вышли из лона, а Говард, старший ребенок в семье, в детстве нечаянно услышал то, что не следовало слышать маленькому мальчику. Этим объясняется необузданность его характера в дальнейшем – он промотал все свое состояние. Говард натворил бед. Ближе к закату своих лет он, по-моему, совсем обезумел. Жил словно в мире грез.

У меня создалось впечатление, что все услышанное пришло из мира грез, а именно – мира грез, выдуманного на кухне сплетен маленького городка.

– Кто из братьев был моим прапрапрадедушкой? Если Говард был старшим ребенком в следующем поколении, значит – Омар?

– Насколько мне известно, братья делились друг с другом всем. Не думаю, что они знали, чьим сыном был Говард.

Я выдавил в ответ что-то нечленораздельное. Ухмылка Кларка источала вселенскую мудрость:

– Полагаю, это Сильвэйн. Омар был более уравновешенным. Сильвэйн крутил романы, даже когда жил в этом доме с Этель и детьми. Когда Говард достиг совершеннолетия, он стал вести себя абсолютно так же, за редкими исключениями. Что его и погубило, потому как к этому времени Эджертон стал другим.

– Добропорядочным, – вставил я.

– Дело все в том, что Говарду необходим был свой собственный Омар, а поскольку такового не было, в одиночку он «сдулся». Хэтчесы и Милтоны воспользовались его слабостью.

Заскрипели ступени, и Кларк выпрямился на стуле.

– При Нетти об этом лучше не надо.

29

Изменение в распорядке дня заставило Нетти сдвинуть брови, и, глядя на Кларка, она с подозрением сказала:

– Что-то ты раненько сегодня, – затем повернулась ко мне. – Как тебе спалось?

– Неплохо.

– Судя по тому, что было слышно мне, за тобой гонялся сам дьявол. Все мы так встревожены – удивительно, что кому-то вообще удалось заснуть.

Нетти плавно переместилась к плите и зажгла газ под чугунной сковородой. Она достала из холодильника картонку с яйцами и бекон, шлепнула бекон на сковородку и, как заправский шеф-повар, аккуратно разбила пять яиц в стеклянную миску, действуя одной лишь правой рукой.

– Я чувствую, сегодня мы узнаем, что твоей матушке стало лучше.

– Хорошо бы, – сказал я.

Нетти взбила яйца, перевернула на сковороде бекон и достала прозрачный пакет окры[24] из холодильника. Вскоре окра уже кипела на медленном огне на второй сковородке. Когда бекон чуть потемнел, она выложила его ломтики на бумажное полотенце. Затем вылила яйца на сковороду и еще раз взбила. Тосты были щедро намазаны маслом, разрезаны по диагонали пополам и разложены по краешкам тарелок. Посыпав перцем и сухой петрушкой на сковороду, Нетти напоследок еще раз взболтала яйца и разложила по тарелкам окру.

– Вы всегда так завтракаете?

– Иногда добавляем немного жареной картошки, а иногда бывает куриная печень, но сегодня я не хочу возиться. Кофе не остыл?

– Сейчас подогрею, – сказал я и включил газ под кофейником.

В дверь позвонили.

– Это Мэй, – сказала Нетти. – Сынок, пойди, открой ей, пожалуйста.

На крыльце стоял водитель УПС[25] в летней униформе и держал в руках коробку в грубой оберточной бумаге.

– Посылка для… – Он сверился с именем в адресе. – Миссис Стар Данстэн?

В левом верхнем углу коробки я рассмотрел адрес отправителя: Ист-Сисеро. Расписавшись на квитанции, я принес посылку на кухню.

– Почта, – сообщил я. – Наверное, Стар перед приездом переслала кое-какие свои вещи.

Нетти шлепнула ладонью по коробке:

– Положи на пол.

Я опустил коробку на пол у отделанной Деревянными панелями стены. Нетти разделила омлет лопаткой и разложила по тарелкам. В дверь позвонили второй раз.

Я пересек прихожую и открыл дверь. В великолепной, украшенной цветочным узором шляпе тетя Мэй тянула мне изуродованную старостью руку.

– Нэдди, помоги мне перебраться через порог. Я немножко припозднилась, заходила поздороваться к Джой. У нас сегодня случаем не куриная печень?

вернуться

24

Окра, или бамия, – овощная культура, происходит из Южной Африки.

вернуться

25

United Parcel Service (англ.) – Единая посылочная служба, транснациональная корпорация, предоставляющая услуги экспресс-почты.

36
{"b":"26158","o":1}