ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

86

Со своего поста у окна тетя Джой показала пальцем на дом Нетти, а затем – на себя, веля мне после ужина зайти к ней. Я кивнул. Нам с Джой надо было о многом поговорить.

Когда я вошел в гостиную, тетушки заулыбались мне с дивана. Кларк расщедрился на снисходительную усмешку. Сегодня он нарядился в жемчужно-серые брюки, пиджак от фиолетового костюма и широкий красный галстук в желтый горошек:

– Ты никак машиной обзавелся?

– Взял напрокат. – Ответив ему, я поцеловал тетушек, и Мэй вручила мне коричневый бумажный пакет.

– Надеюсь, с размерами я не промахнулась.

В пакете оказались три упаковки трусов «Кельвин Кляйн» тридцать четвертого размера и шесть пар высоких носков тонкой шерсти. После того как тетушки поделили добытые в больнице трофеи, я шутки ради попросил Мэй раздобыть мне нижнее белье и носки, а она, оказывается, восприняла это как руководство к действию.

– Тютелька в тютельку, – сказал я. – Честно говоря, способ добычи мне не по душе, но все равно, спасибо, тетя Мэй. Я буду их носить.

– Скажи-ка мне, кроме этого блейзера, у тебя совсем нет верхней одежды? Могу подыскать тебе у Лиалла. У них в отделе мужской одежды есть замечательные пальто.

– Нет-нет, спасибо, – торопливо проговорил я. – Пиджаков у меня достаточно.

– А такого цвета есть? – спросил Кларк почти воинственно.

– Такого нет, но ваш мне очень нравится.

– Да, цвет особенный; как бы ты назвал его?

– Фиолетовый?

– Терпеть не могу, когда юноша валяет дурака.

– Темно-фиолетовый?

– Это называется оттенком красновато-лилового. Теперь нет нужды пребывать в неведении.

– И слава богу, – сказал я, – а то я пребывал в неведении большую часть моей жизни.

– Пойдемте-ка лучше на кухню, – объявила Нетти. – Нэд, ты все еще любишь жареную курицу?

– И никогда ее не разлюблю.

На столе стояли тарелки с картофельным пюре и фасолью и кувшин чая со льдом. Нетти сняла алюминиевую фольгу, раскрыв блюдо с курицей. Мэй помогла разложить мясо по тарелкам. Дядя Кларк опустился на стул, и я налил ему в стакан холодного чаю:

– Как поживает ваша подруга Кэсси?

Он отхлебнул ровно столько, сколько понадобилось бы, чтобы потушить спичку:

– Девчонка сегодня не явилась на работу. Брюс Мак-микен рвал и метал.

Мэй устраивалась на стуле напротив меня, пока Нетти ходила за соусом и бисквитами. Я разлил чай в другие три стакана. Нетти поблагодарила меня – официально. В полной тишине каждый накладывал себе пюре и фасоль.

– Замечательный ужин, тетя Нетти, – похвалил я.

– В детстве ты просто обожал жареную курицу.

– Никто не готовит ее так, как вы, – улыбнулся я. Снова тишина. Мое высказывание о том, что я вырос в неведении, убило веселье.

Нетти, для которой даже полное скрытого смысла молчание было непереносимой мукой, не выдержала первой:

– Чем ты занимался все эти дни? Катался по городу в новой машине?

– Или играл в карты? – подключилась Мэй. – Шпана из Маунтри все еще разыскивает тебя. А одного из них убили. Невелика потеря для мира.

Нетти одарила меня одним из своих тысячепудовых взглядов:

– Надеюсь, полиция тебе не доставила неприятностей? – Она помедлила. – Впрочем, ты все равно не скажешь.

– Да, они меня отпустили с миром, – сказал я. – Странное дело: в городе живет человек, очень на меня похожий.

– Брехня, – сказал Кларк, ловко опуская крошечную порцию картофельного пюре в капельку соуса.

– Вовсе не брехня, – мягко возразил я. – Вчера, когда я выходил из мэрии, он стоял в дальнем конце площади. Я попытался за ним проследить, но ему удалось оторваться.

Кларк впился в меня неодобрительным взглядом:

– Чем же это ты занимался в мэрии, которая по воскресеньям закрыта?

– Друг Аори Хэтч по уик-эндам добровольно подрабатывает в мэрии. Он мне кое в чем помогает.

– Миссис Хэтч знакомит тебя со своими друзьями? – подняла брови Нетти.

Я объяснил, зачем мы с Лори встречались в «Лё Мадригале».

– Мне нужна была кое-какая информация об Эдварде Райнхарте, и она познакомила меня с Хью Ковентри, своим другом, тем самым, который добровольно помогает мэрии.

– Хью Ковентри? – переспросила Нетти. – Это тот юноша, что потерял наши фотографии. Если миссис Хэтч твоя добрая приятельница, она могла бы помочь нам вернуть их.

– Нет нужды вовлекать миссис Хэтч в наши семейные дела.

– Ты уже вовлек миссис Хэтч в наши личные семейные дела, – укорила меня Нетти.

– В мои личные – да, – сказал я. – Если вам от этого легче, об Эдварде Райнхарте я в мэрии узнал не так уж много – то, что он купил два маленьких дома в тупиковом переулке в Колледж-парке. А еще то, что он был уголовником. Умер Райнхарт предположительно в тюрьме.

– На этом можно остановиться и больше не копаться в грязи, – проворчала Нетти.

Копаться в грязи. Я представил себя стоящим на коленях на травяном ковре позади разрушенного дома Говарда Данстэна – я вспомнил, как проваливался вниз, и па-фосная речь призрака зазвучала в моих ушах: «Когда был сотворен твой отец, я решил развлечь себя тем, что лишил его рассудка– Возможно, ты сам же его и уничтожишь, финал игры больше мне не интересен».

От внезапного, огромной важности откровения у меня перехватило дыхание.

Все трое смотрели на меня так, будто наблюдали наяву приход этого внезапного откровения, однако на самом деле видели они не больше чем выражение моего лица. Говард сообщил то, что я больше всего стремился узнать, и заодно это развлекло его.

– Дело в том, что Эдвард Райнхарт не умер в Гринхэ-вене, – сказал я. – Он живет в Эджертоне. И, насколько мне известно, ведет себя почти совсем как Данстэн.

Подбородок Нетти утонул в ее груди, а Мэй вдруг очень заинтересовалась чем-то на плите. Кларк препарировал фасолину.

– Этого не может быть… – наконец проговорила Нетти.

– Столько всего о нашей семье от меня утаивалось.

– Наслушался сплетен! – Нетти зыркнула на меня.

– Если хотите заставить меня думать, что Данстэны были нормальной семьей, держите меня подальше от тети Джой, – сказал я.

– Джой живет в своем собственном мире, – возразила Нетти. – Разве можно воспринимать ее слова всерьез?

– Вы хотите, чтоб я забыл, как она мановением пальца подвесила в воздухе дядю Кларенса?

– Джой – в отличие от тебя, Нетти, или меня – не так повезло в жизни, – сказала Мэй. – А в своих бедах она винит нашего папу.

– Мы говорим сейчас не о ее бедах, – недовольно проворчала Нетти, – а о том, что она сделала.

– Мы говорим сейчас о Данстэнах, – сказал я. – Тетя Нетти, а ведь вы с Джой не такие уж разные, а?

Она швырнула мне еще один яростный взгляд:

– Я Данстэн, если ты это имеешь в виду. Хочешь, я сейчас докажу тебе, что это так?

Прежде чем я успел ответить, Нетти сунула ладони под мышки и, нахмурившись, уставилась на стол Кувшин приподнялся, перенесся на другой конец стола и долил чаю в мою чашку. Затем подплыл по воздуху к чашке Мэй, которая сказала: «Нет, спасибо, мне достаточно». Звякнув кубиками льда, кувшин приземлился на стол.

Нетти повернула голову к Кларку. Тревога пробежала по его лицу:

– Нет! Я не…

Он приподнялся на три фута над своим стулом и поплыл к плите, будто в сказке о ковре-самолете.

– Нетти, сейчас же опусти меня!

Она заставила его сделать полный оборот и вернула на стул. Прижав руки к груди, Кларк сделал два шумных вздоха;

– Ты же знаешь, мне не нравится, когда ты так делаешь.

– Однако ты женился на мне.

– А мне нравится, – защебетала Мэй, – и всегда нравилось.

Нетти вытерла лоб и зафиксировала взгляд на своей сестре. Хихикая, Мэй взмыла над стулом, облетела вокруг стола и вернулась на место.

Нетти сердито смотрела на меня:

– Еще хочешь?

Единственное, что я мог проговорить: «Да…» Сдвинув брови, Нетти скорее смотрела не именно на меня, а на мое положение в комнате. Капелька пота выкатилась у нее на лоб из-под волос. Жжение, предвестник моих «приступов», распускалось в груди. Я чувствовал, как мое существо цепко схвачено и удерживается внутри – в точности как это делал со мной Мистер Икс С тем же чувством беспомощности перед неодолимой силой я поднялся в воздух над стулом. Мощным порывом ветра меня повлекло в гостиную. Меняя направление, ветер швырнул меня назад, в кухню, и перевернул вниз головой за мгновение АО того, как влепить в стену. Крик ликования вырвался у меня из горла. Я подплыл к столу и увидел, что Нетти глядит в никуда, брови нахмурены, а лицо влажно от пота. Я перелетел к своему стулу, завис над ним, покачался вправо-влево, влево-вправо и вертикально опустился на сиденье.

86
{"b":"26158","o":1}