ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Завывая сиренами, прибыли еще две патрульные машины и «скорая помощь». Внезапно все помещение ломбарда заполнилось полицейскими. Офицер Нельсон раскрыл свой блокнот.

Мьюллен вышел из кабинета вместе с тяжело ступавшим Роули. Увидев другого детектива, Роули от удивления раскрыл рот.

– Я думал, это мое дело, – сказал детектив.

– Что здесь делает Остер?

Выражение лица Мьюллена было предельно хитрым:

– Роули, разве не вы занимаетесь делом Литтл?

– Вы же знаете – я.

– Тогда отправляйтесь в участок, лейтенант. А этим делом займется детектив Остер.

Все набившиеся в помещение полицейские смотрели на Роули.

– Отлично, – сказал он. Щеки его порозовели. – Но Данстэн уже…

– Что «уже», лейтенант?

Головы всех присутствовавших повернулись к худощавому бледному мужчине в сером костюме, словно по волшебству соткавшемуся из воздуха рядом со мной. У него были жидкие бесцветные волосы, узкое, в глубоких морщинах лицо, очки в тонкой металлической оправе и рот как щель почтового ящика. Я узнал его ровный, бесстрастный голос:

– Прошу вас, продолжайте, лейтенант.

– Только этого не хватало, – пробурчал Роули. – К. Клейтон Крич.

Крич игнорировал оскорбление Роули. Он игнорировал и многое другое. Его трудно было застать врасплох – он пребывал в состоянии безразлично-нейтральной готовности ко всему, с чем предстояло столкнуться. Невозможно было удивить его тем, чему он уже неоднократно являлся свидетелем, а потому единственной его реакцией было ироничное понимание. Крич был так же далек от традиционных человеческих реакций, как пришелец с другой планеты. И сейчас его присутствие принесло мне большее облегчение, чем я ожидал от себя.

– Это ваш адвокат? – спросил Мьюллен.

– Да.

Роули с отвращением фыркнул и стал пробиваться к выходу через толпу полицейских в форме. Офицер Нельсон неуверенно посмотрел на Остера и вздохнул:

– Я вообще-то собирался допросить его.

– Допрашивайте, – сказал Остер.

Словно интересуясь счетом бейсбольного матча низшей лиги, проходившего в заштатном городишке, Крич спросил:

– Не собираются ли моего клиента доставить в управление полиции?

– Вашего клиента пригласят помочь в ведении нашего расследования. – Мьюллен устало повернулся ко мне. – Не хотите ли вы оформить заявление в управлении полиции?

Не двинув ни единым мускулом, Крич выразил согласие.

– Разумеется, – выразил согласие я.

– Я буду присутствовать при допросе, – сообщил Крич. – Если того пожелает мой клиент.

– Мне хотелось бы, чтобы мистер Крич присутствовал, – кивнул я.

Вошел усталого вида человек с красным лицом и объявил, что Тоби мертв. Санитары «скорой» понесли тело, казавшееся гигантским батоном, укрытым белой простыней.

– Надеюсь, – сказал Мьюллен, – адвокат не будет возражать, если я сообщу вам, кто в ответе за пожар, произошедший прошлой ночью?

Недвижимая фигура Крича неуловимо продемонстрировала умеренное любопытство.

– Начальная школа Карла Сэндберга объявила награду в десять тысяч долларов за достоверную информацию о поджигателе.

– Благородный жест, – проговорил Крич. Мьюллен улыбнулся:

– Вчера, во второй половине дня, ваш старый приятель Френчи Ля Шапель и злодей по кличке «Ты мне, я тебе»

Блант решили расслабиться с бутылочкой виски и порцией крэка.

– Тымни Ятиби? – переспросил я.

– «Ты мне, я тебе», – поправил Мьюллен. – Шесть лет назад этот гений заявился на почту за посылочкой – целым чемоданом травки из округа Гумбольдт, Калифорния. В графе «адрес отправителя» он поставил свое имя. К его счастью, он был одним из клиентов мистера Крича и – «отскочил».

– Прискорбная халатность со стороны производивших арест, – прокомментировал Крич.

– Когда им похорошело, Френчи начал хвастаться суммой, которую он получил за поджог дома на Честер-стрит. «Ты мне, я тебе» решил, что его обязанности честного гражданина более весомы, чем преданность другу. Мы взяли Френчи, предъявили ему обвинение и посадили в камеру. А сегодня около четырех утра с мистером Ля Шапель приключилась странная вещь.

У меня невыносимо зачесалась голова.

– У Френчи с собой в камере не было ничего острее его собственных ногтей, однако он каким-то образом умудрился перерезать себе горло. Видок у него был в точности как у Тоби.

– Ох ты… – проронил я.

– На днях вы упоминали Суконную Башку Спелви-на, – сказал Мьюллен. – Не могли бы вы пролить немного света на эту тему?

Безразличный взгляд стоявшего у прилавка К. Клейтона Крича рекомендовал свет не проливать.

– Увы… – развел руками я. Мьюллен покачался на каблуках:

– Нельсон, отвезите мистера Данстэна в управление. Можете захватить мистера Крича.

– Спасибо, капитан, но я лучше подышу воздухом. – Крич задал мне вопрос взглядом, устремленным к потолку. Я в ответ посмотрел через его плечо в направлении кла-Аовой, где был спрятан гроссбух.

Двадцать минут спустя К. Клейтон Крич мягкой походкой вошел в комнату для допросов и своим неповторимым способом дал мне понять, что все в порядке. Флегматичный Нельсон раскрыл блокнот и стал задавать вопросы. Крич сложился на стул слева от меня и оставался там следующие три часа. Время от времени он излагал мягкие упреки моему мучителю. Казалось, Крич был увлечен происходящим не больше, чем могла быть увлечена им ящерица, вытянувшаяся на теплом камушке. Незадолго до полудня управление полиции Эджертона отпустило меня с указанием находиться в пределах досягаемости.

Мы с Кричем прошли мимо дежурного сержанта, причем Крич демонстративно игнорировал последнего.

– Все отлично, – подытожил Крич. Когда мы подошли к ступеням, спускающимся к Грейс-стрит и на площадь, Крич спросил: – В два часа в моем офисе?

– Я приду, – ответил я, и Крич ушел.

91

В приемной, декорированной развешанными по стенам гравюрами на охотничьи темы, женщина с унылым лицом скучающего судьи взглянула на меня из-за длинного, похожего на гроб стола и спросила:

– Мы мистер Данстэн?

– Они самые, – ответил я.

Взяв со стола стенографический блокнот и ручку, она встала и открыла дверь во внутреннее помещение.

На стульях с узкими высокими спинками сидели Кларк, Нетти и Мэй – все повернули головы, когда я вошел. Украшенные черными кружевами шляпки венчали прически каждой. Потертый кожаный диван стоял перед стеллажом с книгами по юриспруденции, и коричневые нити проступали там и здесь в узорах вытертого восточного ковра на полу. Высокие окна, спиной к которым стоял Крич, выходили на залитый солнцем парк, но пропускали такой ела-бый свет, что он увядал, едва просочившись в комнату. В сером сумраке адвокат казался безликим контуром.

Вынув из лежавшей на столе папки лист бумаги, Крич поместил его перед собой. На него положил перьевую авторучку.

– Прежде чем вы присядете, мистер Данстэн, будьте добры, поставьте свою подпись под соглашением, формально закрепляющим наши с вами отношения на условиях, которые мы обсудили сегодня утром, и передайте мне сумму в один доллар в знак выполнения этих условий. – Обратившись к остальным, Крич сказал: – Мистер Данстэн просто выдает мне санкцию – разрешение выступать в качестве его адвоката. Данное разрешение стало необходимо вследствие обнаружения мистером Данстэном тела покойного и не имеет никакого отношения к предстоящему нам с вами делу.

Я подписал соглашение, уместившееся в один абзац, и положил на него расправленную долларовую банкноту. Доллар исчез прежде, чем Крич убрал документ в ящик стола, однако я не заметил, чтобы адвокат к банкноте прикасался. Пройдя мимо стульев, я присел на ближайший ко мне край кожаного дивана. Секретарша примостилась на другом краю. Крич пояснил:

– Мисс Вик будет вести стенограмму нашей встречи. Мисс Вик раскрыла блокнот, и кончик ее авторучки, как клюв птицы, застыл над чистым листом.

– Мистер Данстэн, я сообщил вашим двоюродным бабушкам и двоюродному дедушке о событиях сегодняшнего утра на Лэньярд-стрит. Мистера Крафта я знал только как его юрисконсульт, однако обязанности эти я выполнял много лет, и как личность мистер Крафт всегда производил глубокое впечатление на меня.

90
{"b":"26158","o":1}