ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

За два года до этого он разделил город на квадраты, а потом каждый квадрат – еще на квадраты. Сейчас он находился в секции 3 третьего квадрата, которая располагалась в нижней части Гринбанка и включала Маунт-авеню и весь участок до Хиллхэвена. Обычно Ройс Гриффен был рад оказаться внутри шикарных домов, но сейчас, выполняя свою ненавистную работу, он чувствовал себя точно слуга – эти огромные дома с их изысканным убранством напоминали ему обо всем, чего он лишился, став офицером полиции. Со времени развода Ройс делил верхний этаж жилого дома неподалеку от стоянки трейлеров с еще одним разведенным полицейским.

Его вторым визитом этим утром был большой белый дом, выходящий на Грейвсенд-бич, который он видел уже несколько лет, не зная, кто там живет. Почтовый ящик тоже не давал ответа на этот вопрос – на нем была одна лишь цифра 5. Ройс въехал в ворота. Он даже и не представлял себе, какой большой участок окружал дом: он ехал словно по парку. Дорога петляла меж деревьев, потом свернула к дому над крутым обрывом.

Лужайка была заросшей, что для такого места выглядело нетипично. Должно быть, Бобби Фрица свалил грипп, подумал Ройс. Там и сям на фоне зелени сверкали желтые пятна одуванчиков.

Ройс подъехал к парадной двери, выбрался из своего патрульного автомобиля и позвонил. Он поправил кобуру, сдвинул фуражку на затылок и расправил плечи, чтобы казаться как можно выше. Начнем все снова, уныло подумал он.

Дверь открыла пожилая женщина в белой униформе. Она выглядела одновременно сердитой и расстроенной, и когда он внимательно поглядел на нее, то понял, что она плачет.

– Доброе утро, – сказал он. – Я – офицер Гриффен из хэмпстедской полиции. Хозяйка здесь?

– Пуфф! – сказала она. – Никакой хозяйки тут нет.

– Ну ладно. Моим особым поручением является предотвращение ограблений. Могу ли я отнять немного вашего времени и проверить замки, системы сигнализации и так далее, чтобы дать рекомендации по их улучшению? Здесь, в Хэмпстеде, как вы знаете, у нас в среднем происходит два ограбления в час. – Все это Ройс помнил наизусть и произносил не задумываясь. Он глядел не на экономку, или горничную, или кем там она была, но на дверной замок. Обычный йельский замок.

– Доктор, – сказала женщина, отворачиваясь от него, – это офицер полиции.

В глубине холла в дверях появился стройный человек в белом костюме. Он улыбался и был завораживающе красив.

Ройс постарался еще чуть-чуть выпрямиться.

– Да-да, Мюриэл, – сказал мужчина, подходя ближе, – мы должны провести офицера в дом. Дайте ему чашку кофе, пожалуйста.

– Нет, спасибо, сэр, – начал было Ройс, но домоправительница прервала его:

– Я всегда подавала кофе вашим гостям, доктор.

– Разумеется, Мюриэл, – сказал доктор. Он, улыбаясь, протянул Ройсу руку. – Приятно познакомиться, офицер.

Мюриэл исчезла в холле.

– Мне пришлось сказать ей, что я увольняю ее, – доверительно сообщил доктор. – Я скоро перестану заниматься своей практикой, так что мне необходимо будет сократить расходы. Я рассчитал даже садовника. – Он притронулся к локтю Ройса. – Но не забивайте себе этим голову, юноша.

Вы ведь пришли мне рассказать, как отпугнуть грабителей?

– Да, сэр. – Ройс показал на йельский замок и выдал свою заученную речь насчет дверных запоров и пружинных замков.

– Хороший замок – вот лучшая защита, – сказал он. – Мы можем осмотреть ваши окна и остальные двери, сэр?

– Прошу, – сказал доктор. Он проводил Ройса в гостиную, где были два окна с навесными крючками, и в кухню.

Дверь, выходящая во внутренний дворик, тоже запиралась на один простой замок. – Судя по тому, что я уже видел, – сказал Ройс, – в доме довольно много ценных вещей. Вы никогда не думали поменять дверные замки, сэр?

– Я живу здесь всю жизнь, – сказал доктор, – и знаю всех в городе. Никто не попытается проникнуть сюда, верно ведь?

Теперь он вел Ройса назад через столовую.

– О, здесь прекрасно, – сказал Ройс. Комната огромными окнами выходила на море, по воде скользили парусные яхты, а вдали в туманной дымке виднелся Лонг-Айленд. В самой комнате было футов сорок длины. Самый большой восточный ковер из всех, которые он видел, застилал пол, уставленный мебелью, роялем, растениями в кадках и скульптурами. Большая часть скульптур изображала женщин. Ройс склонился над маленькой статуей танцовщицы: "Дега". Звучало это очень дорого и очень по-французски. На противоположной стене висели картины и зеркало в причудливой раме, – Думаю, что многие грабители хотели бы попасть сюда, У вас есть сигнализация?

– О, однажды я пробовал наладить ее, – сказал доктор, но Ройс неожиданно начал с трудом различать его голос.

Что-то было не так – должно быть, он все-таки подхватил этот грипп. Казалось, что голос доктора уплывает чуть в сторону, как радиоволна. Красивая комната, в которой они стояли, неожиданно увеличилась до размеров авиационного ангара, свет потускнел, потом приобрел блестящий розовый оттенок. Неожиданно Ройс почувствовал, что ему трудно стоять – комната была такой большой, что грозила поглотить его.

Когда у него за спиной появилась Мюриэл с чашкой кофе, он безмолвно взял ее. Доктор все еще что-то говорил, но Ройс слышал лишь неразборчивый шум. Кофе вонял точно помои.

Он поглядел на стену, где висели залитые солнцем чужеземные пейзажи, и зеркало неожиданно начало мерцать и плавиться. По его поверхности пронеслась вспышка молнии.

Он был в зеркале. Он, рыжеголовый карлик. Рот у него кривился, глаза выпучились. Он был необычайно уродлив – тролль, вырядившийся в полицейскую форму.

– Так что в конце концов я решил ничего не предпринимать, – сказал доктор. – Я просто положился на порядочность остальных, но я запираю двери на ночь и включаю освещение во дворе.

– Да, – сказал Ройс. Ему нужно было выбраться из этого бесконечного, ужасного места. Его уродливое "я" в зеркале гримасничало в ответ и пролило на пол кофе из чашки. Доктор взял чашку из его руки и проводил до входной двери.

Как только они оказались в холле, Ройс услышал за дверью шепот десятка голосов, гудение миллионов мух.

Доктор сказал:

– Уверен, я воспользуюсь вашим предложением.

– Надеюсь, – Ройс безумно хотел убраться отсюда.

Доктор улыбнулся и закрыл парадную дверь.

На обратном пути Ройс чуть не врезался в дерево.

ДРК – разумное облако – быстро довело его до безумия.

Его чувства странно исказились: он слышал музыку, когда по радио были слышны одни лишь переговоры полицейских, он чувствовал тяжелый, душный запах, исходящий от его собственных ладоней, и он по-прежнему казался себе маленьким уродцем.

Его третий визит прошел нормально. Рот его сам произносил привычные фразы ("Выполняю специальное поручение, мисс, я советовал бы вам проверить то и это"), и он выбрался из дома, не испытывая никаких необычных ощущений.

Но в четвертом доме он потерял самообладание. Он сидел за складным столиком на террасе, а хозяйка дома сидела напротив, потягивая чай со льдом. Он знал, что это чай со льдом, потому что видел, как хозяйка доставала его из холодильника. Но тут реальность исказилась, он вновь почувствовал себя уродом, а у хорошенькой хозяйки волосы потускнели и растрепались. Он чувствовал запах виски, исходящий из чашки, зажатой в ее руке, и ощущал, что ноги у него упирались во что-то мягкое и жуткое – мертвое животное? Он увидел, что тыльная сторона рук миссис Кларк поросла густой темной шерстью.

– Простите, – сказал он, поняв, что остановился посредине фразы.

"Ноги мои – крюки и запоры,
Руки – крюки и болты", –

пропела миссис Кларк надтреснутым голосом.

Ройс заорал в панике и отвращении – он поглядел вниз и увидел, что пол на террасе был покрыт огромными мертвыми пауками размером с кошку. Миссис Кларк встала.

Спина у нее была сгорблена, губы отвисли, обнажая гнилые пеньки.

47
{"b":"26160","o":1}