ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Дети лета
В магическом мире: наследие магов
Путь Шамана. Поиск Создателя
Лабиринт Ворона
Прорыв
Возрождение
Грани игры. Жизнь как игра
Оторва, или Двойные неприятности для рыжей
Еще темнее
A
A

Когда Филиппа училась в пятом классе, Лаура начала искать работу в журналах, различных печатных изданиях… И через шесть месяцев она нашла место помощника редактора в одном из издательств, выпускающих книжки в тонких бумажных обложках.

Лаура очень увлеклась этой работой, но брак Альби, с тех пор как они вернулись в Америку, находился под угрозой.

Лаура постепенно превращалась в опытного редактора; Ричард уже не обижался на то, что она проводит столько времени вне дома, но он никак не мог принять то, что работа для жены стала не менее важна, чем семья. По этому поводу в течение восемнадцати месяцев в семье Альби происходили бескровные сражения.

К тому времени, когда Филиппа поступила в Броунский университет (Ричард свозил ее в Провидено и там в телефонной книге поискал имя Морриса Страйкера, надеясь не найти его, и не нашел – или тот умер, или просто не занесен в справочник), Лаура стала одним из директоров редакции "Покет бук"; дела Ричарда шли настолько успешно, что он считал, что просто этого не заслуживает: он выступал на конференциях и симпозиумах по всему миру, вместе с Лаурой они довольно часто ездили в Лондон, в Нью-Йорке у него уже был такой же солидный кабинет, как и в Хэмпстеде. Он нанял двух молодых архитекторов, заинтересованных в реставрационных работах (один из них к тому же, как считал Ричард, был очень заинтересован в Филиппе). В первый год учебы Филиппы в Броуне молодое дарование – открытие Лауры – написало книгу, которая стала успешно расходиться: в неделю продавалось более чем двадцать экземпляров и в конце концов было распродано более чем два миллиона;

Ричард же получил один из самых ответственных и престижных заказов в своей жизни: отреставрировать знаменитый викторианский сельский особняк, построенный сэром Чарльзом Барри.

Этот День Благодарения Лаура, Ричард и Филиппа проводили дома, в Хэмпстеде, собравшись на традиционный праздничный семейный обед. Альби распили бутылку "Дом Периньон", а затем отправились в столовую, чтобы съесть зажаренного кухаркой праздничного гуся; она приготовила также много традиционных блюд: паштеты, желудевое пюре, клюкву, картошку, сладкие пирожки.

Как только они сели за стол, в дверь позвонили. Ричард вздохнул и сказал, что это, по-видимому, доставили чертежи из Нью-Йорка, Нет, ответила Лаура, скорее это служащий редакции принес творение новой звезды. Она поднялась и пошла к дверям, а Ричард начал разрезать гуся.

Когда Лаура открыла входную дверь, Ричард ощутил, как в квартиру ворвался сильный порыв ветра, холодный и пронизывающий, Ричард почувствовал это даже в столовой.

– Кто там? – окликнул Ричард, положив на стол длинный, большой нож. Он подошел к дверям и в это же мгновение увидел, как Билли Бентли, переступив порог, подходит к Лауре: Билли двигался в облаке холодного влажного воздуха, его глаза блестели. И в следующее мгновение он вонзил нож в живот Лауры – с ликующей, нечеловеческой жестокостью он поднял руку и вспорол ее живот до самого сердца.

***

Все это могло бы произойти, кое-что и произошло, но немного не так.

Ричард повернулся на кровати и уставился в потолок: он чувствовал, что немного не в себе. Что бы с ним ни происходило, оно порождало страшные и жестокие фантазии. Временами он почти что готов был поверить в них; временами, теряя сознание, он был убежден, что они действительно существуют в реальности. Он видел, как родилась Филиппа, видел ее лицо, когда она впервые попробовала сесть на двухколесный велосипед, видел, как она заняла первое место в классе по результатам тестов. Он видел эту страничку телефонного справочника в Провиденсе, на которой не было имени Морриса Страйкера, он слышал голос Филиппы, которая спросила его: "Кого ты в нем ищешь, па?" Возможно, эти видения и поддерживали его в разумном состоянии, по крайней мере они поддерживали в нем жизнь… Последние пять дней он находился в столь глубоком шоке, что почти забывал о том, что нужно дышать. Лео Фрайдгуд после смерти жены заглушал себя алкоголем, Ричард Альби поддерживал себя фантазиями.

***

Семнадцатого июня, во вторник, в девять вечера Ричард миновал границу штата Коннектикут, свернул на Гринбанк, пересек мост, с которого Томми Турок грозился утопить Брюса Нормана, оставил позади дом Рена Ван Хорна и вход на пляж и выехал с Маунт-авеню на Бич-трэйл. Он перебрал в уме столько вариантов: отключили электричество, кража, Лаура пыталась дозвониться ему и сейчас едет в Провиденс, – что теперь больше всего ему хотелось увидеть жену и убедиться в том, что все в порядке. Ричард рассматривал и возможность пожара, поэтому ему полегчало на душе, когда, проехав по Бич-трэйл подальше, он увидел свой дом.

Свет за задней дверью горел – Ричард заметил это, когда въезжал в гараж. Он вытащил чемодан из багажника, поднялся по ступенькам заднего крыльца, открыл дверь и позвал жену. Он вошел в дом и, бросив чемодан прямо у дверей, прошел через холл по направлению к входной двери.

– Лаура? – окликнул он.

Одна из ламп в гостиной горела, и Ричард увидел, что Лаура развесила на длинной задней стене несколько картин.

Он пересек гостиную и вновь вышел в холл. На этот раз он заметил, что передняя входная дверь открыта, и в тот же момент почувствовал тяжелый, неприятный запах. Он несся откуда-то из глубины дома.

Стоя посреди пустого холла перед открытой входной дверью, Ричард с трудом подавил желание бежать обратно к задним дверям, вывести машину из гаража и мчаться назад на Род-Айленд.., а потом добраться до Северного полюса и дальше, дальше, на самый конец света. Сердце громко стучало. Ричард еще раз прошептал имя жены, а потом дотронулся до входной двери и с усилием захлопнул ее. Затем двинулся вглубь дома.

Он прошел в столовую и увидел, что круглый антикварный стол стоит чистый и отполированный, а стулья уже распакованы. Он включил свет на кухне и шагнул туда.

Кухня была пуста. На мойке висели влажные тряпки.

Рядом с раковиной лежала трубка телефона. На маленьком столе стояли ящики с нераспакованной посудой. Один из них упал на пол, и осколки стекла искрились на плитах, являя единственный признак беспорядка.

В дальнем конце кухни находилась кладовка, которую Ричард давно планировал перенести в другое место. Маленькое замкнутое помещение, где во все стороны тянулись металлические трубы, стояли стиральная машина и сушилка и до самого потолка подымались самодельные полки. Ричард заставил себя открыть дверь в кладовку, а потом с усилием включил свет.

В первый момент он не увидел ничего, кроме стиральной машины и сушилки. Он, затаив дыхание, прошел внутрь маленькой квадратной комнатки. Оглядел полки, на которых лежал толстый слой пыли, обнаружил пару старых резиновых перчаток для домашней работы.

Бросив взгляд на стиральную машину, Ричард увидел пятно крови.

Она открыла дверь и вместе с посетителем прошла на кухню.., потом она поняла, что она в опасности, и подняла телефонную трубку. Человек обрезал шнур. Лаура побежала в кладовку и упала за стиральную машину. Она уже была ранена.

Что было потом?

Он не знал, хватит ли ему сил, чтобы представить, что произошло в дальнейшем.

Прижав руки к вискам, он вышел из кухни и подошел к задней двери, а затем прошел в тесный коридор. На последней ступени узкой лестницы – когда-то, в старые времена, она предназначалась для слуг – он обнаружил еще одно кровавое пятно.

Значит, выбежав из кладовки, она начала карабкаться по лестнице. Он застонал и присел на последнюю ступеньку.

Его тело, казалось, утратило вес, и было достаточно легкого толчка, чтобы оно взлетело вверх. Тяжело дыша, он начал подниматься.

На полпути вверх по лестнице Ричард обнаружил засохшее пятно крови прямо под перилами. На самом верху была еще одна кровавая лужа, которая уже высохла и приобрела коричневый цвет.

Ричард шел в ту комнату, которую они с Лаурой выбрали для детской: эта комната ближе всего к лестнице, именно туда бы она и побежала. Сжав кулаки, Ричард замер у дверей детской и опять почувствовал тот же неприятный запах – теперь он узнал запах крови. Он осторожно отворил двери.

88
{"b":"26160","o":1}