ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Без стресса. Научный подход к борьбе с депрессией, тревожностью и выгоранием
Долина драконов. Магическая Экспедиция
Странная погода
Как говорить, чтобы подростки слушали, и как слушать, чтобы подростки говорили
Темная комната
Тайна Голубиной книги
Сказать жизни «Да!»: психолог в концлагере
Комната снов. Автобиография Дэвида Линча
На самом деле я умная, но живу как дура!
A
A

С тех пор я отчаянно пытаюсь жить дальше. Оставить Димку на почетном месте Великой Любви, что случается в жизни каждого человека. И пробую для терапии обзавестись любовью рядовой, спокойной и скучной. Пока получается плохо.

— Ну не плачь, а? Слушай, ну я и так крепилась столько времени, молчала, а тут чего-то вырвалось, — заканючила Наташка. — Ну дура я любопытная, что с меня взять?

— У нас в городе есть школа хороших манер? — вытерев слезы, спросила я. — Если найдешь — обучение я тебе оплачу.

— Давай сейчас и деньгами — я уже гораздо воспитаннее! — тут же отреагировала она, глядя на меня невинными глазами.

— Наташ, терять любимых очень тяжело, мне выть при имени Димки хочется, если честно, — криво улыбнулась я. — Ты мне не напоминай об этом, ладно?

— Вставать наверно пора, — мигом поменяла Мульти тему. — Скоро Витька приедет.

Я согласно кивнула, хотя и неохота было вылазить из теплой и уютной постельки, куда я недолго думая завалилась, закончив рассветные обряды.

— Пора, — вздохнула я, выпростала ногу из-под одеяла, подрыгала ей в воздухе и потянулась за пультом кондиционера. Спать я люблю в прохладной спальне, однако одно дело — когда тебя укрывает пуховое одеялко, и другое — когда на тебе домашний шелковый халатик.

— Встаем, что ли? — жалобно посмотрела на меня Мульти.

— Не, погоди, сейчас спальня прогреется, тогда и встанем, — потянулась я.

— Мудро, — обрадовалась она.

— Тебе в школу-то когда? — спросила я.

Мульти — учительница биологии в крайне престижной гимназии. Однако в данный момент она элементарно косит от работы, пользуясь наличием подруги — врача. Та оформила ей больничный якобы по уходу за ребенком, а детишкам — по бронхиту. Совершенно здоровых и радостных детишек она тут же отвезла к матери, а сама решила немного расслабиться, то есть попить пивка, поваляться перед телевизором, обойти окрестные бары. «От работы кони дохнут», — объяснила она свое стремление к отдыху. Я прокомментировать сие заявление никак не могла, так как на работу в полном понимании этого слова сроду не ходила, сразу после школы начав делать карьеру ведьмы.

Мульти же тем временем лениво дотянулась до своей сумки, лежащей на тумбочке, порылась в ней, достала какие-то бумажки и внимательно их изучила.

— До завтра у нас справки, оказывается, — расстроено сказала она наконец. — Мда… Как быстро время пролетело. Это ж мне еще за детишками ехать надо. Слушай, отвезешь меня к матери?

— Разумеется, — вяло согласилась я. Ехать мне никуда не хотелось, если честно, но на то и существуют подруги, чтобы гонять их в хвост и в гриву, невзирая на их пожелания.

— Кстати, — небрежно сказала она. — Я тут подумала насчет нашего вчерашнего разговора о детишках.

— Ну? — вопросительно уставилась я на нее.

— Я думаю что тебе надо провести эксперимент. Могу одолжить своих деток — пусть они у тебя с недельку поживут и ты на своей шкуре почувствуешь, что такое иметь деток. Как тебе идея?

Я открыла рот, чтобы сказать все, что я думаю о стремлении подруги окончательно сесть мне на голову, однако внезапная мысля переменила мои намерения. Да, предложение Наташки шито белыми нитками, однако есть в этом некое рациональное зерно. По идее она права — я совершенно не знаю всех проблем и радостей с появлением в доме детей. В сознании кроме прехорошенького малыша, с которым я буду гулять и кормить манной кашкой — ничего нет. Вон, я когда брала Бакса из зоомагазина, я думала только о том что я буду с ним играть и он будет со мной спать, сладко посапывая мне в ухо. На деле же — этот гад первым делом перегрыз мне все телефонные провода. Обливаясь горючими слезами, я вызвала мастера, чтобы он мне законопатил все провода в стену. Мастер все сделал, однако бесценные шелковые обои понизу были вконец испорчены. Потом этот стрекозёл принялся точить когти об мебель и мне стоило больших трудов приучить его к специальной когтеточке. Испорченные диваны и кресла, разумеется, мне пришлось выбросить. Дальше — больше. Дармоед презирает различные наполнители в своем лоточке, будь то хваленый «Томас» или «Катсан», и требует чтобы дно было устлано долларовыми бумажками, слава Богу, что он соглашается на фальшивые. Однако на моей памяти был случай, когда моя баба Грапа ему недели три подкладывала настоящие баксы, которые я по недосмотру оставила на полочке.

Думала ли я обо всем этом, когда платила в зоомагазине пять рублей за славненького черного котеночка с невинными голубыми глазками? Да мне такой ужас не мог и в голову прийти! Хотя, к чести сказать, есть у моего дармоеда одно бесценное качество, за которое я ему прощаю все — он никогда не гадит по углам. Будет вопить как скорая помощь, если ему вовремя не сменять баксы в лоточке, но по углам — ни-ни.

— Хорошо! — решительно сказала я. Неделя — это ведь совсем недолго. — Вези ко мне своих детишек!

Мульти тут же повеселела.

Внизу раздался писк домофона.

Я, кряхтя, вылезла из-под одеялка, накинула халат и пошла вниз. Как я и думала, это прибыла утка с апельсинами.

Я расплатилась с парнишкой и пошла на кухню варить кофе — свое фирменное блюдо, так сказать. Фирменное оттого, что это единственное, что я умею готовить. Хотя это умение, если честно, постоянно подвергается сомнениям различными недругами. Я его варю не очень крепким и добавляю несколько крупинок соли и чуть — чуть корицы, получается очень неплохо, на мой взгляд.

На кухню вползла сонная Мульти, втянула ноздрями воздух и деловито предложила:

— Потемкина, давай Витьку ждать не будем, а? Чего-то жрать так хочется, тащи свою утку.

— Перетопчешься, — отмахнулась я, быстро отпластала кусок хлеба и сыра, сложила их и сунула в микроволновку. — Это тебе, червячка заморить, об утке даже и не думай.

Мульти поерзала на стуле, вздохнула и подперла кулачками подбородок.

— Чего Корабельникову говорить будем? — наконец задала она вопрос.

— В смысле? — не поворачиваясь к ней, спросила я.

Все так хорошо было — по кухне витает аромат свежесваренного кофе, я сервирую утку, а тут Мульти вылазит с напоминанием о вчерашнем. А я ведь только — только смогла абстрагироваться от этого.

13
{"b":"26171","o":1}