ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— А что, они еще появятся? — оживилась я.

— Дай Бог, — вздохнул он и достал из портфеля бумажки. — Подпиши, горе, что меня действительно наняли адвокатом Березняковой. Без этого я не смогу начать по ней работать.

— Конечно — конечно, — кивнула я и нарисовала закорючки.

— Все, тогда я пошел, — сказал он, сгребая бумажки. — Буду держать в курсе.

— А деньги? — встрепенулась я.

— По факту оплатишь, — махнул он рукой. — Кстати, ты говорят про Корабельникова книжку пишешь?

— Кто говорит? — опешила я.

— Да люди, — неопределенно хмыкнул он. — Что, и правда уже и договор на экранизацию есть? Наверно, штучками своими издателей да режиссера охмурила, а, Марья?

— Да иди ты, — внезапно обиделась я. — Что я, без штучек ничего стоящего не сделаю???

— Мда? — остро взглянул он на меня. — Ну смотри. Если что — юридическую поддержку организую, осторожнее там с ними… Сожрут!

— Иди, благодетель, — хмуро подтолкнула я его к двери.

Ну Витька!!!

Я закрыла за Алексом дверь и пошла на третий этаж, в спальню. Катёнок на моих руках давно уснула, и поэтому следовало переложить ее на нормальную кровать. Бакс, до того мирно спавший на мониторе у кровати, заметив меня вскочил, зашипел и вздыбился.

— Хоть ты-то не выступай, — буркнула я ему.

Тот сверкнул желтыми глазищами и забился за диван.

А я села на кресло и задумалась. Три — пять лет в качестве минимума для Мульти меня решительно не устраивало. Да и вообще — понятно было, что Мульти грозилась прибить Олега только на словах. На самом деле она мухи не обидит. А тут — судя по всему она должна была довольно долго кромсать ножом его шею. Возникает вопрос первый — оно ей это надо было? Если в состоянии аффекта-то по любому после четырех-пяти ударов она бы опомнилась. А второй вопрос — что в это время делал Олег? Доверчиво ждал, пока она отрежет ему голову?

Менты, я так понимаю, уже все решили. Алекс говорил очень уверенно — насчет доказательств против Наташки. Вот гады! И Корабельников туда же, а уж он-то мог бы сообразить — какая из Мульти убийца? Ладно, придется мне самой этим заняться. Подруг надо беречь, они нынче в дефиците. Завтра детишек определю по детсадам и школам, да и поеду по делам.

На улице уже начинало смеркаться, и я вышла во двор за Настей. Ребятишки при моем появлении притихли и выжидательно на меня уставились.

«Чего приперлась, всех обломала?» — читалось на незамутненных детских личиках.

— Настя, — с максимальной строгостью сказала я. — Домой пора!

— И ничего не пора, — разъяснила она мне. — Чего я там забыла? День ведь на дворе!

— Ничего себе день! — возмутилась я. — Девятый час ведь уже!

— Да? — мгновенно наполнились слезами ее глаза. — Никого домой не загоняют, а я что, рыжая, да?

Я посмотрела на ее несчастное лицо и устыдилась. И правда, сволочь я последняя. У ребенка мама в тюрьме, а я!

— Конечно Настенька, погуляй еще, — засюсюкала я. — Кушать-то не хочешь?

— Не хочу, — буркнуло чадо.

— Ну ладно, не хочешь как хочешь, — лепетала я. — Если что я пока в десятой квартире у дяди Сережи буду. Помнишь дядю Сережу?

— Помню, — нетерпеливо ответила Настя, — хахаль ваш.

Я поперхнулась:

— Какой он мне хахаль!

Настя красноречиво пожала плечами. Мол, какое мне дело до этого!

— Ну ладно, я пошла, — вякнула я и побрела к брошенной у забора бээмвушке, решив ее все же загнать в подземный гараж. Беда с этими детьми. Мы такими не были. Эти уже какие-то взрослые.

В холле подъезда я попросила Андрея, охранника:

— У меня там племянница во дворе играет, вы уж присмотрите, чтобы чего не случилось, ладно?

— Да что с ней случиться может? — лениво оторвался он от кроссворда.

— Ну, мало ли? — пожала я плечами. — Всякое бывает, вдруг ее детки обидят или еще что? Если что, то я пока в десятой квартире у Куценко.

— Хорошо, — кивнул он.

Я пошла к Сереге с дурными предчувствиями. Была б моя воля — я бы Настю к себе наручниками приковала. Настя у Мультика любимая дочка, если что — влетит мне от нее по первое число.

«Да не переживай, все равно встреча с Мульти откладывается на три — пять лет», — вылез ехидный внутренний голос.

«Цыц!» — холодно велела я ему.

Серега открыл мне дверь, не успела я прикоснуться к звонку.

— Чего тощий такой, совсем не ешь без бабы Грапы? — критически оглядела я его.

Он нервно пригладил темные лохмы:

— Да работаю я, некогда. А ты как, в гости?

— По делу! — развеяла я его мечты. — Пройти можно?

— Ага, конечно, давай на кухню, а то дома бардак.

Я прошла через холл, запинаясь об раскиданную обувь, уселась около обеденного стола и задумчиво посмотрела на Серегу. Как бы ему детишек-то спихнуть? Надо наверно что-то пообещать, но что? За Настю лично мне миллион баксами многовато было б.

«Миллион баксами?» — ахнул внутренний голос, и я одумалась.

За миллион я б согласилась ее воспитывать. С полгода, не более.

— Сереженька, — ласково начала я.

— Зефирок хочешь? — перебил он меня.

— Конечно хочу! — мысли о детках тут же выскочили у меня из головы и я алчно посмотрела на соседа. Зефир в шоколаде я любила до самозабвения, но не тот, что в магазине продается, а свеженький, который привозила Сереге мать, работающая на кондитерской фабрике.

И Серега потянулся через стол к дальнему углу, где из-под газеты торчал край конфетницы. Прямо передо мной оказался его худой бок, небрежно прикрытый тишоткой, и это—то Серегу и сгубило. Потому что я мгновенно почувствовала биение крови под ненадежной преградой ткани и кожи, и меня повело . Время стало вязким и липким, практически замерло. Я медленно прикрыла глаза и прижалась щекой к его ребрам, чувствуя, как затрепыхалось в бешеном ритме его сердце, как яростно запульсировала кровь. Я с трудом балансировала на грани.

На грани чего?

«Ну, у тебя, детка, сколько секса-то не было? — снисходительно начал вещать внутренний голос. — А Серега — очень даже нормальный вариант, он сколько времени в тебя влюблен? Пора бы уж парня поощрить, кому еще ты, образина, нужна-то?»

Серега замер.

— Магдалин? — неуверенно и как-то хрипло позвал он.

39
{"b":"26171","o":1}