ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мысли парадоксально. Как дурацкие идеи меняют жизнь
Цена вопроса. Том 1
Срок твоей нелюбви
Лекарство от нервов. Как перестать волноваться и получить удовольствие от жизни
Женщины, которые любят слишком сильно. Если для вас «любить» означает «страдать», эта книга изменит вашу жизнь
Бумажная принцесса
Запасной выход из комы
Уйти красиво. Удивительные похоронные обряды разных стран
Превышение полномочий
A
A

— Во! — Васька вытащил из-за пазухи ремешки, украшенные накладками из насеребренного металла.

— Тонкая работа! — авторитетно объявил Володя, осмотрев уздечку. — С чего вы взяли, что самоделка? Такую и в музее не стыдно выставить.

При слове «музей» Васька сделал охотничью стойку. Володе удалось воспитать в нем величайшее почтение к своим занятиям.

— Ну? — Васька выразительно глянул на вождя апачей: «Как? Отдадим в музей?».

— Пожалуйста, берите. — Костя ухмыльнулся. — Буба себе другую сделает, еще лучше. Он в прошлом году знаете какую сделал! Из дедова офицерского ремня! Тоже мать и бабушка ругались. Память о деде. Буба им обещал больше не ходить с угонщиками. А сегодня они плачут, а он уперся: «Ходил и буду!». Орет на них. Раньше никогда не орал.

«Я не маленький»! — проверещал Васька, явно подражая голосу Бубы. — «Имею право сам выбирать своих друзей»!

В Васькином эмоциональном исполнении речи Бубы звучали на редкость нагло и бессердечно.

«Я, кажется, поторопился выразить симпатии к этому Бубе, — подумал Володя. — И я опростоволосился с оценкой уздечки, уронил свой авторитет. Надо что-то предпринять, чем-то их удивить». Володя предложил Ваське продолжить свой рассказ и стал слушать с особым вниманием, выискивая, за что бы зацепиться.

Наблюдатели видели, как ушли из дома мать и бабушка Бубы. Васька неслышно прокрался к дверям квартиры Бубенцовых на втором этаже и обнаружил на дверях огромный висячий замок. Наблюдатели пришли к выводу, что Буба подвергнут домашнему аресту. В Двудворицах это мера наказания применяется родителями часто. Васька и Костя-Джигит не оставили своего наблюдательного пункта и сосредоточили внимание на окнах квартиры Бубенцовых, выходивших во двор. Время шло, но Буба не делал попыток выбраться из дома через окно. Васька еще раз подкрался к дверям квартиры Бубенцовых, чтобы подслушать, чем занимается Буба. И тут Ваську ожидал неприятный сюрприз. Огромный висячий замок исчез, окно на лестничной площадке, выходившее на противоположную сторону дома, оказалось полуоткрытым. Буба перехитрил наблюдателей и скрылся.

— Бежал через окно? — Володя мигом понял, что вот она, зацепка. — Нет, — сказал он сыщикам, — тут что-то не так… — И предложил им еще раз повторить все сначала.

Когда они, перебивая друг друга, дошли до огромного висячего замка, Володя мысленно вскричал: «Эврика!»

— Вот что, Костя… Нет, лучше ты, Васька. Сходи-ка проведай заново квартиру Бубенцовых, и ты увидишь, что замок опять на месте. Обязательно дотронься до него, и ты убедишься, что, во-первых, он висит не в замочных петлях, а прикручен как-нибудь, и во-вторых, он не заперт.

Васька молниеносно исчез и немного погодя вернулся с вытянутой физиономией.

— Висит! Незапертый! Владимир Алексаныч, как вы догадались?

— Очень просто! — Володя специально натренировался в произнесении этой реплики. Жест смущения, слабая улыбка — и собеседники догадываются, что все было далеко не просто. А собственные наблюдения кажутся любому куда убедительнее чужих слов. — Да, очень просто, — повторил Володя с удовольствием. — Где ты, Васька, видел, чтобы двери квартир запирались в наше время на висячие замки? Такие замки предназначены для сараев и кладовок. Я уверен, что в дверях квартиры Бубенцовых есть внутренний замок. А висячий прицепил Андрей. Невинная хитрость! Андрей надеялся, что вы увидите замок и подумаете, что его нет дома. Но вам взбрело в голову, что Андрей посажен под домашний арест, и вы остались. Андрей наблюдал за вами из окна, он, очевидно, огорчился, что хитрость не удалась, и снял замок. Вот тут ты, Васька, подкрался к двери Бубенцовых второй раз, обнаружил, что замка нет, и поднял тревогу. Андрей увидел, как вы умчались сломя голову. Теперь он мог спокойно уйти. Причем не отказал себе в удовольствии опять прицепить замок на дверь. Он надеялся, что ты, Васька, туда наведаешься в третий раз. Ты именно так и поступил, но уже по моему совету…

Васька не сразу взял в толк Володины разъяснения, но когда наконец понял, в чем состояла хитрость Бубенцова, покатился со смеху. Костя-Джигит уяснил себе все с первых слов и, кажется, проникся к Володе заново изрядным почтением.

— Вот что… — Володя изобразил наивысшую строгость. — Чтобы больше никаких не согласованных со мною действий! Иначе я отказываюсь вам помогать. Даете слово?

— Даю! — веско промолвил вождь, и Володя догадался, что слово это дано не только за себя, но и за Ваську.

— Ну! — Васька вместил, по своему обыкновению, в один краткий эмоциональный возглас весьма основательную и прочувствованную речь: «Я больше не буду! Но уж вы, Владимир Алексаныч, не подкачайте! Я вас так расхвалил этим пустоголовым апачам».

— Подождите меня здесь! — распорядился Володя. — Потом проводите до музея.

Он зашел во двор, постоял возле кудрявого лицеиста. Однако поэтическому настроению назойливо мешало суетное желание разглядеть, как Васька и Костя умудрились втиснуться под скамью.

По пути в музей Володя выведывал у Кости-Джигита дополнительные сведения об апачах. Чем, например, может сегодня заниматься Чиба, Витя Жигалов? Тем же, что всегда. Сидит дома, мастерит электрогитару. «Ага, вот что означают голубые хлопья в осадке, — подумал Володя. — Витя Жигалов умелец и конструктор»

— Ну а, например, Курочкин? — Володя задал этот вопрос как можно равнодушней.

Вождь медлил с ответом, и его опередил Васька:

— Он в кино пошел, Владимир Алексаныч!

Володя внутренне подосадовал на неуместную Васькину шустрость, но делать нечего, излишний интерес к Курочкину может насторожить Костю-Джигита.

Музей по понедельникам был закрыт для посетителей. В вестибюле тетя Дена вязала носок. Володя прошел черным ходом во двор, поднялся по чугунной наружной лестнице в кабинет директора. Через минуту он уже унесся далеко отсюда, на просторы южнорусских степей, в знаменитый Хреновский конный завод, где граф Алексей Григорьевич Орлов-Чесменский вывел новую породу лошадей, несравненного орловского рысака, красу России.

— Потрясающе! — вскричал Володя, добравшись в истории коневодства до удивительного поступка Василия Ивановича Шишкина, ближайшего помощника графа Алексея Григорьевича.

Вскочив из-за стола, Володя возбужденно зашагал по кабинету. В его воображении возникла во всех деталях, со всеми подробностями картина похорон достославного рысака Любезного 1-го, помершего в возрасте 25 лет… Манеж конного завода. Рядом вырыта глубокая могила. Конюхи в искренней печали опускают в могилу красавца коня в роскошном убранстве… Однако в каком именно? Володя подошел к столу, раскрыл один из альбомов с изображениями знаменитых рысаков. Сколько вкуса, мастерства вложено в конскую упряжь! Теперь Володя видел во всех деталях, как был наряжен в последний путь Любезный 1-й. Шитая попона, уздечка в серебре. И капор, непременно капор! Уздечка показалась Володе знакомой. Где-то недавно он видел в точности такой узор. Ах, да! Уздечка, которую вышвырнули из окна Бубенцовых! Прелюбопытный, оказывается, человек Андрей Бубенцов! Володя захлопнул альбом и продолжил чтение истории русского коневодства.

В этой толстенной книге упоминались все русские императоры, каждый из них был причастен к судьбе того или иного орловского рысака. Но в сравнении со знаменитыми рысаками, вписавшими свои имена в историю русского коневодства, императоры выглядели мелко и незначительно.

С восторгом прочел Володя страницы, посвященные великому, несравненному Крепышу. Поражение Крепыша в 1912 году на московском ипподроме стало черным днем для всех русских любителей конного спорта. На славу орловского рысака подло посягнул наездник-иноземец. Он придержал Крепыша и дал выиграть приз американскому рысаку Дженераль Эйчу.

«Черный день России. Каково?! — Володя задумался. — Я сейчас вычитал очень важную для меня подробность. Лошадь как предмет народной гордости. Создатели породы орловских рысаков гениально угадали, какая лошадь по всем своим качествам отвечает русскому вкусу, русскому характеру. Но ведь все эти годы, когда на конных заводах пестовали орловского рысака, по деревням крестьяне создавали своего, крестьянского, работящего коня. Сколько существовало неписаных конских родословных! Знали ведь, чье потомство славится силой, выносливостью, неприхотливостью. Знали и упорно, последовательно отбирали. У каждого народа своя любовь к лошади, свои требования к ней. У кавказского горца — своя, у степняка-казаха своя. „Какой русский не любит быстрой езды“, — писал Гоголь, воспевший русскую тройку, птицу-тройку. Но превыше всех самых красивых и самых родовитых лошадей крестьянская лошадка, впряженная в плуг. Лев Толстой написал житие изумительного Холстомера, однако на картине Репина Толстой пашет землю на крестьянской лошадке…»

19
{"b":"26176","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Лесовик. Вор поневоле
Девушка с Земли
Как испортить первое свидание: знакомство, разговоры, секс
Книга Пыли. Прекрасная дикарка
Счастливый год. Еженедельные практики, которые помогут наполнить жизнь радостью
Последнее прости
Переписчик
Осень Европы
Три нарушенные клятвы