ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Заговорил Сэм Раш:

– Доктор Хейвер, необходимо как можно скорее найти вашу пациентку. Я серьезно склоняюсь к тому, что в наших же интересах будет ограничить свободу передвижений этой особы.

Том старался поймать взгляд Сары. Его мысль была ясна: ты ее проворонила, ты ее и возвращай обратно.

Сара покачала головой. Она не могла взять на себя такую ответственность. Ее собственное отношение к Мириам Блейлок было вполне определенным: эта женщина – это существо – обладает пугающей и опасной силой. Она умеет пробуждать в человеке такие желания, которые лучше было бы не будить. Сара не хотела с ней больше встречаться.

– Мне придется попросить тебя, Сара. Ты знаешь ее лучше всех.

Она пристально разглядывала поверхность стола. Возможности отказаться от прямой просьбы у нее не было.

– Я не знаю, что и делать.

– Позвони ей, – посоветовал Том.

– Съездите к ней. Не надо рисковать. Привезите ее обратно, – в голосе Хатча чувствовалась искренняя озабоченность.

– Ваш заведующий прав, – сказал Сэм Раш. Том опустил взгляд на свои бумаги.

– Я не знаю, где она живет, – в отчаянии пробормотала Сара.

– У нас же есть ее адрес – не так ли, Том? – Хатч, казалось, надеялся, что ответ будет отрицательным

– Конечно, – бросил Том.

Сара старалась успокоиться, но тщетно. Руки ее нервно сжимались и разжимались, пока она резким движением не убрала их со стола. Все теперь смотрели на нее.

– Да, – услышала она словно издалека свой голос, показавшийся ей слабым и незнакомым. – Мы должны ее вернуть. Я сейчас же поеду.

* * *

К ее удивлению, дом Мириам Блейлок оказался просто очаровательным. Сара вышла из такси у небольшого домика из красного кирпича, отделанного белым мрамором; в ящиках на наружных подоконниках в изобилии росли цветы. Он весь был таким чистым, таким светлым. За раскрытыми окнами виднелись комнаты, оклеенные обоями веселых расцветок. Частный дом на Саттон-Плейс, наряды от Ланвена – genus [29]  Мириам Блейлок, без сомнения, не имел проблем в общении с человеческой средой.

Поднявшись по ступенькам, Сара позвонила. Из-за двери послышалась приглушенная мелодия звонка. Мимо, посвистывая, прошел полицейский. На другой стороне улицы, сбившись в кучу, о чем-то беседовали дети.

Дверь распахнулась – и Сара увидела Мириам Блейлок. На ней было бело-розовое платье. А при виде ее улыбки Сара мгновенно позабыла все свои опасения; осталась только одна мысль – будто она приглашена в этот прекрасный дом его очаровательной владелицей.

– Могу я войти? Мириам шагнула в сторону.

– О, я обожаю амбру, – услышала Сара свой голос. – Это напоминает мне детство. – Странный, неповторимый аромат пробудил в ней воспоминания о прихожей в доме ее бабушки, когда солнце вот так же, под углом, заглядывало в окна, в точно такой же день, как сейчас Она сделала глубокий вдох. – Это действительно уносит меня в прошлое.

– Не желаете ли присесть?

Сара прошла за ней в чудесно обставленную гостиную: редкая мебель времен Регентства, легкие изящные стулья и козетки. Утренний свет лился в окна, выходившие в садик. На полу лежал шелковый китайский ковер, на котором были вытканы многие из тех цветов, что росли в саду. На окнах висели голубые шелковые занавески, роспись на потолке создавала иллюзию летнего неба. И так хорошо было в этой комнате, что просто хотелось засмеяться от восторга. Сара стояла в дверях, сложив руки под подбородком. Она сознавала, что улыбается, как маленькая девочка. Повернувшись, Мириам встретилась с ней взглядом и рассмеялась. Глаза ее излучали удивительную теплоту.

Сара вошла в комнату и села на одну из козеток.

– Могу я предложить вам кофе? Я только что его приготовила.

– Это было бы прекрасно. Голос Мириам донесся из кухни:

– Готова поспорить, вы и секунды не спали. Удачно получилось, я как раз готовила кофе.

Она принесла Саре чашку кофе. Он был крепким и густым, и совершенно необычным на вкус – словно в нем соединились все мыслимые и немыслимые ароматы.

– Потрясающий кофе! – вырвалось у Сары. Мириам села рядом, поставив свою чашку на кофейный столик с мозаичной столешницей. Хрупкая красота мозаики привлекла внимание Сары. Там была изображена богиня, стоящая на радуге, с лунным серпом над головой.

– Ламия, – заметила Мириам, когда Сара зачарованно коснулась кончиками пальцев крошечных камушков. – Ее пищей является молодость. Радуга – символ Ламии, из-за ее красоты и неуловимости. Она – одна из бессмертных. Это мозаика из погибшей Пальмиры.

– Погибшей? Что там произошло?

– Алчность. Она сгубила римлян. Это была их колония.

– Это, должно быть, стоит... – Она смущенно замолчала. И что на нее нашло? Совершенно не умеет себя вести. Ведь это неприлично – распространяться о ценности предметов искусства, принадлежащих другому человеку.

– Я никогда не стану его продавать. Вы видите почему? – Мириам с любовью обвела пальцем овал лица.

Сходство было поразительным.

– Конечно вижу! Вы словно близнецы. Мириам внезапно подняла глаза – что-то за окнами привлекло ее внимание. Прервав разговор, она встала и подошла к окну. Сара не знала, что и думать: вначале Мириам вроде бы рада была ее видеть, теперь же утратила к ней всякий интерес. Саре захотелось побыстрее с этим разделаться. Мириам словно ждала кого-то. И этот дом, такой до боли прекрасный, казалось, вдруг замер в зловещем молчании, и отвратительные тени стали вылезать из углов... Сару передернуло.

– Ваш кофе остынет, – сказала она нарочито бодро, желая рассеять гнетущее впечатление.

– Выпейте его вы. Я уже пила перед вашим приходом

– Не откажусь. Он невероятно хорош. Конечно, это всего лишь кофе, но... – Она снова начала говорить чересчур много успокойся. Вспомни о Риверсайде и сматывай отсюда. – Послушайте, я вижу – вы заняты... Давайте, я перейду прямо к делу. У меня была веская причина прийти сюда. Риверсайд...

– Сегодня такой прекрасный день. Когда ветер дует с реки, у нас здесь просто великолепно.

– Ваш сад чудесен. Мы в Риверсайде...

– У меня более десяти тысяч растений. Эти розы – моя гордость.

55
{"b":"26183","o":1}