ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Казалось бы похоже на истину. Но попробуем разобраться более основательно. Тут, прежде всего автор уточнит, что в тот период служил на офицерской должности в УКГБ СССР по Красноярскому краю и не был свидетелем такого рода деятельности местного Управления КГБ. А если уточнять ещё более основательно, то и не служил в том подразделении, которое по логике вещей должно этим заниматься. Другими делами занимался. Так что может быть в Красноярске этого и не было. Хотя Красноярском страна не ограничивалась. Самые важные события в стране происходят в обычно в её столице.

Сам по себе это старый и проверенный способ деятельности политического сыска. Его не раз применяли в разное время в разных странах.

Могли, казалось бы, применить и у нас в период перестройки. Тем более, что в практике ЧК-КГБ кое-какой опыт был.

А что не получилось, так тот же Кирилл Столяров поясняет: «…Хотелось — одно, а уметь — совсем другое. Что-то, видно, на Лубянке сработало через пень-колоду, и народные фронты, как говориться, пошли кто в лес, а кто по дрова. Когда же начальство КГБ запоздало спохватилось и, пытаясь воздействовать на агентуру, прибегло к доселе безотказному оружию, сиречь к шантажу, то нежданного-негаданно выяснилось, что в атмосфере гласности шантаж бьёт мимо цели и что процесс ускользнул из-под контроля. Так они, бедолаги, и утёрлись, сидючи на бобах».[453]

Мог ли попасть в такое положение КГБ СССР. Теоретически мог. Но вот одна загвоздка. Оппозиционные силы начали возникать в Советском Союзе спонтанно и быстро. До 1989 года в стране были единицы оппозиционеров и именно к таким масштабам работы привыкли в КГБ. Мало того, официальная диктрина гласила, что в стране нет базы для противников режима, есть только кучка диссидентов. Был опыт работы с единицами, а нужен был с сотнями.

А названный приём политического сыска обычно применяется тогда, когда реальная оппозиция уже появится. Нет нужды создавать то чего все равно не будет. Сначала появляется то, с чем и с кем политический сыск должен бороться, а затем уже он начинает думать как возглавить этот процесс.

Родоначальником эсеровского террора в царской России был не Азеф, которого завербовала царская охранка. Террор появился раньше, а уж потом Азеф стал во главе организации эсеровского террора, частично предавая своих товарищей по партии. Но оппозиционные самодержавию силы действовали десятилетиями и у царских спецслужб было время определить особенности и тенденции их развития.

В годы перестройки у КГБ СССР было крайне мало времени. Это, во-первых. Во-вторых, сам КГБ был занят внутренними перестроечными явлениями. Менялись люди, делились кресла.

Время было предельно сжато, события развивась по нарастающей. В 1989 году началась резкая демократизация внутри страны, активизировались национальные противоречия и начался распад социалистического содружества.

Разумеется, это ещё не означает, что времени попытаться возлавить оппозиционное движение совсем не было. Его было просто очень мало. Ещё бы пару-тройку лет и КГБ, возможно, научился бы контролировать оппозицию ( постарался бы для ), но не успел.

Однако, есть одна особенность в существовавшей много лет практике агентурной работы КГБ СССР.

В период перестройки и позже выяснилось, что очень многие известные люди (например, считавшаяся символом независимости Литвы премьер-министр[454]) ранее поддерживали контакты с сотрудниками КГБ. Случалось, что самые яркие ненавистники Советского Союза и КГБ имели подмоченную репутацию бывшего агента советской государственной безопасности.

Публичное копание в бумагах КГБ могло привести страну к печальным (если не трагическим результатам). Дело в том, что КГБ привлекал к сотрудничеству многих.

Вот что, например, писал знаменитый в годы перестройки демократ : «В КГБ довольно быстро поняли, что от меня можно получить достаточно ёмкие наблюдения, и они ездить мне не мешали. Мои общие оценки их интересовали, и думаю, что по многим вопросам они подтвердились». Практически, это означало прикрытое признание в каком-то сотрудничестве с КГБ, а сотрудничество с этой структурой было обычно одно — тайное.

Многие понимали — лучше полупризнание самого, чем разоблачение другими. А последнее становилось все более и более реальным.

В практике вербовочной работы органов госбезопасности нет ничего особенно удивительного. Кого же КГБ должен вербовать в качестве агентов как ни активных и перспективных? Кто же должен соглашаться на помощь органам госбезопасности, как ни те самые активные и перспективные, им же нужна перспектива продвижения по службе (а поддержка КГБ имела вес).

Часть агентов госбезопасности по своей воле (почувствовав перспективу карьерного роста) вошла в оппозиционное движение. Возможно, некоторых подтолкнули к этому сотрудники госбезопасности.

Вот через них кое-какой контроль мог бы быть организован. Однако, и здесь фактор времени играл свою роль. Времени было катастрофически мало, а ситуация была столь переменчива.

4.10. Гласность и КГБ

4.10.1. Хорошее дело гласность, помогает она избавляться от недостатков, учит людей жить и работать и прочее. Но вот проблема, все хорошее имеет хоть немного, но плохое. Лекарством, если не правильно пользоваться, можно не вылечиться, а совсем наоборот.

Так уж повелось, что нового начальника подчинённые обычно проверяют путём разного рода экспериментов: как он к ним отнесётся: запретит или разрешит. Новый Генеральный секретарь ЦК КПСС стал ослаблять политику контроля в идеологической сфере. Руководители СМИ это быстро определили, так началась интересная пора в отечественном развитии средств массовой информации.

Почти обвально, хотя и первоначально с оглядкой началась критика всех и вся. Это было интересно для читателей, слушателей и смотрителей, это было относительно не сложно для авторов. Развлекать всегда легче, чем учить, да и платят за развлечение более охотно, чем за учёбу.

Кто же будет против познания истины, особенно, если ранее порой почти насильно кормили примитивными и не всегда верными штампами? Все бы хорошо, но не все было так прекрасно.

Оказалось, что гласность для нашей страны (десятилетиями жившей в условиях диктатуры единой и примитивной идеологии), что европейские болезни для аборигенов Америки, которые в массовом количестве вымирали, не имея иммунитета от этих новых болезней.

Некоторые быстро встревожились негативными последствиями нарастающей тенденции работы СМИ.[455] Но вначале мало кто верил печальным предсказаниям. Миф о свободной прессе, как двигателе прогресса, был заманчиво красив и соблазнителен.

Между тем, «свободной прессы вообще не бывает, и нигде нет. Просто на Западе она достаточно прибыльна, и поэтому там есть между разными изданиями обычная конкуренция из-за того, что они принадлежат разным хозяевам».[456]

Нет пророков в своём отечестве. Ещё в Древней Греции заметили, что не всем неблагоприятным пророчества верят (эффект Кассандры).

4.10.2. До перестройки КГБ был тем органом, который наряду с партийными инстанциями, прежде всего, и защищал ту самую старую единую и часто примитивную идеологию. Как же им теперь терпеть отступление от принципов?

А очень просто. На самом деле, главным принципом слишком многих чиновников всегда был один: что начальству угодно, то и правильно. А, следовательно, если новое партийное руководство разрешает критиковать что-то (а хотя бы и то, что ранее называлось несомненной истиной), значит, так тому и быть. Конечно, на кухне с верными друзьями можно поворчать, попророчествовать о будущих проблемах, но кто же восстанет против мнения высшего руководства?

Лучше (т.е. выгоднее) самим перестроиться, и духе времени начать «перестраивать» других, тем более, что хотя бы частично критика старых глупостей была просто необходима. Нас ведь учили порой настолько банальным и очевидным глупостям, что диву даёшься, как мы этому всему верили. Тут, пожалуй, даже не всеобщий обман, а всеобщее безразличие (оно же презрение) к ко всем глупостям, которыми нас кормили.

вернуться

453

Столяров К.А., «Распад. От Нагорного Карабаха до Беловежской пущи», М., «Олма-пресс», 2001, с. 34.

вернуться

454

«Прунскене сама объяснила, на какой крючок её подловили.

вернуться

455

Известный писатель Ю. Бондарев летом 1988 года выступил со следующими словами: «Наша экстремистская критика со своим деспотизмом, бескультурьем, властолюбием и цинизмом в оценках явлений как бы находится над и впереди интересов социалистического прогресса. Она хочет присвоить себе новое звание „прораба перестройки“. На самом же исповедует главный свой постулат: пусть расцветают все сорняки и соперничают все злые силы; только при хаосе, путанице, неразберихе, интригах, эпидемиях литературных скандалов, только расшатывая веру, мы сможем сшить униформу мышления, выгодную лично нам. Да, эта критика вожделеет к власти и, отбрасывая мораль и совесть, может поставить идеологию на границу кризиса». («XIX Всесоюзная конференция Коммунистической партии Советского Союза, 28 июня — 1 июля 1998 года», Стенографический отчёт, в 2-х томах, М., Политиздат, 1988, т. 1., с. 226-227).

вернуться

456

Валянский С.И, Каляжный Д.В., «О Западе, который пыжился, пыжился, а России сама по себе», М., «Аст», «Астрель», «Транзиткнига», 2004, с. 237.

40
{"b":"26189","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Повелитель мух
Прекрасный подонок
Смерть Ахиллеса
Мусорщик. Мечта
Как устроена экономика
Человек, который хотел быть счастливым
Ее последний вздох