ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

По большому счёту, был выбран судьбой в качестве рычага, которым была изменена страна, а, в конечном итоге, и весь мир. Был ли он выбран в качестве этого рычага неосознанно или сделавшие выбор понимали существенные несовпадения ельцинизма и демократизма?[646] Это очень интересный вопрос, на который следовало бы дать ответ перед историей. Как и ответ на вопрос о том, кто делал этот выбор?

Понимал ли это сам «избранник» и какую игру он сам играл?[647]

4.18.4. к концу 80-х годов стал почти иконой для многих его соотечественников. К этому времени много говорливый стал надоедать почти всем.[648] Подсознательно в народе шёл поиск нового кумира. Так устроен этот мир, все время нужно менять кумиров.

Впервые вновь почувствовал вкус победы в 1989 году, когда был выбран народным депутатом Советского Союза. Но эта убедительнейшая победа (в Москве его поддержало подавляющее большинство населения) ещё не привела его к власти. Она просто показала возможный путь возвращения к власти.

«Хотя и был в 1989-1990 годах членом Президиума Верховного Совета СССР, на заседаниях этого орган власти он был малоактивен».[649]

Реальный путь к новой власти в стране начался в 1990 году. Тогда проходили выборы в Верховный Совет РСФСР. В 1990 году он был избран народным депутатом РСФСР и после длительной борьбы с минимальным перевесом стал председателем Верховного Совета РСФСР. Это уж реальная победа, но её нужно было закрепить и усилить.

А чтобы усилить самый простой способ был переход на позиции сепаратизма, т.е. нужно настаивать на обособлении Российской Федерации.

На этот счёт было высказано интересное, хотя и спорное мнение. «…Сначала демократическая элита, которая не имеет этнического русского самосознания, крайне негативно относилась к идее суверенитета РСФСР. Но когда наши демократы почувствовали, что они только через эту идею могут сбросить вопреки своим убеждениям, прекрасно сознавая её безумность, они к ней присоединились. Елена Боннер сделала эту идею своей идеологией. Наша либеральная элита потому и победила, что проявила эту уникальную способность к перехвату идей».[650]

На самом деле поддерживали самые разные силы.[651] В том числе и те, кто, казалось бы, далёк от идеалов либерализма. Мало того, либеральным (демократическим) было только часть его ближайшего окружения, а массы были с ним во многом просто потому, что в очередной раз уверовали в наивную идею о справедливом вожде.

4.18.5. Взаимоотношение и взаимное соперничество и — основная стержневая ось, вокруг которой и шли все события, связанные с распадом Советского Союза. Один из этих двоих написал: «… Что таить — многие мои поступки замешаны на нашем противостоянии, которое зародилось по-настоящему именно в те времена».[652] Они были практически ровесниками, почти равными по положению, но какие разные люди. Один — юрист, прошедший путь карьерного аппаратчика, и предавший партию. Другой — строитель, почти случайно вознесённый партией на высший столичный пост, с которого она же его и скинула. Но при всей разности оба оказались могильщиками КПСС и Советского Союза. А заодно и боевого отряда партии — КГБ.[653]

Соперничая друг с другом, они искали поддержки у региональных элит, потакая стремлением последних к сепаратизму. Эта же борьба подталкивала их в отнюдь не бескорыстные объятья западных лидеров.[654] Все это вело страну к кризису, точнее ещё убыстряло тот процесс, который первоначально начал бестолковый.

Но кроме этого, результат соперничества двух лидеров создал прецедент, когда обиженный и, казалось бы, поверженный неудачник победил карьерного партийного аппаратчика. Это был пример для многих других карьеристов, которым показалось, что нужного результата можно достичь не только и не столько медленно продвигаясь по служебной лестнице и угождая всем подряд, но и путём резкого рывка самостоятельно или в фарватере другого соискателя власти. Несколько лет после 1991 года страна жила в состоянии постоянных попыток таких «карьеристов» взять свою вершину. Забегая вперёд можно сказать, что это было время упорной борьбы за власть и капитал. И пока в стране «не устаканилось», это борьба определяла сущность поведения основных действующих лиц. Борьба, в которой иногда и были победители, но в числе побеждённых была неизменно ещё одна сторона — сама страна.

Кстати, некоторые пытаются представить крушение СССР как взаимную игру и., близко знающий первого и второго отрицал такую возможность.[655] Так не играют, когда просто не переваривают друг друга.

4.18.6. «Личное противостояние и М. привнесло во внутриполитическую борьбу бездну византийского коварства, лжи и лицемерия. Оба были озабочены в первую очередь своим личным местом в политическом табеле о рангах в России, в их действиях не просматривается искренняя озабоченность о судьбах страны и народа».[656]

При этом, заметим, что у первого советского президента было гораздо больше возможностей растереть своего политического противника в порошек, но воспользоваться ими он не сумел именно, из-за привычного ему «византийского коварства», не желания публично и открыто подняв забрало, нанести удар. А также из-за непонимания психологии своего народа.

В то время как будущий первый российский президент бесчисленное количество раз подставлялся своему противнику, казалось бы, своими самыми уязвимыми местами. Но слепая народная любовь спасала его, а умение держать удар и наносить ответный только разжигала страсть борьбы двух крушителей своей собственной Родины.

4.18.7. Интересно, что определённым союзником команды первого президента РФ и его демократического окружения были российские коммунисты. Да, на словах они были кровными врагами, но на деле все было не так просто. И эта непростота объяснялась просто. И тем и другим не нужен был, который катастрофический быстро терял популярность.

Особенно наглядно эта порой странная поддержка была заметно среди коммунистов депутатов Верховного Совета РФ. Как коммунистов, входивших в соответствующую фракцию, так и коммунистов, разбежавшихся по другим фракциям. На первый взгляд это парадоксально, но чем ещё можно объяснить победу во время выборов председателя Верховного Совета РСФСР в 1990 году, закулисные интриги вокруг выбора председателем в 1991 году, почти поголовную поддержку коммунистами Беловежского соглашения в самом конце 1991 года и прочие факты? Причём поддерживали порой, казалось бы, самые ортодоксальные коммунисты.

До сих пор об этом не любят говорить ни одна из сторон этого сговора в борьбе за власть. Чистоту идеалов сей факт сильно портит и тем и другим.

4.18.8. Кстати, к органам государственной безопасности в то время относился довольно негативно. И не скрывал этого. Достаточно прочитать его «Исповедь на заданную тему», как становится ясно, что был обижен на КГБ.[657] Впрочем, следует отметить, что ему было на что обижаться. Многие козни делались руками КГБ. А ведь стоило вовремя переориентироваться на нового кумира, и никто бы это ведомство не тронул. Не посуетились вовремя.

Даже через несколько лет, по словам, всегда опасался ведомства, которое ранее называлось КГБ.[658] Впрочем, что там, сам в 1994 году (т.е. через три года после ликвидации этого комитета), описывая народное недовольство лета 1992 года, написал: «Чувствовал наглую липу этих псевдонародных волнений. Чувствовал почерк родного КГБ».[659]

вернуться

646

Политические противники писали: «Когда шайка влиятельных персон твёрдо решает обчистить казну, им позарез нужен управляемый президент, который снисходительно смотрит на корыстолюбие сподвижников. В этом смысле Борис Николаевич Ельцин был, прямо скажем, вне конкуренции». (Столяров К. А., «Распад: от Нагорного Карабаха до Беловежской пущи», М., «Олма-пресс», 2001, с.305). Однако ещё раз подчеркнём, что это мнение политических противников. Ельцин — гораздо более сложный феномен российской истории.

вернуться

647

Разумеется, будучи в здравом уме, кто же сознаётся, что был пешкой в чужой игре. Горбачёв, даже провалившись, сразу выдвинул версию, что все и было так задумано. Однако, любой король в какой-то степени управляется своим окружением и подданными.

вернуться

648

«В массах же авторитет Горбачёва, ещё недавно весьма высокий, стал стремительно падать». (Островский В.П., Уткин А.И., «История России.XX век», М., «Дрофа», 1995, с.464).

вернуться

649

«Советская Россия», 08.06.91, с. 3.

вернуться

650

«Красноярская газета», 21.03.03, с.4.

вернуться

651

Один из заместителей председателя КГБ СССР писал: «Мне вспоминается моя тщетная попытка, предпринятая ещё в мае 1991 года, за 7 месяцев до Беловежья, повлиять хоть как-то на судьбу Советского Союза. Тогда в связи с планом Б. Ельцина создать свой собственный — российский — Комитет государственной безопасности В. Крючков договорился о личной встрече с Б. Ельциным в Белом доме. Он пригласил и меня (вместе с двумя другими генералами) принять участие в этой поездке. По дороге к Краснопресненской набережной я обратился к своему тогдашнему шефу со следующими словами: „Владимир Александрович! Сохранение СССР как великой державы превосходит по своей значимости все другие целеустановки, которые раздирают сейчас нашу политическую жизнь. Вы сейчас пойдёте к Борису Николаевичу, предложите ему поддержку как единственному реальному кандидату на пост президента СССР вместо полностью изжившего себя М. Горбачёва. Легитимность Горбачёва условна, потому что он избран Съездом народных депутатов (да и то с немалым трудом), а страна нуждается в президенте, избранном всенародным прямым голосованием. Поставьте вопрос о проведении таких выборов и пообещайте поддержку Ельцину. Как бы ни был неприятен Борис Николаевич — сейчас он непобедим. Но он всего лишь человек, жизнь которого ограничена коротким сроком. Пусть будет от президентом всего СССР, но такой ценой будет сохранена держава. Для страны и народов — это безусловно плохой, но все-таки лучший вариант, нежели распад и гибель СССР. Я уверен, что он схватится за это предложение“. Я ссылался на библейскую притчу о Соломоновом суде, на котором две матери оспаривали право на ребёнка и когда Соломон внёс вердикт о том, чтобы разрубить дитя пополам и каждой претендентке отдать по одной половинке, то настоящая мать закричала, что пусть отдадут ребёнка её сопернице, но оставят в живых младенца.

вернуться

652

Ельцин Б.Н., «Записки президента», М., «Огонёк», 1994, с.32.

вернуться

653

Олег Попцов в 1996 году писал о Горбачёве: «В мыслях и снах видит низвержение Бориса Ельцина, более болезненное и драматическое, нежели своё собственное. Полагает, что наступит время, когда они могут сравнить своё пенсионное обеспечение. И тогда Горбачёв-юрист отыграет очки у Ельцина-строителя». (Попцов О.М., «Хроника времён „царя Бориса“, М., „Совершенно секретно“, 1996, с.440).

вернуться

654

Собственно говоря, почему они должны быть бескорыстными?

вернуться

655

Анатолий Лукьянов в 1993 году писал: «Иногда, правда, политику Ельцина рассматривают как продолжение политики Горбачёва и видят в этом давно сложившийся и скрытый от людских глаз альянс. Я не могу это подтвердить. Ельцин и Горбачёв всегда были антиподами. Иногда эта их взаимная вражда выходила за рамки всякого приличия, иногда она сменялась внешне дружелюбными поклонами. Но по сути своей они всегда были противниками., ничего не прощающими друг другу. И то, как хладнокровно российский президент выдворил из Кремля бывшего союзного президента, лишив его ряда привилегий и значительной части помещений руководимого им Фонда, то как одёргивает он Горбачёва за каждую неугодную реплику, только ещё раз свидетельствует о холодной войн, которая и сейчас продолжается между ними». («Советская Россия», 23.01.93, с.2).

вернуться

656

Леонов Н.С., «Крёстный путь России», М., «Русский дом», 2002, с. 10.

вернуться

657

Но вот в числе немногих, кто Ельцина не бросил, был его бывший охранник из того же КГБ. Кстати, ему это стоило места по службе. А тогда это ещё много значило. Не мало тёплых слов сказал о Коржакове (а это о нем речь) Борис Николаевич в своей книге «Записки Президента». Но пройдёт не так и много времени и он отправит Коржакова в унизительную отставку. Но это уже тема для другого разговора.

вернуться

658

Коржаков А.В., «Борис Ельцин: от рассвета до заката», Изд-во «Интербук», 1997, с.276.

вернуться

659

Ельцин Б.Н., «Записки президента», М., «Огонёк», 1994, с.268.

60
{"b":"26189","o":1}