ЛитМир - Электронная Библиотека

Василий Головачев

Рецидив

Рецидив - z.jpg

Окрестности хутора Синдор

3 июля, полдень

С неба сыпал мелкий холодный дождик, налетая порывами, кусты и деревья вокруг поляны казались покрытыми слюдяной плёнкой. Спрятаться было негде, куртки на всех промокли быстро, но люди этого не замечали, с оторопью разглядывая родной пейзаж так, будто увидели в первый раз.

Стояли тесной группой, двенадцать человек, хотя в таком составе встретиться не мечтали.

Максим и Ольга, затрапезного вида грузин с усиками, команда Максима: капитан Брызгалов, лейтенанты Есипчук, Жарницкий и Тарануха. И команда генерала Охлина, за исключением егеря: сам генерал, заросший рыжей щетиной, его помощник капитан Еремеев, начальник Синдорского охотхозяйства Пуфельрод и два телохранителя генерала – Петро и Вован, от одного вида которых у Максима сводило скулы.

Первым нарушил молчание Охлин:

– Какого дьявола мы здесь торчим?!

– Мы шли в… туда, – проблеял Пуфельрод, тщетно пытаясь стереть с лица плёнку воды.

– Где вертолёт?

Охотники завертели головами.

– Тут должен быть, недалеко, – неуверенно сказал капитан Еремеев.

Охлин перевёл взгляд на Максима, посмотрел на молча стоявших Брызгалова и его оперативников.

– А это хто?

Мутные глаза бритоголового бугая по имени Петро прояснились:

– Геннадий Фофанович, это он… нас… у бани…

– Что он здесь делает?

– А хрен его знает.

– Мы же их искали, – опомнился Савелий Тарануха, ошалело глянув на командира.

– А где егерь? – очнулся Пуфельрод. – Вроде с нами вместе шёл.

– Отойдём, – кивнул на край поляны Максим.

Брызгалов и его команда, исполненная не меньшего удивления, чем охотничья, двинулась за ним.

Ольга Валишева в своём серебристом блестящем костюме, превратившем её под дождём в стеклянную статуэтку, осталась на месте, рядом с грузином небольшого роста, в котором Володя Есипчук узнал чекиста из Москвы.

Максим оглянулся, заметил, что Ольга и её спутник не торопятся за ними, сделал знак своим подождать, вернулся к девушке.

– Ты… вы меня не помните? Я Одинцов…

– Помню, – отозвалась она озабоченным тоном. – Мы познакомились в доме вашего дяди.

– Николая Пахомыча. Потом вы пропали…

– А вот этого я не помню.

– Не мог же я это выдумать? Пришлось вызывать своих оперов. – Максим оглянулся на терпеливо дожидавшегося Брызгалова. – Он может подтвердить.

– Я тоже, – проговорил грузин.

Максим посмотрел на него.

– Вы… тоже… в деле?

– Он мой начальник, – сказала Ольга тем же тоном. – Подполковник Мзилакаури.

– Ничего не понимаю! Как мы все здесь оказались?!

– Этот вопрос могла бы задать и я.

– Чертовщина! – Максим посмотрел на грузина.

Ольга с силой потёрла лоб.

– Такое впечатление, что я не могу вспомнить…

– У меня точно такое же впечатление. Мы искали охотников… и, кажется, нашли.

Все трое посмотрели на с шумом удалявшуюся компанию во главе с генералом.

– Чертовщина! – повторил Максим.

– Вахтанг Ираклиевич, – сказала Ольга. – Вы-то почему здесь?

– Я отправился вслед за вами, – проговорил подполковник с видом человека, пытающегося проснуться. – Вы исчезли, и меня послали в Синдор.

– Я исчезла?!

– Подтверждаю, – кивнул Максим, с трудом возвращаясь к действительности после безуспешной попытки напрячь память. – Вы ушли в лес и не вернулись… а я, по-моему, вас начал искать. Странно, не помню точно, хотя никогда не страдал амнезией. Но случилось это уже после пропажи охотников… по-моему.

– Удивительно, но и у меня провал в памяти, – криво усмехнулся Мзилакаури. – Впрочем, коль никто не пропал, то моя миссия закончилась успешно. Как нам выбраться отсюда?

Максим посмотрел на свинцовое небо, на лес.

– Если учесть слабый просветик в облаках – солнце находится там, – он указал рукой, – значит, север – в той стороне, а нам надо на восток, правее, выйдем к узкоколейке и по ней доберёмся до хутора.

– Спасибо.

– Идёмте с нами.

– Хотелось бы кое-что… – Мзилакаури кинул взгляд на Ольгу, – уточнить, посоветоваться. Идите, мы вас догоним.

– Заблудитесь, тут кругом одни болота.

– Если двинемся на восток, выйдем к узкоколейке, так?

Максим понял, что сотрудники ФСБ хотят остаться вдвоём, посмотрел на Ольгу, не проявлявшую никакой инициативы.

– Я вам позвоню, – очнулась она.

Он хотел напомнить, что, во-первых, они уже были на «ты», а во-вторых, аккумуляторы мобильных телефонов давно сели, но не стал.

– Как знаете. Мы будем на хуторе. – Максим повернулся к ним спиной, отошёл к отряду Брызгалова.

Дождь заметно поредел, небо начало проясняться.

Становилось парко.

Где-то в паре километров от поляны родился нарастающий гул, и через минуту над лесом мелькнул силуэт вертолёта.

– Быстро они дошли, – пробормотал Савелий.

– Это другой вертолёт, – мрачно возразил Жарницкий. – Военный, зелёный.

– Чёрт, я становлюсь забывчивым.

– Не льсти себе, у тебя уже давно склероз.

– Командир, я ни хрена не понимаю! – вполголоса заговорил Брызгалов. – Ты нас вызвал искать девчонку, потом пропал сам… насколько помнится… что происходит? Девчонка нашлась, охотники тоже… почему мы оказались вместе с ними?

Максим молчал.

– Пропадали звери, – тихо заметил не потерявший хладнокровия Володя Есипчук. – Потом началась кутерьма с охотниками.

– Когда началась?

– Мы прибыли сюда тридцатого июня.

– А сегодня какое?

Максим посмотрел на часы.

– Если верить электронике, сегодня третье июля.

– И где мы бродили три дня?

Бойцы группы переглянулись.

– Лягни меня комар копытом! – глубокомысленно сказал Савелий. – Может, здесь какая-то аномальная зона?

– А что? Может быть, – поскрёб в затылке Жарницкий. – Звери пропадали? Пропадали. Охотники куда-то загульбенили? Сколько их искали всем миром? Полиции нагнали отовсюду.

– Вон они пошли.

– Так это уже когда случилось? Их несколько дней искали.

– А мы с ними как в одном месте очутились?

Жарницкий сплюнул, потрогал щетину на скуле пальцем.

– А вот это уже не по моей части, напарник, пусть бугры маракуют.

– Ну и что ты маракуешь, бугор? – осведомился Брызгалов.

– Разберёмся, – ответил Максим, вовсе не уверенный в своём заявлении. – Идём на хутор, поговорим с Пахомычем.

– Этих бы надо подождать, – кивнул капитан на бредущую к лесу пару.

– Сами доберутся, не маленькие. Потопали.

Максим углубился в лес, не оглядываясь, зная, что группа последует за ним, не отстанет, приученная ходить по-фронтовому, как разведка на войне.

В голове царил сумбур, рождённый отсутствием здравого объяснения всем странным происшествиям. Предположение Жени Жарницкого об аномальной зоне имело смысл, однако не могло пролить свет на главные несуразности ситуации: где все были трое суток и почему оказались вместе с пропавшими за несколько дней до этого охотниками. Да ещё и с представителями «конторы», приехавшими в Синдор разбираться с исчезновением крупных животных.

Вышли к узкой нитке железной дороги, когда-то соединявшей село Синдор с хутором и колонией для преступников, запрятанной в лесной глуши. Сориентировались, почувствовав облегчение и некий душевный подъём. Ощущение у всех было одинаковое: будто они не ели пару дней и мотались по лесу до упаду. Что, кстати, подтверждали и заросшие щетиной лица.

Дождь пошёл сильнее, размыв далёкие извивы пейзажа и скрыв шелестом капель по листьям деревьев все звуки. Под ногами чавкало.

– Эх, в баньку бы сейчас! – крякнул Евгений. – Да с пивком! Да, командир?

– Будет тебе банька, – буркнул Брызгалов.

– Будет и свисток, – хихикнул Савелий.

За мостиком через дорогу показались ржавые паровозные будки, приспособленные кем-то под гаражи и сарайчики.

1
{"b":"261896","o":1}