ЛитМир - Электронная Библиотека

Ее размышления прервал Радар-2.

– Цель! Дистанция шесть и девять десятых мегакилометра, широкий профиль излучения. Курс минус пять-пять, плюс два-два.

Мирский обернулся к своему старпому.

– Илья, твой выход.

– Есть. Обозначаю новый контакт как цель Альфа. Лечь на курс схождения с целью Альфа, максимальное сближение триста «ка», полная мощность.

– Есть навести на цель Альфа!

– Вы чего-то ждете, капитан, – тихо сказал Илья.

Рашель чуть наклонила голову, чтобы усиленным слухом разобрать разговор двух старших офицеров в глубине рубки.

– А как ты считаешь? Что-то тут снесло всю нашу флотилию обороны, – буркнул вполголоса Мирский. – Что-то такое, что здесь находится, ожидало ее. Ничего, кроме враждебных контактов, я не ожидал сразу после выхода из прыжка.

– Я только не думал, что они будут так близко. – Муромец выглядел озабоченным.

– Мне пришлось немного покопаться, но спасибо инспектору Мансур. – Капитан кивнул в ее сторону. – Мы кое-что знаем об их возможностях, и это несколько тревожит. Это не обычная сводка разведданных, потому что те дураки не сочли это достойным упоминания. Мы воюем с корнукопиями, понимаете ли, и ни один кретин в разведке флота не позаботился узнать, на что способны фабрики-роботы в тактике.

Капитан второго ранга Муромец покачал головой.

– И я тоже не знаю. А это имеет военное значение, господин капитан?

– Имеет. Понимаешь, роботы умеют размножаться. И создавать звездные парусники.

– Звездные парусники… – тут его осенило. Илья был потрясен. – И какого они могут быть размера?

– До полукилограмма массы. А в грамм машинерии на алмазной подложке можно впихнуть чертовское количество управляющих схем. Пусковые установки, которые этими бестиями стреляют, имеют массу, возможно, до четверти тонны каждая – но приличный кусок этой массы является хранимой антиматерией, чтобы питать генераторы пучков нейтральных частиц. Можно предположить, что пусков тут пара тысяч, вот это, наверное, и есть плохо видимые контакты. Если зацепить один из них и он в тебя стрельнет, то следует ожидать звездный парусник на луче с ускорением в десять тысяч «же». Но, конечно, ты его скорее всего даже не увидишь, если только он на тебя не нацелится и ты не получишь малость из его бокового лепестка. В общем, мы в середине минного поля, и эти мины могут стрелять по нам релятивистскими ракетами.

– Но… – На лице Ильи отразился ужас. – Я думал, это было стандартное положение для стрельбы!

– Так и есть, кавторанг, – сухо сказал Бауэр.

– А… – Илья слегка позеленел.

– Отраженный сигнал! – Сообщил Радар-3. – Есть отраженный сигнал! Нечто запущено с цели Альфа, ускорение одна целая три… нет, пять десятых. Жарит гамма-излучением одна целая четыре десятых МЭВ.

– Зарегистрировать как первого кандидата, – ответил Илья и тут же напряженным голосом обратился к Мирскому: – Господин капитан, прошу разрешения возобновить непосредственный контроль!

– Разрешаю, – ответил каперанг.

Рашель оглядела рабочие станции рубки. Офицеры сгорбились за пультами, тихо переговариваясь по звуковой связи, подкручивая бронзовые ручки и щелкая переключателями. Мирский подошел к командному пульту и встал за плечом Ильи.

– Поищите радаром энергетические выбросы, – посоветовал он. – Дело выходит трудное. Если я прав, то мы – в середине минного поля, контролируемого центральной платформой управления. Если дадим утечку снова, то отсюда не выберемся.

Рашель тоже наклонилась вперед, сосредоточившись на главном экране. «Это, – подумала она, – замечательно. Если их команда всегда так работает, то при некоторой удаче они пробьются даже на низкую орбиту вокруг Рохарда».

Еще десять минут росло напряжение, пока «Полководец» набирал скорость, устремляясь к цели. Сингулярностный двигатель практически необнаружим, даже на близком расстоянии (обнаружить массу горы за миллион километров не под силу даже самым чувствительным детекторам гравитационных волн), но все, что должна была бы сделать крепость противника – это переключиться на импульсно-допплеровский радар, и линкор будет торчать на нем, как больной зуб. Первое правило космической войны – как и древней подводной войны – гласит: «Если тебя видят, значит, могут убить».

С другой стороны, база противника не могла точно знать, где именно сейчас корабль; он немедленно изменил курс, после того как заглушил поисковый лидар. Еще четыре кратких лидарных вспышки проехались по корпусу, пока остальные корабли эскадры взяли свой пеленг, и сразу – тишина.

– Второй след! – объявил Радар-1. – Еще пуск. Дистанция сорок семь «эм», вектор по направлению к источнику лидара-три – «Суворову».

– Подтвердить курс и ускорение, – приказал Илья. – Зарегистрировать как второго кандидата.

– Подтверждаю еще три, – сообщил Радар-2. – Еще один источник, дистанция девяносто мегакилометров. Цель Бета. Густо их здесь…

– Ищите следы…

– Третье эхо от локальной цели Альфа, – объявил Радар-2. – Рассеяние по отношению к кандидатам один и два. Похоже на ракету. Эта в нашу сторону.

– Дайте время подлета, – мрачно сказал Мирский.

Рашель посмотрела на него внимательно: Мирский – стреляный воробей, но даже если он сообразил, что происходит, она не понимала, как он собирается таскать каштаны из огня. В любой момент она готова была услышать рев сигнала тревоги и доклад наблюдателя, поймавшего гул релятивистских частиц, на волне которых несется гонимый пучком звездный парусник с зарядом антиматерии.

Конечно, слишком было бы ожидать от правительства Новой Республики понимания, насколько противник превосходит их по классу – культурный уровень этих людей не позволял им оценить опасность такого явления, как Фестиваль. Даже лучшие тактики флота, те, которые были знакомы с такими запретными технологиями, как самовоспроизводящиеся роботы или звездные парусники, не осознавали до конца, что Фестиваль с ними может сделать.

Шансы «Полководца» уцелеть в этом столкновении были очень хилые. На самом деле вся экспедиция строилась на предположении, что противник по сути достаточно человеческий, чтобы понимать концепцию войны и использовать оружие, котором кидаются друг в друга образованные поумневшие обезьяны. У Рашели было безнадежное и неприятное глубинное чувство, что Фестиваль, действуя без таких предвзятых концепций, окажется куда смертоноснее для экспедиционных сил Новой Республики, чем те могут себе представить. К сожалению, оказалось, что она будет на месте событий, когда космолетчики на собственной шкуре убедятся: межзвездные наступательные войны куда проще проиграть, чем выиграть.

– Отраженный сигнал, цель Гамма! Еще одна цель – дистанция двести семьдесят «эм». И снова запуск ракеты.

– Это… – Илья запнулся, – одна база на кубическую астрономическую единицу? Миллион баз, если они равномерно распределены во внешней системе…

Он был потрясен.

– Ты думал, что воюешь с людьми? – спросил Мирский. – Это полностью интегрированная оборонная сеть роботов. И большая. Охренительно большая. – Он был почти рад собственной проницательности. – Адмиралтейство, понимаешь, не стало слушать, когда я им объяснял. Еще восемнадцать лет тому назад. Одна из причин, по которым я так и не стал флаг-офицером…

– Я слушал, – спокойно сказал Бауэр. – Продолжайте, капитан.

– Есть, контр-адмирал. Решение по цели Альфа?

Пост управления огнем доложил:

– Время до цели Альфа двести секунд, капитан.

– Гм! – Мирский посмотрел на дисплей. – Ваше мнение, кавторанг?

Илья сглотнул слюну.

– Я бы подпустил вплотную и включил лазерную сетку.

Мирский слегка качнул головой.

– Забываете, что у них могут быть рентгеновские лазеры. – И скомандовал громче: – Релятивисты, будьте готовы к микропрыжку. По моей команде чтобы через пять секунд нас здесь не было. Место назначения – любое в пределах десяти а.е., без разницы. Можете?

– Так точно, капитан! Ядро полностью заряжено, прыжок возможен. Включаем в момент «Ч» минус пять секунд.

48
{"b":"26208","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Радость изнутри. Источник счастья, доступный каждому
Женщины непреклонного возраста и др. беспринцЫпные рассказы
BIANCA
Системная ошибка
Прочь от одиночества
Подсказчик
Суперлуние
Ловец
Почувствуй,что я рядом