ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Билет в другое лето
Задача трех тел
Поединок за ее сердце
Северная Корея изнутри. Черный рынок, мода, лагеря, диссиденты и перебежчики
Bella Figura, или Итальянская философия счастья. Как я переехала в Италию, ощутила вкус жизни и влюбилась
Элоиз
Любовный водевиль
Академия невест
Уйти красиво. Удивительные похоронные обряды разных стран

– Обязательно передам, мистер Шелдон, – сержант улыбнулся так же тускло, как и в начале разговора. – Благодарю вас за помощь. Вы действительно стопроцентный янки, мистер Шелдон. Страна будет гордиться вами, когда все это дерьмо закончится, – он обвел руками что-то вокруг себя, и хотя кассир не понял, что имел в виду сержант, все равно усиленно закивал. – Еще раз благодарю за содействие, мистер Шелдон. Я подам рапорт командованию о представлении вас к ордену "Серебряная звезда".

Сол замер. Он так и не понял, полный псих этот сержант или ему просто так кажется.

А военный спокойно развернулся, прошел через площадь к трайлеру и забрался в кабину. Грузовик взревел, качнулся и, набирая скорость, покатил по дороге.

Если в жизни Ронни и было более тоскливое путешествие, она этого не помнила.

В зарешеченные окна врывались блики маячков "плимутов". Их сопровождали две патрульных машины. Не то, чтобы полицейские боялись, но в Кливленде давно не помнили задержания преступников такого масштаба. Шутка ли – четыре трупа.

Девушка вздохнула.

Между отсеком для перевозки преступников и креслом водителя – настоящее ограждение. Стальные прутья, вдобавок обтянутые сеткой. Прочной, отличной сеткой. Изредка на приборном щитке начинало верещать переговорное устройство. И тогда коренастый шофер протягивал полную руку, хватал сардельками-пальцами рацию и с ленивой интонацией что-то бурчал. "Представляю, как гордятся эти люди сознанием важности выполняемой ими задачи, – подумала девушка. – Стоило выбираться из прерии и так драпать от психопата Перри, чтобы тут же загреметь в кутузку. Хотя сейчас мне лучше, чем полковнику. Значительно".

Солнце начало сползать к горизонту. Оно окрашивалось в оранжево-алый цвет и подсвечивало ватные облака, делая их нарядными. Постепенно начала спадать и жара. Хотя в воздухе сгустилась духота. Ронни подумала, что может быть дождь. Ей хотелось, чтобы он обрушился с неба. Резкий, холодный. Это больше всего соответствовало бы ее настроению.

Она вообще любила дождь. Он сужал мир до какого-то круга, понятного и приятного только ей. Ронни любила одиночество, подаренное дождем. На всем свете не оставалось никого, кроме нее. И – тогда! – ее квартиры. Сейчас девушке хотелось ливня, который отрезал бы их с Люком ото всех. От этих полицейских, от Скотта, от его прошлого. И она бы смогла убаюкать его, прижав голову к своей груди, обняв руками сильное тело. И он бы все вспомнил. Но все равно они были бы вдвоем.

– Ты должна была уехать… – вдруг тихо сказал Люк.

– Что? – Ронни даже не сразу поняла, о чем он говорит.

– Тебе нужно было уехать, пока еще было можно. Ронни улыбнулась и… Взяла его ладонь в свою. И сразу почувствовала, как сжались пальцы этой сухой незнакомой руки.

– Да? – спросила она улыбаясь. – И пропустить все это веселье?

Он тоже улыбнулся. Девушка вдруг подумала о…

"А что если у Люка есть невеста, и она его ждет. Да нет. Ей тогда, в лучшем случае, должно быть лет сорок пять – пятьдесят… Господи, ну и дура. Психопатка. Знаешь, милая, ты за два дня повидала столько сумасшедших, что, похоже, и сама чуть-чуть тронулась".

Сержант Скотт смотрел на убегающее под колеса трайлера шоссе и молчал. Его совершенно не волновали такие мелочи, как закат, облака и тому подобное.

У него были другие задачи, и он предпочитал обдумывать их молча. В последнее время Скотт начал замечать, что все больше и больше забывает самые простые вещи. Поначалу его это очень испугало, но скоро испуг прошел, потому что сержант выяснил: он помнит все, что касается его задачи. Все. А "лягушатник", так тот постоянно за спиной стоит, тут не забудешь. Пусть. Пусть. Скотт сообразил, это – тоже их попытки сделать его небоеспособным. Вывести из строя. Он, правда, никак не мог понять, с помощью чего гуки проделывают с ним такое, но был уверен. Это ОНИ. Точно. Ничего. Когда он убьет "лягушатника", все переменится. Память вернется. Стоит лишь найти их гнездо и разнести к чертовой матери. Но подобное станет возможным только после того, как умрет, сдохнет ПРЕДАТЕЛЬ.

Сержант вывел для себя еще одну вещь. Мир полон гуков. Из всех, с кем ему довелось разговаривать за эти дни, лишь один или двое не вызвали у него подозрений. Остальные – Скотт чувствовал это – были шпионами. Врагами.

Причем, желтож…е оказались гораздо хитрее, чем он думал вначале. Ему даже не сразу удалось раскусить их план. Теперь-то он все понял. Они вербуют всех, занимающих мало-мальски важные посты. От полиции до… Кого? Страшно подумать, КТО может оказаться на верхушке этой пирамиды… И заправляет этим "лягушатник". Сволочь. Он все понял. Штаб их находится в МЕРО! У ПРЕДАТЕЛЯ! И эти копы везут его вовсе не в департамент, не в Солт-Лейк-Сити, а к ним в штаб! В ШТАБ! Чтобы "лягушатник" мог САМ руководить захватом. А эта сучка будет ему помогать. Когда гуки захватят все ключевые посты в правительстве, она переманит на их сторону средства массовой информации. А тех, кто откажется сотрудничать с ними, будут обрабатывать так же, как обрабатывают его – выстригать память… Да. Хорошо, что он вовремя понял это. Теперь он, сержант Вооруженных сил США Эндрю Скотт, сможет оказать сопротивление. Сорвать дьявольские планы гуков.

Черт возьми. А ведь он мог бы долго пытаться привлечь на свою сторону полицию, армию, а они смеялись бы ему в спину. Или как этот ср…й доктор говорили бы, что он – псих. И так до тех пор, пока не убили бы его. Тропической лихорадкой. Гуки заразят этим дерьмом всю страну. Его страну. И все янки, настоящие, стопроцентные янки, умрут, а остальным гуки дадут противоядие. И все погибнут… Погибнут… Как погиб его взвод. Кроме них с "Кинг-Конгом". Дилланом Уотсоном.

Скотт покосился на ведущего машину унисола. Тот не отрывал глаз от дороги. Казалось, для него не существует усталости. "Отличный солдат", –подумал сержант и улыбнулся.

Люк осторожно перебирал звенья цепи, пробуя их на прочность, пытаясь найти дефект, трещину, надлом. Что-нибудь, дающее шанс на спасение. Он понимал то, чего пока еще не знала Ронни. Полиция не сможет им помочь в случае столкновения с сержантом Скоттом. Девушка находится в плену собственных иллюзий. Она уверена, что полицейский – человек, способный справиться с любой бедой. С любым врагом. Люк же был в этом не уверен. Он тщательно исследовал цепь, звено за звеном. Ничего. Его руки не способны разорвать легированную сталь. Сломать замок кольца тоже не получится. За него не ухватиться. Что делать?

Люк посмотрел на решетчатую дверь. Обычный стандартный замок. Такие в Форт-Брагге открывали за полминуты. Нужен только кусок проволоки. Водитель один, и вряд ли он рискнет выпустить руль и открыть прицельный огонь. А беглый ему не страшен. Главное, чтобы не задело девушку. Но это – проблема решаемая.

Достаточно Ронни спрятаться под сиденье, и пули ее не достанут.

Люк внимательно осмотрел пистолет, висящий на боку полицейского. Автоматический "дабл игл'45". Восемь патронов – восемь выстрелов успеет сделать водитель. Не страшно. Крупный калибр – сильная отдача. Как говорил инструктор по стрельбе: "Мощная пушка не всегда самая лучшая". Здесь именно такой вариант. Полицейский не сможет даже толком выстрелить. Отлично. Где же взять проволоку?

Люк осмотрел салон, повернулся к заднему окну и замер. В тридцати футах за полицейской машиной уверенно несся трайлер.

Он даже смог разглядеть застывшую улыбку Скотта за бронированными пластинами.

– О, черт возьми! – выдохнула Ронни. – О, дьявол!!!

Она тоже увидела грузовик. Но больше всего ее поразило не это, а спокойное лицо Люка. Ни одного слова, ни единого жеста, ничего.

Сержант Скотт положил руку на тяжелый станковый пулемет, разместившийся у него в ногах. Пальцы лениво перебирали желтые цилиндрики патронов, заправленных в оружейную ленту. На шоссе трайлер без труда мог обойти автобус, и Эндрю прекрасно понимал это. Просто отлично понимал. Ему доставляла удовольствие погоня. Уверенность, что на этот раз "лягушатнику" не скрыться, переполняла его и растягивала тонкие губы в язвительной усмешке.

62
{"b":"26219","o":1}