ЛитМир - Электронная Библиотека

Балум осмотрел место будущей схватки. Сила была на стороне преследователей, их было больше, их оружие совершеннее, а огромные звери, верхом на которых они передвигались, быстрее любого из людей. Он понимал, что сейчас их можно было задержать, но не победить. Ему нужно было выиграть время, чтобы оторваться от них, и он мог оставить здесь часть воинов и продолжить свой путь, но решил задержаться, чтобы лично организовать укрепление, и провести ритуал, дарующий силу ему и его бойцам.

Балум обладал огромным опытом военного руководства и побывал во многих битвах. Он не всегда выходил победителем, но каждое поражение учило его военному искусству. Он помнил, как несколько лет назад во главе большого войска преследовал разбитых врагов, атаковавших деревни земледельцев на границе его царства. Он нанес им сокрушительное поражение в открытом бою, и многие из плененных врагов нашли свою смерть на жертвенных камнях чонталей. Но Балум желал полностью добить остатки вражеского войска, в панике удирающего прочь, чтобы никогда более у них не возникло желания попытаться вновь напасть на землю и подданных его отца. Он нагнал их в узком ущелье. Но оказалось, что враги не бежали в панике, а отступили туда, где местность давала им некоторые преимущества. Они возвели на входе в ущелье укрепление из бревен – высокую изгородь в форме полумесяца с бойницами для лучников, вогнутую внутрь, причем края ее были скрыты в зарослях. Когда воины Балума атаковали центр изгороди, с ее боковых сторон их осыпали тучами стрел и дротиков, а с вершины скал в них полетели большие камни. Чонтали отступили, потеряв многих, перегруппировались и снова бросились вперед, и вновь, понеся тяжелые потери, им пришлось отступить. Балум послал бойцов на скалы, чтобы выбить засевших на них врагов. Получись у них это, и защитники укрепления оказались бы беспомощны против обстрелов сверху, но те держались мужественно и не покинули своих позиций. Только с наступлением темноты группа отборных воинов Балума сумела прокрасться к изгороди и поджечь ее, после чего судьба ее защитников была предрешена. И теперь, стоя на вершине холма, Балум решил воспользоваться тактикой своих бывших врагов. Индеец надеялся, что она поможет ему остановить преследователей и измотать их длительным боем.

Балум быстро отдал своим воинам необходимые указания, и те приступили к их исполнению. Одни рубили деревья, другие вырывали из мощеной дороги камни, чтобы на их место вкапывать столбы, а камни сбрасывать вниз на преследователей. Жители разрушенного города построили эту сакбе давным-давно, может, сто, а может, и двести лет назад, но камни, выложенные заботливой рукой древних строителей, продолжали крепко удерживаться в земле, и хотя некоторые из них уже были разбиты временем и вымыты проливными дождями, чонталям приходилось прилагать много усилий, чтобы выкорчевать их. Балум рубил лес наравне с остальными. Во влажных лесах древесина мягкая, и обсидиановые топоры легко срубали толстые стволы и ветви, необходимые для постройки укрепления. Вскоре часть людей начала вкапывать столбы так, чтобы изгородь пересекала дорогу и, закругляясь, концами своими уходила далеко в заросли сельвы. Врытые столбы переплетали гибкими лианами, а пространство меж ними заполняли крепкими сучьями. Когда изгородь была готова, площадку перед ней и большой участок дороги утыкали короткими, острыми палками, чтобы падающий человек пропарывал на них свое тело. За изгородью сложили груды больших камней, которые воины могли кидать в нападавших. По флангам изгородь полумесяцем охватывала подступы и уходила глубоко в непролазные заросли. Всего несколько человек легко могли удерживать там многочисленных врагов.

Когда все было готово, Балум оставил двух человек следить за приближением врагов, а остальным велел отдыхать, чтобы набраться сил перед предстоящим боем.

Январь 2004 года. Штат Чиапас

Мы медленно шли в западном направлении, как и советовал мексиканец, постоянно сверяясь с компасом. Иногда нам попадались тропки, и, даже если они уходили немного в сторону, мы все равно следовали по ним, поскольку пробираться через заросли было значительно сложнее.

– А ты не думаешь, что он нас отправил совсем в другую сторону? – через некоторое время спросил Ник. Он явно нервничал.

– Нет. Скорее всего он сказал правду. Зачем ему врать? Так он, по крайней мере, знает, в каком направлении нас искать. Я бы на его месте поступил именно так. Часть отряда пустил бы по нашим следам на случай, если мы вдруг в другую сторону свернем, а часть рассредоточил на подходах к полицейскому посту. И рыбку бы съел, и… нас бы поймал.

– Логично, – немного подумав, Ник кивнул. – Если преследователи потеряют наши следы, то нас перехватят те, которые будут ждать вокруг поста, а если мы не пойдем к посту, нас поймают те, кто пойдет по нашим следам. Тогда нам надо идти быстрее, чтобы время выиграть и к вечеру добраться до полицейских. Пока Длинный не допрыгал до своих.

Ник ускорил шаг, обгоняя меня, но я окликнул его, призывая не торопиться:

– Не беги. Если будем быстро двигаться, то на такой жаре и при таком влажном воздухе, голодные и с минимумом воды, мы окончательно выбьемся из сил уже минут через двадцать. – Я остановился и положил рюкзак в траву у края тропы. – Лучше кидай свои кости, отдыхать будем.

– Нам надо спешить. – Ник кусал губы и настойчиво желал продолжать путь, но я устало махнул рукой, призывая его сесть. Нехотя он вернулся ко мне и уселся рядом.

– Сейчас для нас самое главное – беречь силы и найти еду и воду. К вечеру мы все равно не доберемся до поста, так что в любом случае придется ночевать в джунглях. Сам подумай. Длинный сказал, что до дороги около двадцати километров плюс еще вдоль нее десять. Итого тридцать. Человек проходит за час пять километров. То есть до поста нам шесть часов ходу по ровной дороге и без перерывов на отдых, а здесь, через заросли, мы в лучшем случае сможем пройти километра два за час. Вот и посчитай. Если без всяких приключений, переправ через речки и тому подобное, получается часов пятнадцать. Да и то если спать и отдыхать не будем.

– Тогда выходит, что Длинный успеет добраться до своих? – Ник напрягся.

– Да, успеет. А еще успеет обложить нас со всех сторон. Так что, пока он сейчас прыгает к своей базе, мы можем спокойно двигаться по тропе, но потом надо будет постараться скрыть свои следы и пойти окольными путями. Вот у полицейского поста, судя по всему, нам придется приложить все силы и всю хитрость, чтобы проскочить заслоны.

– Понятно, – медленно протянул Ник и опустил голову. – Может быть, хотя бы покормят, перед тем как грохнут.

– Ты не раскисай, – я положил ему руку на плечо. – Еда здесь растет на деревьях и бегает по лесу. С водой, если не наткнемся на водоем или речку, несколько проблематичней, но можно найти какие-нибудь сочные плоды или, позаботившись с вечера, утром собрать росу. Кокосов здесь опять же много, только их надо найти и достать с пальмы. Разберемся.

– Надеюсь, что так, – сказал Ник, после чего мы встали и отправились дальше.

Путешествие по джунглям в действительности мало чем отличается от похода в обыкновенный малопосещаемый российский лес. Непроходимые буреломы, пробираться через которые следует, прорубая себе дорогу мачете, встречаются не так часто, как об этом принято думать. Лишь в некоторых местах, где поваленные временем и сыростью огромные деревья образуют завалы, обрастающие густым кустарником, пройти можно, только переломав себе по пути пару костей. Но их всегда можно обойти, потратив на это немного лишнего времени, хотя порой попадаются пространства настолько спутанной чащобы, что пробраться через них не поможет и мачете.

Джунгли совсем не похожи на те ярко сияющие журнальные картинки, поражающие сидящего в городской квартире обывателя своим многоцветием. Джунгли – это зеленая трава, зеленые кусты, зеленые листья и светло-зеленые лианы. То, что по природе своей имеет цвет, отличный от зеленого, как правило, покрыто зеленым мхом. Иногда из этой всеобъемлющей зелени вылетают стайки зеленых попугаев, наполняя окрестности своим сварливым гомоном. Через некоторое время ты закрываешь глаза, и зеленая пелена встает перед тобой. Лишь многочисленные бабочки размером с человеческую ладонь скрашивают сие унылое, зеленое однообразие вспышками переплетающихся огненно-красных, ярко-желтых, насыщенно-бордовых и нежно-голубых узоров на своих легких крылышках. Невероятные расцветки этих удивительных созданий способны заставить любого человека остановиться и завороженно разглядывать их, забывая о времени. И мы не были исключением, давая себе возможность немного передохнуть, памятуя, однако, при этом о возможных преследователях.

28
{"b":"26220","o":1}