ЛитМир - Электронная Библиотека

Лакандон сидел в ожидании нас, хмуро глядя перед собой из-под густых темных бровей.

– Если вы хотите выжить, то должны перестать вести себя как пижоны, – в итоге проговорил он, и в голосе его прозвучали нотки разочарования. – Если вы хотите жить, то должны есть, а чтобы есть, вы должны научиться убивать. Здесь нет светящихся красивыми рекламами супермаркетов, как у вас в городе, и вы не можете пойти в магазин и купить консервы, на которых будет изображена счастливая корова. Почему вас не смущает кусок жареного бифштекса на вашей тарелке? Только потому, что вы не видели, как эту корову убили на бойне?

– Просто она очень похожа на человека, – выдавил из себя Ник, показывая рукой на тушку обезьянки, не глядя в ее сторону.

Руис кивнул, соглашаясь с ним, но не ответил. Он поднялся, собрал хвороста, срезал две палки с рогатинами на концах и воткнул их в землю на некотором расстоянии друг от друга. Затем индеец заточил еще одну палку, насадил на нее обезьянью тушку и положил этот импровизированный шампур на рогатины. Разведя костер, он молча сидел рядом с ним, периодически переворачивая тушку, чтобы она хорошо прожарилась со всех сторон. Когда мясо было готово, мы с Ником пересилили себя и поели. Обезьянье мясо оказалось очень вкусным.

После ужина Руис попрощался с нами, сказав, что вернется через несколько дней, а сейчас ему следует переплыть озеро, пока не стемнело. Нам было жаль расставаться со стариком, но мы прекрасно понимали, что он не может постоянно оставаться вместе с нами.

Мы провели первую ночь на острове, забившись в свое убогое пристанище, внутри которого развели небольшой костер, чтобы согреться. К полуночи начался дождь, сперва едва моросивший, а затем обрушившийся с неба сплошным, нескончаемым потоком. Крупные капли молотили по крыше, но благодаря советам Руиса мы смогли выложить ее так, что пальмовые листья не пропускали воду. Следуя указаниям старика, мы построили наше жилище на пригорке, и первые несколько часов внутри него было довольно сухо, но постепенно утрамбованный земляной пол все равно пропитался влагой, и на нем образовались лужицы. Листья, из которых были выложены наши «постели», намокли, и спать на них стало совершенно невозможно, а потому половину ночи мы просидели у костра, молча подбрасывая в него хворост и слушая мощные раскаты грома. Влажные сучья отказывались гореть, а лишь наполняли хижину едким дымом, и вскоре костер стал постепенно затухать. Заснуть в эту адскую ночь мы так и не смогли, проведя остаток ее, скрючившись на корточках около тлеющих углей. К утру вся наша одежда была сырой и мы дрожали от холода так, что стучали зубы.

День выдался хмурым и промозглым, а с серого неба время от времени лил ледяной дождь. Когда он заканчивался, вода продолжала капать с листьев и веток. Угрюмые, мокрые насквозь джунгли доводили до исступления, но к полудню тучи рассеялись, и, к нашей бурной радости, наконец-то выглянуло солнце. Воздух прогрелся быстро, и уже через час мы с Ником смогли немного прийти в себя. Памятуя о бессонной ночи, мы решили исследовать находившиеся поблизости развалины древнего индейского города, чтобы найти в них более подходящее укрытие на случай нового ливня, но сперва нам следовало позаботиться о пропитании. Первым делом мы отправились к озеру в надежде, что во время бушевавшей грозы волны выбросили на берег хотя бы пару рыбешек. Ноги утопали в вязкой грязи, но после бессонной ночи это было меньшим из зол, и мы, пошатываясь, двигались к берегу, с трудом пробираясь по щиколотку в мокрой, засасывающей кроссовки жиже.

С рыбой нам не повезло, но после долгих скитаний мы набрели на горку то ли черепашьих, то ли птичьих яиц и тут же набросились на них и съели сырыми, немного заглушив чувство голода. Когда мы уже хотели вернуться к хижине, наше внимание привлек тихий, но нарастающий гул со стороны озера. И вскоре, к ужасу своему, мы увидели, как в нашу сторону стремительно движется большой, набитый людьми катер. Остров оказался не таким безлюдным, как нам того бы хотелось. Ник первым бросился в заросли, а я побежал за ним. Нам хватило самообладания, чтобы не удариться в панику, и мы спрятались в чаще, чтобы, затаясь, сквозь густые, мокрые заросли посмотреть, кто же сюда пожаловал.

Глава семнадцатая

Ночь с 19 на 20 января 1904 года

«Прошло всего несколько часов с той поры, как я сделал предыдущую запись в дневнике, и сейчас джунгли погрузились во тьму. Наступила ночь, но мне нельзя спать, и потому я пишу, сидя возле костра, разведенного внутри небольшой, сухой пещеры. У входа в нее я развел еще один костер. Большой костер, в который мне приходится постоянно подбрасывать хворост, чтобы огонь закрывал проход в пещеру. Едкий дым заполоняет все пространство моего временного убежища, но я не в силах что-либо поделать с этим и вынужден дышать через клочок материи, смоченный остатками воды. Пятнистая бестия, преследовавшая меня на протяжении всего пути, то появляясь вдали, то исчезая, едва не разорвала меня, когда я стоял на берегу, наслаждаясь открывавшимся передо мной видом. Ягуар подкрался со спины, готовый наброситься на меня, но я вовремя обернулся и дважды выстрелил. Одна из пуль задела его, и он бежал в чащу зализывать рану. Полагая, что зверь может вернуться, я решил расположиться на ночь в замеченной ранее пещере и остаток вечера провел, собирая достаточное количество хвороста для костра, чтобы его хватило на всю ночь. Задача оказалась не из легких, поскольку приходилось постоянно держать в руке винчестер, дабы иметь возможность отразить новую внезапную атаку беспощадной твари. Устроившись в пещере, я первым делом развел костер на входе в нее. Раненый ягуар появился вновь спустя некоторое время, и теперь бродит совсем рядом, постоянно оглашая округу своим свирепым рычанием. Страх охватил меня, что стена пламени, отделяющая нас друг от друга, не остановит его, и я развел в глубине пещеры еще один костер… Порой мне кажется, что этот ягуар, словно некая Высшая Сила, пытается противостоять достижению моей цели. Может, прав был тот странный индеец, советовавший мне оставить свои помыслы и вернуться назад?»

Январь 1530 года. Озеро Мирамар

– Скоты, – выругался Гарсия, глядя на толпившихся напротив него хмурых, озлобленных солдат. Каждый из них сжимал в руках оружие, готовый при необходимости воспользоваться им против своего командира и тех, кто решится встать на его сторону. Испанец понимал, что на этот раз они настроены решительно и пойдут на крайние меры, чтобы добиться своего. От толпы отделился человек и, сделав шаг вперед, твердо сказал:

– Мы уходим. – Он сплюнул под ноги и вытер губы грязным рукавом. – Дальше гоняться по джунглям не имеет смысла, все индейцы погибли.

– Нет, мрази! Нет! – не сдерживая гнева, заорал Гарсия. – Он жив! Я видел, как река уносила этого ублюдка!

– Ты не кричи, Гарсия, – тихо проговорил солдат, пригибая голову так, будто готовясь броситься на обидчика. – При таком быстром течении и с таким количеством торчащих повсюду в реке камней он выжить не мог, и ты это знаешь не хуже нас. Если тебе взбрело в голову вечно гоняться по сельве за духом сдохшего краснокожего ублюдка, ты волен делать это сам, но не волен заставлять нас. Мы возвращаемся. Ты можешь присоединиться к нам, но, если попробуешь нам помешать, мы будем вынуждены тебя убить.

– Вы мятежники, бунтовщики. – Он стоял в одиночестве против двух десятков солдат, сжимая одной рукой меч, а другой удерживая за ошейник рвущегося пса. – Вас повесят как дезертиров, а я буду смотреть, как сломаются ваши шеи, а из ваших поганых ртов вывалятся посиневшие языки.

– Никого не повесят, Гарсия, – спокойно ответил солдат, с сожалением глядя на беснующегося командира. – Мы убили всех чонтальских гонцов, а их вожак утонул в реке. Если ты не вернешься с нами, то погибнешь здесь.

– Он жив, – настаивал Гарсия. – Я чувствую, что он жив.

49
{"b":"26220","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Сам себе плацебо: как использовать силу подсознания для здоровья и процветания
Ирландское сердце
Один плюс один
Как быть, а не казаться. Викторина жизни в вопросах и ответах
Брачный контракт на смерть
Эмоциональный интеллект. Почему он может значить больше, чем IQ
Царство мертвых
Страна Чудес
Шпионка. Почему я отказалась убить Фиделя Кастро, связалась с мафией и скрывалась от ЦРУ