ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
Кто взял в ум, что
Торир Трусоват? Мне хватит
Глаз, чтоб видеть дерзость
Пса на поле брани,
Когда посмел полный
Силы Тротт оплота
Непогоди ратных
Крыш[330] напасть на князя.

Тут конунг сказал Бьёрну окольничему:

– Прибей собаку, раз его не берет железо!

Бьёрн перевернул секиру и ударил Торира обухом. Он попал Ториру в плечо. Удар был очень силен, и Торир пошатнулся. В это мгновение конунг повернулся к родичам Кальва и смертельно ранил Олава, родича Кальва. Между тем Торир Собака вонзил копье Бьёрну окольничему в грудь. Это была смертельная рана. Торир сказал:

– Так мы бьем медведей![331]

Тут Торстейн Корабельный Мастер нанес Олаву конунгу удар секирой. Удар пришелся по левой ноге выше колена. Финн сын Арни тотчас сразил Торстейна. Получив эту рану, конунг оперся о камень, выпустил меч и обратился к богу с мольбой о помощи. Тогда Торир Собака нанес ему удар копьем. Удар пришелся ниже кольчуги, и копье вонзилось в живот. Тут Кальв нанес конунгу удар мечом. Удар пришелся с левой стороны шеи. Но люди по-разному говорят о том, куда Кальв ранил конунга. От этих трех ран конунг умер. После его гибели пали почти все, кто сражался рядом с ним. Бьярни скальд Золотых Ресниц сказал о Кальве сыне Арни так:

Встал защитой против
Вождя ты, отважный
Страж страны. Наслышан
Скальд о распре стали,[332]
Когда шел под стягом
Ты по Стикластаду,
Бился до погибели
Олава, преславный.

А Сигват скальд так сказал о Бьёрне окольничем:

Окольничий, доблий
Духом, Бьёрн, до слуха
Весть дошла, как стойко
За князя он дрался.
Пал средь гриди – гибель —
C государем рядом
Именитым – эту
Молва да восславит.

CCXXIX

Когда Даг сын Хринга вступил в бой, первый его натиск был так силен, что бонды не выдержали, и некоторые из них обратились в бегство. Множество бондов погибло, пали и лендрманны Эрленд из Герди и Аслак с Финней. Стяг, с которым они шли в бой, был порублен. Разгорелась ожесточенная битва, и ее назвали натиском Дага. Тогда на Дага двинулись Кальв сын Арни, Харек с Тьотты и Торир Собака со своими людьми. На их стороне был большой перевес, и Даг обратился в бегство, и с ним все войско, которое еще оставалось. Там есть долина, и в нее бросилось большинство людей. Многие тогда там погибли. Тогда одни бросились в одну сторону, а другие – в другую. Многие были тяжело ранены, а многие не могли двигаться от усталости. Бонды не долго преследовали бегущих. Их предводители повернули назад на поле боя, где лежали убитые, так как многие не досчитывались своих родичей и друзей.

CCXXX

Торир Собака пошел к телу Олава конунга и убрал его, как полагается. Он положил тело конунга на землю, распрямил его и накрыл. Он говорил потом, что, когда он вытирал кровь с лица конунга, оно было прекрасно, и на щеках его играл румянец, как у спящего, но только ярче, чем при жизни. Кровь конунга попала на кисть Торира, на то место, где у него была рана, и ему не понадобилось ее перевязывать, так быстро она зажила. Торир сам рассказывал об этом чуде, когда святость Олава конунга стала явной для всех. Торир был первым из знатных людей в войске врагов конунга, кто признал святость конунга.

CCXXXI

Кальв сын Арни стал искать среди павших своих братьев. Он нашел Торберга и финна. Люди говорят, что Финн хотел убить Кальва, бросил в него кинжал и стал поносить его, называя изменником и предателем. Кальв пропустил все это мимо ушей и велел унести Финна и Торберга с поля боя. Их осмотрели и опасных ран не нашли. Они свалились от усталости и под тяжестью собственного оружия. Кальв велел отнести братьев на свой корабль и отправился с ними домой. Когда он уплыл, отправились домой и все бонды, жившие поблизости, кроме тех, кто остался искать своих раненых или убитых родичей и друзей. Раненых отправляли в дома, так что все соседние дома были полны раненых, а некоторых разместили в шатрах. Удивительно, что в войске бондов собралось так много народу, но не менее удивительно и то, как быстро это войско распалось после сражения. Так случилось в основном потому, что большинство бондов было из близлежащих местностей и стремилось домой.

CCXXXII

Бонды, жившие в Верадале, пошли к своим предводителям, Хареку и Ториру, и стали жаловаться на свои беды. Они говорили так:

– Те, кому удалось бежать, направились в Верадаль в наши усадьбы и осели в них. Мы не можем вернуться домой, пока они здесь в долине. Мы просим вас нагрянуть на них с войском и не дать никому уйти. Ведь они, наверное, поступили бы также с нами, если бы им больше повезло в этой битве, и они еще могут поступить так, если мы встретимся с ними, когда перевес будет на их стороне. Они останутся в долине, если их никто оттуда не прогонит, и тогда они начнут разорять наши усадьбы.

Бонды долго говорили так, призывая предводителей поехать и перебить всех, кому удалось бежать. Посовещавшись, предводители нашли, что многое из сказанного бондами справедливо, и они решили, что пусть Торир Собака со своими людьми отправится в Верадаль. У него было шесть сотен человек. Они двинулись в путь к вечеру и дочыо добрались до Суля. Торир узнал, что вечером там был Даг сын Хринга и многие другие люди Олава конунга. Они остановились там, чтобы поужинать, и отправились дальше в горы. Торир сказал, что он не станет гоняться за ними по горам, и повернул обратно в долину. Им удалось перебить там лишь немногих из войска конунга. Бонды отправились тогда в свои усадьбы, а Торир со своими людьми на следующий день поехал к своим кораблям. Люди же конунга, которые были в состоянии бежать, попрятались в лесах или укрылись у местных жителей.

CCXXXIII

Тормод Скальд Черных Бровей в этой битве сражался под стягом конунга. Когда конунг пал и вражеский натиск был всего сильнее, люди конунга гибли один за сругим, а большинство из тех, кто ещё сражался, были ранены. Тормод был тяжело ранен, поэтому он, так же как и Другие, ушел оттуда, где было всего опаснее. А некоторые тогда бежали с поля боя. Тут началась битва, которую называют натиском Дага, и все люди конунга, которые еще могли держать оружие, устремились туда. Но Тормод не был в этой битве, так как не мог сражаться из-за ран и сильной усталости. Он стоял рядом со своими товарищами и уже ничего не мог предпринять. Тут ему в левый бок попала стрела. Он отломал комель стрелы и пошел с поля боя в ближайшую усадьбу, и зашел в какой-то большой сарай. В руке у Тормода был обнаженный меч. Когда он вошел туда, к нему навстречу вышел человек и сказал:

154
{"b":"26221","o":1}