ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Научись искусству убеждения за 7 дней
От ненависти до любви…
Книга о власти над собой
Книга тренеров NBA. Техники, тактики и тренерские стратегии от гениев баскетбола
Автономность
Черная полоса везения
Разумный биохакинг Homo Sapiens: физическое тело и его законы
Охотники за костями. Том 2
Как испортить первое свидание: знакомство, разговоры, секс
A
A

9

Он очнулся со странным чувством бесконечного покоя. Воздух в спальне был плотным и насыщенным, а очертания комнаты казались странными. Словно потолок был слишком высоко, а стены слишком далеко. Крошечное пламя ночника около его кровати было почему-то неподвижным и совершенно не мигало.

Мандорла Сольер сидела в кресле около кровати. Корделии в комнате не было.

Дэвид пошевелился, чтобы привести тело в сидячее положение, бездумно используя правую руку в качестве опоры. Когда он посмотрел на свою руку, на ней не оказалось бинтов, и он не мог увидеть ни малейших следов каких-либо повреждений.

Он посмотрел в глаза Мандорлы:

— Это тоже сон?

— Нет, — ответила она. — Это реальность.

Но ощущения реальности не было. Воздух был слишком тяжелым и неподвижным, комната незнакома, хотя все стояло на своих местах: гардероб с его овальным зеркалом, умывальник, комод, кресло, второе зеркало на стене. Зеркала улавливали свет маленькой свечи и мягко отражали его.

— Где моя жена? — спросил он, удивленный тем, что та ушла, оставив Мандорлу наедине с ним. Револьвера, который Корделия ранее дала ему, так как не доверяла женщине-оборотню, нигде не было видно.

— Она оставалась с тобой почти двенадцать часов, пока жар не прошел, — сказала Мандорла. — Здесь также был врач. Не Франклин или Остен, а молодой человек. Однажды он уже был готов признать, что тебе ничем не помочь, но кризис миновал. Когда это произошло, врач решил сменить повязку на твоей руке. Когда он снял бинты, под ними не оказалось и следов раны. Что бы в тебя ни проникло, оно было могущественным, но сейчас утихло.

— Корделия позволила тебе остаться? — спросил он скептически.

— Ей был необходим сон. Думаю, она убедилась, что я не причиню тебе вреда.

— Ты была тут все это время?

— Да. Я помогала вытирать тебе лоб и заставляла тебя пить воду. Я могу долго обходиться без сна, если необходимо. И могу так же долго спать, когда необходимость проходит.

Она говорила мягко, забавно модулируя звуки. Её фиалковые глаза так отражали слабый отблеск ночника, что казались почти светящимися. Её взгляд совсем не пугал, но в нем было какое-то волшебство — которое, возможно, и правда заключало в себе толику силы, — излучавшее невинность и доброжелательность.

Возможно, она просто хотела, чтобы он расслабился, но он ей не верил. Он решил, что она добивается чего-то большего.

— Думаю, я знаю, что происходит, — казал Дэвид, облизнув губы, чтобы голос не был хриплым.

Она потянулась вперед, её взгляд стал более цепким, но не менее мягким.

— Расскажи мне, — попросила она.

Он собрался с силами; густой воздух словно отказывался проникать в его легкие, когда он вдохнул полной грудью, комната показалась ещё более просторной, и его беспокойство усилилось.

— В доме Мерси Муррелл есть девушка по имени Геката, — сказал он. — Она горбунья. Думаю, что она — создание вроде Габриэля Гилла, сотворенное Пауком. Не знаю, создал ли её Паук из собственной субстанции, как его противник создал Сфинкс, или же он похитил огонь её души, как сделал это с Габриэлем, но он снабдил её информацией совершенно иначе, чем Габриэля. Теперь, как ранее Габриэль, она осознала свою силу. И я думаю, она вполне готова использовать её так, как того хочет Паук.

Я думаю, Паук попытался уничтожить Сфинкс — и, возможно, преуспел в этом, хотя де Лэнси было позволено убежать и искать убежища у сэра Эдварда в Париже. Глиняный Человек у Стерлинга, и тот его пробудил, но я думаю, что он тоже — хотя он того не знает — пользуется данной ему Пауком властью на собственное усмотрение. Если все, что я видел, реально, то какую бы паутину Паук ни плел, она очень широко раскинута. Но я не могу сказать, какую роль играю во всём этом, так как я всего лишь око, сквозь которое смотрит Баст.

Он снова взглянул на свою излечившуюся руку, которая совсем не болела. Затем он снова посмотрел на Мандорлу, неожиданно засомневавшись в своих догадках, и прося её помощи.

— Перрис наблюдает за домом Стерлинга, — сказала женщина тихо. — Я беспокоюсь за него после того, что случилось с Суаррой, но если ему ничто не помешает, он узнает, что делает Стерлинг. Что касается Сфинкс, то её породу нелегко уничтожить, и я полагаю, что она выкарабкается. Тем не менее, тот факт, что на неё напали, говорит об уверенности Паука в собственных силах. Что такого сделала эта Геката, что ты посчитал её созданием Паука?

— Если это только не было сон, — он слегка вздрогнул. — Она убила человека, подвесив его в воздухе и открутив его голову от тела так… как росомаха разрывает рака. Но это мог быть сон.

— Ты так полагаешь?

Он покачал головой и признал:

— Нет. Когда я раньше наблюдал чужими глазами, то, что я видел, бывало реально. Здесь то же самое. Я видел то, что видели другие, и сложно сомневаться в том, что я видел. Я бы мог легко поверить, что это сон, так как мои чувства кажутся искаженными, и моя собственная комната выглядит незнакомой.

— Это реальность, — сказала Мандорла. — Даже если бы это был сон, который мы с тобой разделили, он был бы достаточно реальным. Никогда в этом не сомневайся. Все это реально, каким бы странным оно ни казалось. Что бы ты ни увидел, Дэвид — верь этому!

Он не мог сказать, почему она так настаивает, но огонь был неправильным, и воздух был неправильным, и само пространство казалось извращенной действительностью. Если мир приобретает форму и содержание сна, напомнил он себе, все равно нужно жить как можно лучше. Это то, что делают падшие ангелы, это самая их суть. Их сны наделены властью изменять вид мира.

Но как могла исцелиться его рука? Чья врачующая магия совершила это и почему? Может, что-то пытается уничтожить его способность к видениям, лишив его боли?

Чего хотят Паук и Мандорла? Какие планы придуманы Пауком, изучившим современный мир? Чему он научился?

Она подвинулась, чтобы коснуться его лба своими тонкими пальцами, словно проверяя, не начался ли у него жар. Кончики её пальцев касались его очень нежно, и он знал, что она вполне понимает, что с ним творит её нежность. Она играла с ним, как всегда играла с чувствами людей, полагая, что его осведомленность о её истинной природе не помешает ему откликнуться на её красоту, голос и соблазнительные жесты. Он неловко уклонился от её руки, но она лишь рассмеялась.

— Тебе нечего меня бояться, Дэвид, — сказала она ему, как будто, часто повторяя эти слова, могла заставить его поверить. — Я лучший союзник, чем кто-либо ещё. Пока тайна сгущается вокруг тебя — я лучше, чем Пелорус, даже если бы он был здесь, и гораздо лучше, чем преданная тебе Корделия.

Он не мог себе представить, что она серьезно собирается соблазнить его в его собственном доме, и даже подозрение, что это сон, не заставило его изменить своё поведение. Он снова попытался отодвинуться и поднял правую руку, чтобы удержать её.

Прикосновение пальцев к её коже пронзило его электричеством. Боль, которая так загадочно исчезла из его руки вместе с нанесенной волчьими зубами раной, теперь вернулась к нему, как голодное пламя, и кожа его предплечья заныла так, словно её снова прокусили невидимые челюсти. Он почувствовал, как ломается кость и сломанные части задевают друг друга, и его рука конвульсивно вцепилась в кисть Мандорлы.

В тисках его пальцев её кисть начала изменяться, деформироваться, превращаться, гладкая кожа прорастала жесткой шерстью.

Мандорла была одета соответственно приличиям — нижние юбки, корсет под черной тканью. Её одежда успокаивала Дэвида, потому что он не представлял, как она выберется из всего этого, если захочет превратиться в волка; сейчас он понял, что был совершенно неправ относительно её затруднений. Она имела опыт превращений, и пока плоть изменялась и её формы были неопределенны, она как-то освободилась от большей части оболочек. Она бы полностью освободилась, если бы он не сжимал некоторое время её верхние конечности, не давая ей избавиться от перчаток.

24
{"b":"26223","o":1}