ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Мы будем готовы.

— Хорошо, ваше величество. Я на вас рассчитываю.

Алекс отсалютовала ему, и Адроганс тоже ответил ей по-военному. Когда она вышла из палатки, генерал посмотрел на хихикавшего шамана:

— Что такое?

— Если вы завтра потерпите неудачу, приобретете в ее лице смертельного врага.

— Если я потерплю неудачу, то умру. — Генерал укоризненно покачал головой. — Все готово?

— Да. Мы свою половину договора выполним.

— А я — свою. — Адроганс сделал глубокий вдох и выдох. — Кайтрин нас, похоже, недооценивает, так что мы должны сделать все, что в наших силах. Да услышат меня боги, мы сделаем это.

ГЛАВА 54

Рассвет, казалось, никогда не наступит. Если бы не высокая влажность, ночь была бы не такой уж и холодной. Костры под запретом, и чаю не попить, и горячей пищи, не исключено, что последней в жизни, тоже не проглотить. Возможно, солдаты и возроптали бы, но по лагерю пронесся слух: сделано это, мол, для того, чтобы Кайтрин за ними не шпионила. Возмущение тут же улеглось.

Ночь в целом прошла спокойно, за исключением двух моментов, которые не прояснились, пока первые лучи солнца не пробили предрассветную тьму. В середине ночи отряды Алексии слышали шум, доносившийся оттуда, где стояли вражеские штандарты. Никто ничего не видел, но все невольно поворачивали головы и смотрели в том направлении. Алекс чуть было не попросила военного мага Вильвана помочь ей увидеть, что происходит, но тут же одумалась, потому что заклинания мага могли перехватить авроланские вилейны, и это повредило бы Ворону, Резолюту и их помощникам.

Хотя она и знала, что ничего не увидит, но то и дело бросала взгляды в ту сторону; и вот за два часа до рассвета дождалась: ночное небо расколола яркая вспышка, серебряная, как глаза Резолюта, и Алекс увидела черные силуэты расставленных кружком штандартов. В середине круга поднялся вдруг еще один штандарт, вполовину ниже остальных. На древке его вместо полотнища извивался бормокин. Серебряная молния играючи прошила и его, и других бормокинов, которые пытались стащить своего товарища на землю.

Посыпались дождем зеленые и красные искры. Авроланы угодили в собственную западню. Штандарты нанесли удар по тем, кто их заколдовал. Ночь поглотила страшные крики и визг. В зловещей тишине желтые языки пламени пожирали останки бормокинов и сломанные древки.

Событие это согрело людей лучше, чем не съеденный ими горячий обед. Ворон и Резолют незаметно проскользнули мимо врага, вслед за ними вернулся и Дрени. На всех троих черные плащи, лица вымазаны сажей. Они делали вид, словно не совершили ничего особенного. Никто не пострадал, если не считать ссадин и царапин, которые они заработали, продираясь сквозь кусты.

Алекс улыбнулась Ворону:

— На той стороне вроде был переполох?

— В самом деле? — улыбнулся он в ответ. — Мы совершали вечерний моцион — разминали старые кости перед сражением. — Ворон подмигнул.

Она ему тоже подмигнула.

— Какие неосторожные эти авроланы! Попали в собственную ловушку.

Резолют обтер тряпкой лицо.

— Авроланы не такие умные, как это может показаться. Предупредите генерала Адроганса, чтобы люди с запада и востока не подходили к штандартам ближе чем на сотню ярдов. Кто-то поставил там отравленные металлические ежи. Возможно, сапогам они будут и нипочем, а вот толстым лапам бормокинов достанется.

— Будет исполнено, спасибо. — Алексия взглянула на Дрени. — Так ничего и не расскажете?

— То, что сделано, важнее того, кто это сделал, ваше величество. — Дрени широко улыбнулся. — Герои появятся завтра. А сегодня была всего лишь шутка.

— Но первая кровь за нами, — возразила Алекс. — Благодарю вас.

— Не стоит благодарности, — улыбнулся Ворон. — Дрени прав, все только начинается.

Алекс натянуто улыбнулась в ответ и пошла смотреть, как готовятся к предстоящему сражению. Это был второй момент, нарушавший ночную тишину. Адроганс разбил пехоту на шесть групп. Каменные Сердца занимали у него прежнюю позицию, а вторую группу он поставил так, чтобы она прикрывала восточный фланг батальона. Следующее соединение, состоявшее из добровольцев Окраннела и полка Королевской тяжелой гвардии, генерал разделил на четыре части. Добровольцы, представлявшие собой батальон легкой инфантерии, заполнили промежуток между гвардией и отрядом, стоявшим на западе. Гвардию Адроганс разделил на три отряда. Вытянувшись в линию, они должны были прикрывать кавалерию Алексии.

Развертывание происходило в темноте. Жускские разведчики расставляли отряды на определенные Адрогансом позиции. Дисциплинированные воины Альциды четко следовали приказу главнокомандующего. Первые солнечные лучи, пробившись на поле, осветили застывших в строю гвардейцев. С круглыми щитами и длинными пиками, в синих мундирах поверх кольчуг, выглядели они весьма внушительно.

Перед выходом на позиции воины съели сухой паек и напились воды, понимая, что до конца дня (а может, и до конца жизни) есть им теперь не придется. Большая часть солдат, как показалось Алекс, была в хорошем настроении, но некоторые нервничали, кое-кто провожал ее мрачным взглядом. Многие солдаты кинжалами выкапывали в земле ямки, засовывали в них немного еды или монетку, надеясь тем самым умилостивить вейруна. Алекс подозревала, что делали они это не для того, чтобы остаться в живых, а для того, чтобы душа их впоследствии не была привязана к этому месту.

Солнце поднялось высоко, и из леса вышли поредевшие отряды авроланов. Штандартов своих, которые все еще дымились, они лишились, но им тем не менее удалось собраться. Стоило какому-нибудь бормокину оказаться вблизи поверженных знамен, как он начинал вопить что есть мочи; некоторые прыгали на одной ноге, но чаще всего падали и умирали в страшных корчах.

Войско у Альциды было больше, чем у противника, однако в рядах авроланов шли хогуны, или ледяные гиганты. Все у них было белое — и глаза, и кожа, и волосы. Бороды они носили длинные, а волосы заплетали в косы и перевязывали черными лентами. Широкие ступни позволяли им ходить по снегу не проваливаясь. Глянув на них, Алексия подумала: уж не для них ли Адроганс нарыл на поле пруды? Ее кавалеристам такое поле, разумеется, доставляло много хлопот, но ледяным великанам придется еще хуже. Большинство хогунов были вооружены дубинками, но у двоих она заметила огромные обоюдоострые топоры, а еще один держал в руке металлическую булаву, и Алекс показалось, что раньше она была языком огромного колокола.

Насколько безобразной и оборванной была авроланская пехота, настолько ярко и впечатляюще выглядела кавалерия. Ехали они правильными рядами, солнечные лучи играли на наконечниках их длинных копей. Справа и слева от тяжелой кавалерии ехали отряды легкой кавалерии численностью в триста единиц, а именно: темериксов с оседлавшими их вилейнами или бормокинами.

Алекс и раньше видела темериксов, правда, живых — редко, а уж оседланных — никогда. От носа до кончика жесткого хвоста их прикрывала броня из кожи, утыканная металлическими заклепками. Обтягивала она темериксов как влитая, так что видно было, как шевелятся их мышцы. Мощные трехпалые ноги напоминали своим строением птичьи лапы. Средний палец имел огромный серповидный коготь, предназначенный для вспарывания добычи. Янтарные глаза на узких мордах смотрели прямо перед собой, во рту сверкали острые зубы. Темериксы и без ездоков представляли собой страшную силу, а потому уничтожение всадников не уменьшало исходящей от них угрозы.

Ехавший посередине отряд тяжелой кавалерии был еще великолепнее, потому что передвигался на огромных темериксах. В отличие от меньших своих собратьев, имевших белое оперение, эти темериксы потрясали воображение блестящим радужным плюмажем, отражавшимся, словно в зеркале, в кожаной, тоже разноцветной их броне. У некоторых из-под кожаных капюшонов торчали цветные гребни, а из-под защищавших морду масок свешивались ленты. Алекс невольно подумала, что Кайтрин, нарядив таким образом своих чудовищ, хотела высмеять жителей Ориозы.

102
{"b":"26231","o":1}