ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Алекс покачала головой:

— Даже если рассказы об авроланских солдатах, имеющих в своем распоряжении автономные драконетты, и в самом деле сказка, можно ли допустить, чтобы ваши войска вступили в бой, в котором их могут полностью уничтожить из такого оружия? Впрочем, ваш выбор значения не имеет, потому что сделать его я вам не позволю. Пока не доказано обратного, будем считать, что у восточного войска такое оружие есть.

— А почему не у западного?

Алекс коротко рассмеялась:

— Как явствует из вашего же плана, западное войско обречено. Это — наживка в мышеловке. Вполне возможно, что в ловушке на другом берегу реки припрятаны драгонели. Я этого, разумеется, достоверно не знаю, но, на мой взгляд, восточная половина армии служит спусковым крючком мышеловки, а потому должна быть уничтожена. Другой крупный недостаток вашего плана заключается в следующем. — От позиции тяжелой кавалерии она провела рукой линию к позиции авроланов. — Триста ярдов. Слишком большое расстояние: вы не сможете одновременно отразить удар и сохранить целостность своих рядов. Расстояние в сто ярдов будет несравненно лучше. В этом случае вас не смогут остановить.

Каро поднял руку:

— Вы кое-что упустили. Как вы уничтожите восточное войско?

— Очень просто. Один отряд легкой инфантерии я направлю на юг, к броду в верхнем течении реки. Там они переправятся на восточный берег. Остальные пехотинцы останутся здесь, в лесу и будут использованы так, как предлагаете вы. Лошади ваши будут здесь же, на краю леса.

— Да ведь отсюда до противника четыреста ярдов.

— Знаю, — Алекс с очень серьезным видом кивнула головой. — Здесь будет стоять тяжелая инфантерия. Мои Волки и два батальона легкой кавалерии направятся к северному броду, перейдут на другой берег и двинутся к югу. Мы начнем атаку и прорубим брешь в восточной линии противника.

Каро сдвинул брови.

— Все это прекрасно, генерал, но вы оставите меня против тысячи авроланов за пределами вашей зоны. Неужели вы рассчитываете, что единственный батальон тяжелой инфантерии справится с противником?

— Им этого и не потребуется. С ними разберутся мои Волки и легкая кавалерия.

— Это невозможно. — Каро ткнул пальцем в карту. — Один брод в десяти милях отсюда, другой — в семи. Способность ваша атаковать западную половину войска ограничена теми же факторами, которые делают невозможной для восточных авроланов поддержку своих западных товарищей. Пока вы переберетесь на другой берег, западные силы уйдут от пехоты и смогут перейти в атаку.

— Вы ошибаетесь, генерал Каро, сильно ошибаетесь. — Алекс холодно улыбнулась. — Ваши отряды будут в этом бою наковальней, а мы станем молотом. Перед авроланами мы имеем одно преимущество, и спустя два дня преимущество это уничтожит захватчиков.

ГЛАВА17

Примчался Резолют, обрушил на Уилла непонятное эльфийское ругательство и поскакал дальше, на тропу, по которой к дому пришли бормокины. Уилл хотел было последовать за ним, да передумал. Уж больно Резолют злой. Не найдет бормокиновчего доброго за меня возьмется.

Вор подбежал к лежавшему на земле человеку и заметил, что тот дышит, хотя синий оттенок кожи мальчику не понравился. Вытащив из-за голенища нож, Уилл опустился на колено и разрезал веревочную петлю на шее незнакомца. Хотя дыхание его стало свободнее, в сознание он не приходил. Это, однако, Уилла не слишком беспокоило.

Оставив мужчину лежать в грязи, подросток пошел от одного бормокина к другому, перерезая глотку каждому, чтобы окончательно увериться в их смерти. Резолют его за это вряд ли похвалит: ведь это означало, что в своей способности уничтожить врага Уилл не уверен, и все же лучше подстраховаться.

Труднее всего оказалось перерезать горло бормокину, убитому незнакомцем. Свернув монстру шею, Уилл раздробил ему кости. Сомнений не было: бормокин мертв. Вспомнив взгляд идущего на него человека, Уилл и сам ощутил удушье.

В этом момент подъехал Ворон со сменными лошадьми и спрыгнул с седла. Лук его до сих пор был заряжен стрелой. Увидел кровавую работу Уилла, Ворон нахмурился.

— А мужчину проверил?

— Дышит. — Уилл обтер руки о шкуру бормокина. — Он шел на меня и вдруг свалился.

Ворон сунул стрелу в колчан, убрал лук. Присел возле мужчины, прижал к его шее два пальца, осмотрел ссадины.

— Не так уж все и плохо. В волосах, правда, кровь: его тюкнули по голове разок-другой. Помоги, надо занести его в дом.

Они с трудом подняли дюжего человека и еле-еле дотащили того до дома. Уилл открыл дверь, и они положили мужчину на кровать. И ноги, и бока незнакомца свешивались вниз. Стало быть, дом ему не принадлежал. Крысе, засунутой в наперсток, было бы просторнее, чем в этом доме спасенному ими человеку.

По распоряжению Ворона Уилл принес воду и метолант, после чего они вымыли незнакомца и обработали ему раны. Ноги его были стерты, а на голове зияла глубокая рана. Разглядели они ее, лишь когда Ворон отрезал свалявшийся колтун. В шкафу нашли ветхую одежду, — мужчине она, разумеется, совершенно не годилась, потому они разорвали ее на бинты. Пока Уилл с Вороном хлопотали вокруг него, мужчина даже не пошевелился.

Потом Уилл принялся осматривать единственную комнату в поисках каких-либо припасов. Когда вернулся Резолют, мальчик начал искать тайники еще более тщательно, но доски в полу были плотно пригнаны одна к другой, да и скрипучая мебель, похоже, никаких секретов не скрывала.

Резолют, входя в дверь, наклонил голову:

— Как он?

Ворон пожал плечами:

— Без сознания. Ему нужны вода и пища, а так ничего страшного. Нашел что-нибудь на тропе?

— Ничего заслуживающего внимания. — Серебряные глаза воркэльфа остановились на подростке. — Нам надо поговорить, мальчик.

Уилл постарался не обращать внимания на холодок в груди.

— Вы хотите сказать, что я сделал что-то не так? Считаете, что я поступил глупо, когда бросился помогать ему? Да если бы я этого не сделал, все равно оказался бы виноват.

Резолют поднял голову. Шевелюра его упиралась в потолок, а плечи — в центральную балку. Выражение на лице — среднее между гневом и мрачным смирением. Он сложил руки на груди и, глядя на Уилла, выдержал паузу. Наконец он кивнул:

— Я, пожалуй, поступил бы точно так же, если бы был таким же, как ты, неопытным. Как считаешь, понравилось бы Ворону или мне, если бы на наших глазах человека вели на смерть, как корову? Тебе, должно быть, лет пятнадцать или шестнадцать. Судьба тебя пока миловала: на твоих глазах бормокины не уводили на смерть так же, как этого человека, мать или друзей. Мне пришлось это увидеть, и я сделал точно такую же ошибку, правда, оправданием мне может послужить то, что это было более ста лет назад.

Уилл нахмурился:

— А теперь что же, ошибки делать не позволено?

— Позволено, но только не тебе. — Резолют махнул рукой в сторону запада. — Ты забыл про горы? Забыл о том, что ты человек, который нужен нам для победы над Кайтрин? То, во что ты сегодня ввязался, равносильно самоубийству, а это непростительно. Если бы ты погиб… — Он зарычал и ударил кулаком в балку. Пыль поползла вниз серыми лентами. Уиллу хотелось, чтобы она укрыла его с головой, спрятала от разгневанного воркэльфа. В то же время понимал, что от расплаты не уйти. Я не могу спрятаться, да и не должен. Серые глаза Уилла сощурились, и он оскалил зубы не хуже Резолюта.

— Чем, собственно, отличается мой поступок от того, что я делал в Стеллине? Мы все могли там погибнуть, включая и меня, а вместе со мной погибла бы и ваша надежда одолеть Кайтрин! Там я был гораздо ближе к смерти. Вы же там меня не прятали, не пытались уберечь от опасности. Этого я никак не могу понять.

Резолют стукнул кулаком по своей левой ладони:

— Там у нас не было выбора, мальчик. Здесь у тебя выбор был.

— Так что же, по-вашему, пусть человек умирает?

— Прекратите вы оба! — Ворон встал, раскинув руки. — Резолют, главное, что Уилл жив. Он сделал ошибку и сам знал, что он ее совершает. А потом Уилл перерезал горло всем бормокинам, чтобы кто-нибудь из них не воскрес. Ты все видел и знаешь это не хуже меня. И ты убедился, что мальчик понимает, какую серьезную ошибку он совершил.

29
{"b":"26231","o":1}