ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Горло ей стиснуло раскаяние. Алекс никогда бы не стала рассказывать Коронному Кругу о своем сне, если бы не выражение их лиц, когда она впервые была представлена ко двору. А как они смотрели на нее позже, когда дядя Валерий заставил всех замолчать, чтобы она без помех пересказала свой сон. Предварительно она рассказала этот сон ему, и надо было видеть восторг дяди, слышать его довольный голос! Он приказал тогда принести Алекс чай с молоком и велел как следует подсластить его. Все это убедило Алекс в том, что поступила она правильно.

Сейчас, как и тогда, дядя восторженно ей улыбнулся, а два лакея в ливреях распахнули перед ними дверь в Большой зал. — Входи, дитя мое. Тебя ждут.

Из установленных наверху массивных каменных колонн курильниц призрачными лентами опускался запах ладана, наполнявшего комнату от пола и до ее колен густым едким туманом. Масляные лампы источали скудный свет. Среди теней терялись мужские и женские фигуры. На всех — золотые одежды под накинутыми на плечи черными плащами. Исключение сделано для одной лишь Алекс: черного плаща ей позволено было не надевать. Проходя мимо придворных, она постаралась убедить себя, что прерывистые вздохи, слышные из-за бород, поднятых ко рту рук и вееров, вызваны тем, что ее золотое платье отражает падающий на него свет ламп. Великий герцог вел ее неспешно и торжественно. Он крепко сжимал левую руку племянницы своей крепкой правой рукой. Чем ближе подходили они к трону, тем более уверенными и спокойными становились его шаги.

В прошлый раз, когда дядя Валерий вел ее для представления Коронному Кругу, Алекс была просто долговязой девчонкой, глазевшей по сторонам. Сейчас он сопровождал взрослую женщину, к тому же военачальника, и чувство гордости, распиравшее его, племянница ощущала физически: мышцы на руке, на которую Алекс опиралась, так и бугрились.

Наконец они остановились в трех метрах от трона. Алекс склонила голову перед дедом так, как это принято у приветствующих друг друга военных. Затем, спохватившись, неловко присела. Стоявшие по обе стороны от трона женщины в черных одеждах на мгновение затаили дыхание, а потом облегченно вздохнули.

Дед ее, сгорбившись, сидел на троне, корона была ему велика и немного съехала набок. Казалось, что и голова его усохла. Он вообще был бы похож на ребенка, надевшего отцовское облачение, если бы не мертвые глаза, каких у детей не бывает. Придавили его не столько годы, сколько рука Смерти, вынудившая его стать виновником гибели своего старшего сына и своего народа.

Глаза старика на долю секунды встретились с глазами Алекс. Он поклялся, что не умрет, пока страна его не будет освобождена. Многие люди, произносившие подобную клятву, делали это не вполне серьезно, но те, кто отвечал за свои слова, часто страдали впоследствии от своей опрометчивости. Алекс хватило краткого мгновения, чтобы увидеть: дед пленник собственного тела.

А на меня он смотрит как на свою освободительницу.

Король Стефин что-то пробормотал. Бледные губы едва шевелились. Одна из стоявших позади трона женщин вышла вперед, и, несмотря на пропитанный ладаном воздух, Алекс уловила запах старомодных духов, ударивший ей по ноздрям. И Алекс, бесстрашно ходившая в атаку против авроланов, задрожала, узнав эту женщину. Если бы дядя Валерий не держал девушку под руку, она, пожалуй бы, и попятилась.

Не желтое длинное лицо с выступающими скулами и резко очерченным носом, а скорее замшелый этот запах перенесли Алекс в прошлое, когда ее впервые представили ко двору. Король выглядел тогда куда оживленнее и даже улыбнулся внучке. Великая герцогиня Татьяна даже и не пыталась изобразить улыбку. Она была старше короля всего лет на десять, однако приходилась ему теткой, и потому он предоставил ей полную свободу действий. Герцогиня и вышла тогда вперед, бесцеремонно покрутила Алекс, хмыкая и бормоча что-то себе под нос.

Затем длинными костлявыми пальцами она разжала девочке рот и засунула туда свои пальцы, словно хотела пересчитать зубы. Алекс постаралась высвободиться. Тощие, засунутые чуть ли не в самое горло пальцы вызвали у нее удушье. Чтобы Алекс не дергалась, Татьяна другой рукой крепко впилась ей в предплечье, да еще и зашипела на девочку по-змеиному.

И тогда Алекс ее укусила.

Крови не было, хотя она могла бы легко прокусить тонкую кожу старой карги. Татьяна отдернула руку изо рта, и Алекс, воспользовавшись моментом, высвободилась и сделала шаг назад, наступив при этом на подол своего длинного платья и порвав его. Затем девочка приняла устойчивую позу и сжала кулаки.

В этот раз Татьяна неподвижно стояла возле короля.

— Его высочество говорит, что рад видеть свою легендарную внучку.

— А я рада видеть его.

Алекс знала, что Татьяна обратит внимание на выделенное ею слово.

— Ну а вы, тетя Татьяна, как себя чувствуете?

— Настолько хорошо, насколько можно ожидать от страдающего сердца. Ведь воздух, которым я дышу, — чужой воздух, а земля, на которой сплю, — чужая земля. Все мои мысли, все мои чаяния — о Родине.

— О, безусловно, это тяжкая доля. — Алекс снова пожалела, что тесный лиф не дает ей возможности как следует вздохнуть и выразить этим ироническое отношение к словам двоюродной бабушки. Татьяна слыла мистиком, и крепшая ее год от года репутация позволила ей стать ближайшим советником короля, истолковывавшим к тому же остальным его маловразумительные слова. Многие новшества, внедряемые Коронным Кругом, были придуманы именно ею. Спустя год со дня падения Окраннела Татьяна рассказала о явившемся видении, которое и навело впоследствии на мысль издать указ о посещении родной земли и толковании вещих снов. Она была и законодательницей мод. Миша как-то заметил, что целью Татьяны было не сохранение традиционной для Окраннела манеры одеваться, но желание сделать своих соплеменников непохожими на население приютившей их страны.

Король Стефин снова что-то промычал, и суровое лицо Татьяны слегка смягчилось. Губы изобразили подобие улыбки.

— Его королевское величество говорит, что очень рад. Новости о твоих победах бегут впереди тебя и заставляют нас гордиться тобой.

Алекс наклонила голову и взглянула на иссохшую фигуру короля.

— Рассказы об этих победах сильно преувеличены, дедушка. Мои войска всего лишь шлепнули медведя по морде, когда он вынюхивал еду. Если он пожелает дать сдачи, все будет куда сложнее.

— Думаю, дорогая племянница, что ты осторожна сверх меры. — Ледяные глаза Татьяны на мгновение устремились в неведомую даль. — Есть люди, которые видят в твоем будущем великие победы. Да ты и сама их видела.

— Припоминаю. — Алекс напряглась. Татьяна частенько удалялась в уединенную комнату крепости Грипс и запиралась в ней на несколько дней. Слуги поддерживали в этом помещении горячий, напоенный запахом ладана воздух. Алекс слышала, как кто-то смеясь сказал, что в коптильне с колбасами гораздо уютнее. Именно в этой комнате двоюродную бабушку посещали видения. Видения эти связаны были если не с ее соплеменниками, то с освобождением Окраннела. Алекс непременно выступала там во главе армии, одерживала триумфальную победу и уничтожала Кайтрин.

Алекс не смущала грандиозность поставленной перед ней цели: если у нее в распоряжении будут достаточные силы и если ей повезет, то кампания, вполне возможно, и завершится победой. Видения Татьяны всегда сводились к некой судьбоносной битве, в результате которой хребет армии авроланов должен был быть сломлен. Алекс понимала: такая кампания должна охватить более длительный период времени и в ней надо будет использовать различные тактические приемы. Когда после просмотра пророческих снов они с Мишей вернулись из Окраннела, девушка сказала, что видела сон, повторяющий видения Татьяны.

Ложь Алекс расшевелила надежды окраннельских изгнанников. Слухи о ее победах на востоке и западе (какими бы скромными они ни были) воспламенили энтузиазм беженцев. И вот сейчас, когда она прибыла в Ислин вместе с королем Августом, Коронный Круг явно предвкушал близкое освобождение Окраннела.

44
{"b":"26231","o":1}