ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Старший гирким улыбнулся:

— В этом гнезде для тебя всегда найдется местечко, Алексия.

— Спасибо.

Октрас погладил Алекс по плечу, а другой рукой подтолкнул к ней Быстрокрылую.

— Сестра, это — Сеграи, она будет моей женой.

Быстрокрылая застенчиво улыбнулась и протянула руку Алекс. Принцесса осторожно обняла Сеграи и взяла ее за руку. Первоначальная скованность тут же исчезла. Сеграи быстро поцеловала Алекс в шею, и они отстранились друг от друга.

— Рада познакомиться с тобой, Сеграи. Октрасу явно повезло.

Сеграи кивнула и прижалась к жениху.

Сильные руки взяли Алекс за плечи и повернули к себе. Ланлитгри отступила на шаг, внимательно осмотрела ее янтарными глазами.

— Выглядишь ты хорошо, ничего не скажешь.

— Да, мама, я хорошо себя чувствую. — Алекс улыбнулась. — Особенно сейчас, когда вы оказали мне честь своим приглашением.

— Да я бы тебя похитила, если бы они не согласились тебя пригласить, — вскричала Пери.

Прейкнозери покачал головой:

— Это она придумала, после чего между Султанами и Мудрецами разгорелся спор. Перрин рассказала им о твоих подвигах.

— Она рассказала о Норрингтоне, и о сулланкири, и о драконе! — Темные глаза Сеграи широко раскрылись. — А рассказывала она совершенно замечательно.

Алекс кивнула.

— Если уж тебя хвалит представитель Быстрокрылых, сестра, то я в этом не сомневаюсь.

Пери горделиво улыбнулась:

— Меня даже сам Тириго пригласил, чтобы я и ему рассказала. А потом он закончил дебаты и сказал, что пожалует тебе титул Крыла.

Принцесса заморгала:

— Но…

Прейкнозери положил руку ей на плечо:

— Понимаю, трудно принять такой титул, когда у тебя нет крыльев.

Алекс подняла руки:

— Нет нет, не в том дело. Просто я ничего не сделала для того, чтобы удостоиться такого титула. Вот ты действительно по праву получил титул Железное Крыло и не раз подтвердил, что действительно его заслужил. А то, что сделала я, ничего не значит.

— Нет, дочка, то, что ты сделала, наполнило наши сердца гордостью. — Прейкнозери прижал трехпалую руку к груди. — Я — Коготь, а не Быстрокрылый и не Султан, но даже я понимаю, что ты и твой успех значат для нас. То, что рождению нашему мы обязаны Кируну, пятнало нашу репутацию. Когда твой отец доверил тебя нам и когда Август убедил остальных, в том, что тебя следует здесь оставить, то на нас стали смотреть по-другому. Я имею в виду, разумеется, не эльфов, а людей. Август послал к тебе лучших учителей, мы этого сделать не могли. То, что они у нас увидели, изменило мнение людей о нас.

— Ну а я-то ничего не сделала, я просто была здесь и видела то же, что и приходившие сюда люди.

— Вот это наши Мудрецы и обсуждали, — улыбнулся Железное Крыло. — Ты можешь говорить, что ничего не сделала. Ты забыла обо всем, что сделала, пока росла у нас. Мы ведь не люди. И детей наших воспитываем не так, как они. А ты здесь выжила. И расцвела. Некоторые ведь думали, что ты кукушонок, подброшенный к нам в гнездо, с тем чтобы погубить наших детей. Ты доказала всем, что они не правы. Ты заслужила свой титул, хотя у тебя и нет крыльев. Вся твоя жизнь это подтверждает.

Алекс снова начала протестовать, но Пери схватила ее за плечи.

— Сестра, не кипятись и не спорь. Все, решено. Будем готовить тебя к церемонии.

— Гм… сестренка, у меня с собой только дорожная одежда, а понятие о моде здесь в корне отличается от общепринятого.

Пери подмигнула:

— Вот почему Сеграи и предложила нам помочь.

— Я сочту это за честь, принцесса.

Алекс чуть поколебалась и кивнула:

— Ты сделаешь так, чтобы я выразила гиркимам должное уважение?

— Все сделаю: и живые крылья, и мертвые, и те, что еще в яйце, — им будет чем гордиться.

— Хорошо. — Алекс взглянула на Пери. — Но что подумают Волки?

— А нам что за дело? Они для нас никто, всего лишь прохожие. — Пери обняла Алекс за плечи и повела ее к отверстию в стене, ведущему к спальне. — Ты — одна из нас, а остальное не важно.

Уилл улыбнулся: в отведенной им комнатушке он мог выпрямиться в полный рост, а вот Ворон этого не мог. Радовался он, разумеется, не тому, что Ворон испытывает неудобство, а тому, что сам он не должен постоянно помнить о том, что может невзначай стукнуться головой о потолок. Гирким, черная женщина с красными крыльями, привела их маленькую компанию в коридор, опоясывающий главную площадку по периметру. От коридора этого отходили другие — поменьше, с темными дырами, прорубленными в стенах. Отверстия эти были такими низкими, что даже Уиллу при входе пришлось наклонить голову. За каждым таким отверстием находилась маленькая комната цилиндрической формы с вырубленными из камня кроватями и маленькими нишами в стенах, служившими в качестве полок. В нескольких нишах стояли зажженные лампы.

Уилл молчал, пока женщина-гирким не ушла. Она была не выше Уилла, и крылья ее еще не полностью сформировались. А то, что она женщина, это он сам решил, потому что сложение ее было очень изящное, хотя ни груди, ни других выпуклостей он у нее не приметил. Уилл решил, что она еще не достигла половой зрелости и что крылья и все другое у нее со временем разовьются.

Ворон издал стон, вытянувшись на соломенном матрасе, покрывавшем каменное ложе.

— Сухо и даже чуть мягче, чем вчера на голой земле. Годится.

— Вы собираетесь спать?

— А у тебя есть какие-нибудь возражения?

— Я хочу пойти на экскурсию. — Уилл неопределенно махнул рукой в том направлении, где, как он полагал, был костер. — Вы заметили, как у них тут все устроено? Они выдолбили огромную гору. А гиркимы, вы обратили на них внимание? Среди них есть такие, которые похожи на ястребов, а та, что привела нас сюда, напоминает ворона. Там, наверное, и другие есть…

— Уилл, разве ты не понял, что мы не можем ходить, где вздумается?

— А почему бы и нет? Это же просто. Я не видел, чтобы у них были расставлены часовые. — Он переплел пальцы. — Вскарабкаться по декоративным колоннам — плевое дело…

Ворон приподнялся на локте и прищурился.

— Должен сделать тебе два заявления. Во-первых, принимая во внимание прежнюю твою карьеру, я догадываюсь, что ты, должно быть, не подумал о том, что если людям хочется, чтобы ты осмотрел их владения, то они сами пригласят тебя и устроят экскурсию.

Уилл наморщил нос:

— Это я понимаю, но, может, они просто забыли.

— Оставайся при своем мнении. Второе и более важное заявление. Ты — тот самый Норрингтон. Гиркимы — наши союзники. Они хотят нам помочь. То, что они нас к себе пригласили, — событие экстраординарное. Поэтому, коль уж мы стали их гостями, вести себя должны безупречно.

— Ладно, но может, вы говорите это потому, что вы уже старик? Ворон перекатился на спину и громко рассмеялся.

— Ох, ох, Уилл! — Он долго смеялся, а потом вытер глаза. — Ну и насмешил же ты меня!

— А я и не собирался.

— Тем более получилось смешно. — Ворон посмотрел на него. — Бывают моменты, когда мне кажется, что ты понимаешь серьезность ситуации, но иногда, ну вот как сейчас, ты совершенно об этом забываешь.

— Я ничего не забыл. — Уилл уселся на кровать. — Просто временами бывает скучно.

— Как во время сражения на Вильване.

— Нет, там было здорово. — Вор улыбнулся, но тут же вздрогнул. — И в то же время ужасно.

— Так обычно и бывает, Уилл. Ты наверняка слышал много разных песен, описывающих ту или иную кампанию, но все они описывают лишь волнующие или трагические моменты. Если потом сложат песню о нынешней нашей операции, то о визите к гиркимам, возможно, и упомянут, но уж точно позабудут о промокших под дождем лагерях и о грязных дорогах, в которых вязнут копыта лошадей.

Ворон улыбнулся:

— Ну а я собираюсь спать. Когда мы понадобимся, за нами придут, а мы к тому моменту должны отдохнуть.

— Лично я спать не намерен.

— Тогда, если уж тебе так не терпится побегать, надень хотя бы сухие носки. Твои чавкающие сапоги слышны за милю.

90
{"b":"26231","o":1}