ЛитМир - Электронная Библиотека

Что самое печальное, падение вывело из строя левую ногу робота. Эндостальные кости голени были скручены и исковерканы так, что нога вывернулась пяткой вперед. Сбросив с робота валуны, Фелану удалось поднять и удержать его в равновесии, но о том, чтобы двигаться, не могло быть и речи.

В отчаянии Фелан ударил кулаком по пульту управления. «Проклятая машина! Сволочь вольнорожденная! Что же мне теперь из-за тебя, подыхать здесь, что ли?» Он потянулся к кнопке катапульты, но остановился, увидев, что «Визигот», истребитель Глинис, кружит над ним, словно акула, поджидающая водолаза

Какая-то часть Фелана хотела подать сигнал Глинис, сообщить ей, что она победила, но он сдержал себя. Фелан не стал этого делать, потому что у него не было никаких гарантий, что Глинис не попытается прикончить его. Нет, Фелан не считал ее кровожадной, просто в битве за родовое имя все условности напрочь отметались.

Не страх за свою жизнь заставил его отдернуть руку от кнопки, а сомнения. Фелан знал, что может погибнуть, ведь он начал битву практически беззащитным. Битва складывалась по-дурацки, да и цель ее Фелан считал тоже дурацкой. Он вполне мог обойтись и без родового имени. Закончить битву сейчас, остаться жить было бы самым логичным решением.

«Очень логичным, но только если ты не принадлежишь к кланам», — подумал Фелан.

Пока эта мысль формировалась в его уме, перед ним пронеслись и обдали холодом воспоминания. Это удивило Фелана. Он родился и вырос во Внутренней Сфере, но всегда чувствовал себя непохожим на остальных. Да, он всегда любил свою семью и сейчас любит, но он чувствовал, что принадлежит кому-то еще. Ему казалось, что мир, в котором он воспитывался, был не его, Фелана раздражало в нем все, от простых обывателей до представителей властных структур.

Он, как и Рагнар, сам присоединился к кланам и добровольно стал рабом. Фелан провел много времени, пытаясь узнать, что представляет собой Клан Волка и что хочет от него Ульрик, интересуясь его прошлым. Постепенно он пришел к мысли, что хищная натура кланов, которая постоянно заставляет их идти друг против друга, вполне его устраивает. В нем начинали подниматься гордость и чувство собственного достоинства. Воины клана считали Фелана пустышкой, и это его подхлестывало к действиям. Он участвовал во многих битвах и доказал, чего он стоит. Стремясь наверх, он начал лучше узнавать себя.

Но только сейчас здесь, в тесном каньоне, Фелан внезапно понял, что в результате механического выполнения законов и традиций клана он стал одним из них. Ему продолжали нравиться ценности, среди которых он вырос, но устои клана оттеснили их, отодвинули на задний план. Если три года назад он еще мог попытаться выбраться отсюда или подороже продать свою жизнь, то сейчас он думал только об одном — как уничтожить истребитель Глинис и выиграть битву.

«Потому что это единственно благоразумный поступок для воина Клана Волка».

Фелан снова пристегнул себя ремнями к креслу, сдвинул набок кобуру, чтобы не мешала, и принялся осматривать каньон. Его робот находился под выступом скалы и был надежно защищен от атак Глинис. Отрезок неба над «Сверхновой звездой» представлял собой небольшой сектор, слишком узкий для атаки на полной скорости. Справа находилась громадная скала. Атаковать Фелана Глинис могла только в одном случае — если снизится почти до самой земли и попробует ударить по нему из ПИИ и передних лазеров.

На экране снова появилась знакомая голубоватая точка. Глинис вела истребитель крайне осторожно, пульсация радиомаяка увеличивалась, но понемногу. Фелан прислонил робот спиной к скале и немного повернул его влево. Внезапно точка радиомаяка начала мигать все быстрее и быстрее. Глинис стремительно приближалась, постепенно увеличивая скорость.

«Только один выстрел, — подумал Фелан. — Ошибаться мне нельзя».

Точка перестала мигать. Она горела ровным голубоватым светом.

Истребитель опускался вниз, в каньон, словно орел, настигающий мышь. Из лазера, установленного в носовой части самолета, вырвалось ярко-голубое пламя и залило стенки каньона. С грохотом от скал оторвались громадные валуны и полетели вниз. Несколько из них ударили в кабину «Сверхновой звезды». В небо поднялись клубы пыли и камней. Раздался вой лазеров. На каменных стенах каньона появились глубокие царапины, а с корпуса «Сверхновой звезды» сорвало еще несколько кусков брони.

Фелан внимательно следил за тем, как истребитель спускается в каньон. Как только самолет показался в прицеле, Фелан дал по нему очередь из автоматической пушки. Снаряды повредили левое крыло самолета, но и только. Фелан развернул робот и дал по истребителю вторую очередь. Эффект от нее был также небольшой. Машину тряхнуло, но Глинис решила больше не рисковать и начала подниматься. Фелан не успел послать вдогонку последний залп, Глинис стремительно взмыла вверх и исчезла за макушками скал.

Точка радиомаяка исчезла с экрана. «Теперь она не скоро сюда прилетит. А что ей торопиться? Это я бьюсь за выживание, а не она». Со злости Фелан посмотрел вверх, поднял автоматическую пушку и выпустил две очереди. Раздался угрожающий треск, кое-где в стене каньона появились расселины «Не хватало только, чтобы скалы рухнули и придавили меня здесь».

Снова появилась светящаяся точка радиомаяка и начала быстро приближаться. Фелан сжал зубы. «Проклятье, да сколько еще я буду торчать здесь? Она не дура, в каньон больше не спустится. Если бы этот чертов механизм подачи ракет не сломался! А так у меня есть только один залп. Что делать? — подумал Фелан и мрачно пошутил: — Уговорить Глинис подлететь поближе и сбросить скорость до нуля». Решение пришло, как всегда, внезапно. Фелан отключил индикатор радиомаяка и повернул «Сверхновую звезду» по направлению к приближающемуся истребителю. Весь каньон заполнился ревом двигателей.

Как только самолет оказался в поле зрения Фелана, он тут же нажал на кнопку. Рев двигателей истребителя слился с грохотом автоматической пушки. Разрывные снаряды превратились в тысячи осколков, которые, рассекая воздух, впивались в нос, крылья и фюзеляж истребителя, разрывая его броню. Некоторые попадали в кабину. В ответ Глинис выстрелила из ПИИ и обоих лазеров, но все они прошли мимо «Сверхновой звезды».

Фелан развернул робота и поднял правую руку с ракетной установкой. «Сейчас или никогда!» — решительно произнес он, и, как только Глинис начала поднимать нос корабля, чтобы вылететь из каньона, Фелан дал залп. Он промахнулся, ракеты пронеслись точно под корпусом истребителя и ударили в стену каньона как раз напротив поднимающегося самолета. Тучи камней поднялись вверх. У Глинис оставалось меньше половины секунды, чтобы катапультироваться, но она не стала этого делать. Глинис попыталась уйти и, конечно, не успела. Громадный валун, поднятый вверх взрывом ракет, упал на левое крыло истребителя и оторвал его. Напротив кабины пилота открылась зияющая дыра. Истребитель завертелся в воздухе, с воем вошел в резкий штопор и ударился в подножие одной из скал. Раздались оглушительные взрывы, и вспыхнувшее пламя поглотило то, что недавно было грозным аэрокосмическим истребителем-многофункционалом.

Фелан молча смотрел на погребальный костер. Ему вдруг захотелось оплакать смерть Глинис, но он прогнал эти чувства прочь.

— Это была битва за родовое имя, — сказал Фелан, громко подбадривая самого себя. — Глинис знала, на что шла. Едва ли она пролила слезы, если бы в сердце этого пламени был я".

«Но разве родовое имя достаточно веская причина для того, чтобы проливать кровь?»

Фелан отмел свои сомнения утвердительным кивком.

— Сейчас я — воин клана. Их интересы — это мои интересы, — тихо произнес он, запустил двигатель «Сверхновой звезды» и начал медленно подниматься из каньона. — Правда, кроме их интересов, у меня еще есть и свои собственные.

Фелан улыбнулся и пошел к догорающим обломкам самолета. Ему внезапно показалось, что после всего Глинис каким-то чудом осталась жива.

38
{"b":"26234","o":1}