ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Сначала расскажи, кто нас преследовал? Правитель Пируст послал своих людей шпионить за тобой?

Опальный дезейрионец улыбнулся.

— О, его люди следят за мной с тех пор, как я сюда приехал. В Морианде трудно заметить шпионов, но в провинции я с лёгкостью их вычисляю. Они беспокоят меня меньше всего, и, полагаю, это вполне обоснованно.

— Не понимаю.

— Ты сама видела, что дворяне из провинций искали встречи со мной. Тебе так восхитительно ловко удалось не подпустить их ко мне на том приёме, и я был тебе благодарен. Но их приглашения посетить провинции я принял. Оказалось, что это было лучшее решение, какое я мог сделать с тех пор, как покинул отчизну.

Он понизил голос до шёпота.

— Дворяне злятся на Правителя Кирона. Они не получают прибылей от торговли с другими странами, но им всё равно приходится платить пошлины. Кирон отправляет это золото обратно на запад, чтобы осуществлять свои замыслы — к примеру, углубление Золотой реки, — но знать растрачивает деньги на свои личные нужды, и планы Правителя так и остаются планами. Дворяне считают, что подобные вещи лишь приносят все большую прибыль Морианду, поэтому Кирон должен платить за них золотом, полученным от торговли.

Нирати покачала головой.

— Но ведь они могли бы сами начать торговлю со всеми, кто благодаря усилиям Кирона ведёт дела с Налениром.

— Разумеется. Однако они этого не понимают, дорогая моя. Жадность ослепляет их. — Он сверкнул глазами. — Они хотели, чтобы я помог им вложить средства в контрабандную торговлю. Они не желают платить пошлин и хотят сразу получить большие прибыли. Кроме того, они вполне откровенно намекали, что, если бы я оказался шпионом Дезейриона, они, возможно, отнеслись бы благосклонно к соглашению с Пирустом, направленному против Морианда и непокорных гелосундцев.

— Но это измена!

— В общем-то, да. — Джанел отхлебнул из кубка. — Имей они побольше солдат или древнего оружия из Иксилла, чтобы быть уверенными в своём преимуществе, они восстали бы открыто. Но пока что им не хватает золота, чтобы раздобыть необходимое оружие, и у них нет предводителя. Некоторые предлагали мне эту роль, но это была всего лишь лесть, причём — довольно грубая. Все они сами мечтают стать основателями новой династии.

— Какой ужас!

— Согласен, дорогая. — Граф поставил кубок на пол и принялся вертеть на пальце своё золотое кольцо с черным янтарём. — Правитель Кирон попал в крайне щекотливое положение. Эрумвирин — спящий гигант с населением в два раза больше, чем Наленир. Если там случится неурожайный год, голодная орда устремится на север, и тогда всего золота Кирона не хватит, чтобы накормить её. Наленир поддерживает Эрумвирин, помогая им торговать, но в случае голода это не предотвратит их нападения. Дезейрион и Гелосунд — ещё один сложный вопрос. Кирон поддерживает изгнанников и нанимает гелосундских воинов для охраны северных границ Наленира. Однако у него не хватит средств, чтобы продолжать в том же духе, если по каким-либо причинам прибыли от торговли упадут. Если Дезейрион и Гелосунд забудут о разногласиях и объединят усилия, Наленир окажется перед непреодолимой угрозой.

Он посмотрел ей в глаза, улыбаясь.

— Получается, что Морианд продолжает процветать лишь благодаря твоей семье, Нирати. Все ожидают возвращения твоих братьев. Если они найдут новые сокровища, всеобщее внимание сосредоточится на их открытия, и у Наленира по-прежнему будет достаточно золота, чтобы платить за мирную жизнь.

Она улыбнулась в ответ.

— Но ты не упомянул, Джанел, что существует способ сделать это положение менее щекотливым. Тебе известно, кто эти дворяне. Ты мог бы просто пойти к Правителю Кирону и назвать их имена. Он разберётся с предателями, и можно будет не бояться, что они вступят в сговор с Дезейрионом. Они допустили промах. Они решили, что ты — агент Дезейриона, и это изобличает их глупость.

— Не их глупость, Нирати. — Джанел погладил её по ноге, и неожиданно она почувствовала лёгкий укол там, где ноги коснулась его рука. Она отпрянула. — Не их, а твою. Видишь ли, я и в самом деле агент Дезейриона.

Он поднялся. Нирати ощутила, как её нога немеет.

— Точнее, я Тёмный Мастер, врилкаи.

— Что?

Он рассмеялся.

— Да уж, Нирати; ты вполне могла бы разоблачить меня. Сама подумай. Те, кто не верил в то, что Маджиату убил вирук, полагали, что это дело рук лазутчиков Дезейриона, пытавшихся добраться до меня. Но неужели Правитель Пируст, вырезавший без сожаления всех прочих Эйринноров, оставил бы меня в живых просто так? Ну, разумеется, нет. Я был его человеком, я раскрыл ему глаза на предательство моей семьи. Продолжая служить ему, я отправился на север, единственный оставшийся в живых наследник благородного семейства, и меня приняли с радушием.

Я стал своим в высшем свете и свёл знакомство с семьёй Фозель. Маджиата умерла не потому, что кто-то хотел добраться до меня, а потому, что мне нужно было добраться до тебя.

Нирати откинулась на постель, не в состоянии сидеть прямо. Кубок выпал из онемевших пальцев; вино вылилось на простыни.

— Ты… это ты убил её?

Он торжественно кивнул.

— Готовился к этой встрече, дорогая. — Он наклонился к ней и прикоснулся подушечками пальцев к её бесчувственным губам. — В моем кольце был яд чёрной гадюки. Твоё тело онемеет, ты будешь совершенно беспомощна, но в полном сознании. Я знаю, что ты принимала настойку желчного корня, чтобы ослабить действие моих снадобий, но это только лишь усилит влияние яда.

Её голова упала на постель. Она хотела спросить, зачем он это сделал, но язык словно распух, а челюсти не слушались. Он собирается убить меня. Все, что происходило до этого, было подготовкой к сегодняшней ночи, — всё, что мне пришлось вынести, все, чего он приучил меня желать. Теперь я могу вынести гораздо больше. Моё тело онемело, я не почувствую боли, только ужас, когда он начнёт расчленять меня.

Джанел повернул зеркало так, чтобы она могла видеть себя. Нагнувшись к ней, он принялся аккуратно раздевать её; закончив, свернул платье и сложил его в ящик стола. Она видела в зеркале своё отражение, обнажённое и прекрасное. Ей хотелось закрыть глаза, чтобы это видение стало последним, но веки отказывались подчиняться.

Он выдвинул другой ящик и вытащил из него несколько ножей и кожаный фартук.

— Ты наверняка хочешь узнать, что я собираюсь делать и зачем. То, что случилось с Маджиатой — пустяки в сравнении с тем, что ждёт тебя. Сначала я сниму с тебя кожу и подвешу на стене, словно одежду. Ты останешься жива. Потом я вырежу некоторые органы; ты сумеешь вынести и это, — правда, боюсь, без сердца жить уже не сможешь. Но знай — голову я не трону, а положу тебя так, что открывшие дверь первым делом увидят выражение твоего лица в зеркале. Сначала они увидят твоё отражение, а потом и тебя во всем великолепии. Это будет потрясающе.

Его взгляд потеплел.

— Когда мне расскажут о твоей кончине, я буду просто убит горем. Думаю, ты должна быть признательна мне за это.

Твой дед будет раздавлен настигшим семью Антураси несчастьем. Он перестанет работать над картами, и всех, кто зарабатывает на торговле, охватит паника. Наступит хаос; мой хозяин может извлечь из этого выгоду. — Джанел взял в руки нож. Отблески горящих свечей играли на отточенном лезвии. — Ты станешь моим творением, твоя смерть — предзнаменованием гибели твоего народа.

Нирати выдержала гораздо дольше, чем она или Джанел могли предположить. Наступило утро. Он так увлёкся, что не заметил: она ускользнула от него задолго до своей смерти. Она покинула эту отвратительную комнату и теперь шла по берегу прохладного, кристально чистого ручья, далёкая от всех страхов, в Кунджикви. Приятно было снова почувствовать свои руки и ноги; вскоре она и вовсе позабыла, отчего они не слушались её.

Она поднялась на невысокий зелёный холм и увидела высокого, мускулистого черноволосого человека, выходившего из вод небольшого озера. С обнажённого тела стекали капли. Он громко рассмеялся, и Нирати был приятен этот звук. Откинув длинные волосы с лица, он взглянул на неё своими светлыми глазами и улыбнулся. Его ничуть не смущала собственная нагота; впрочем, и Нирати не была смущена.

112
{"b":"26238","o":1}