ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Сын Эрона шагнул назад и принял позу Скорпиона. Кирас выбрал позу Тигра, и Джейас ответил Богомолом. Кирас нетерпеливо топнул ногой, ожидая нападения; Джейас собирался с силами, чтобы ответить на вызов.

Моравен поднялся на ноги и взял Эрона за руку.

— Твой сын умён и не нападает первым.

— Мой сын знает свои обязанности. Смотри.

Джейас шагнул влево, а затем вперёд, прокладывая себе дорогу движениями меча — крест-накрест, начиная сверху справа и заканчивая снизу слева, затем наоборот. Он повторил этот приём три раза; Моравен приготовился увидеть, как Джейаса постигнет та же участь, что и прочих. Хотя он и был лучше остальных, повторение означало, что сын Эрона достиг предела своих умений. Тигр нападёт на Скорпиона, и он ударит Джейаса прямо по рёбрам.

Словно подслушав мысли Моравена, Кирас шагнул влево и начал изменять позу. Когда Джейас завершил очередной выпад, Кирас был готов к нападению. Ему оставалось лишь следовать за движениями меча Джейаса, и он смог бы нанести удар по незащищённому месту.

Однако мастерство Джейаса было сравнимо с умениями Кираса. Вместо того чтобы нанести удар по косой, он перекинул деревянный меч в левую руку и развернулся на правой ноге. Меч взлетел и описал полукруг, направляясь в живот Кираса. Только чудо могло спасти чужака от смертельного удара, поскольку он уже начал свой собственный выпад.

Кирас извернулся, выбросив вверх правую пятку, его тело выпрямилось и скрутилось, словно пружина, живот втянулся, позволив мечу Джейаса пройти выше. Одновременно Кирас ударил соперника по запястью, выбив из его руки оружие, а затем тяжело упал на спину. Прежде чем Джейас успел хоть как-то ответить, Кирас с размаху ударил его деревянным мечом по коленям, свалив наземь. Словно собственный клинок тянул его вверх, Кирас вновь вскочил на ноги и самоуверенным движением отбросил меч Джейаса в сторону.

Эрон взглянул на Моравена.

— Ты видел?

Моравен медленно кивнул, а Фойн с сухим смешком проговорил:

— Он чувствовал.

— Да я чувствовал, — Моравен сел на место. Это произошло, когда Кирас выбросил правую ногу назад и перевернулся. Вспышка, мгновенный ожог. Его кожа словно загорелась, в плоть болезненно впились тысячи невидимых иголок, как будто кровь постепенно возвращалась в онемевшие члены. Моравен почувствовал, и ещё как.

Над ними прокатилась волна джейдана, исходившая от Кираса.

Моравен нахмурился.

— На какой он, по его словам, ступени?

— Лирсеррдин. Его Учитель присвоил ему Высшую ступень. — Фойн медленно выдохнул и слегка сморщился. — Полагаю, его Учитель не знал, какого уровня достиг его ученик, но догадывался, что он немного лучше остальных. Если бы Фоахин хоть что-то подозревал, то не отослал бы его к нам. Такой искусный ученик принёс бы школе великую славу.

— Он принесёт великую славу серриану Ятану.

Эрон покачал головой.

— Я воин, Моравен, но я не Мистик. Я не могу учить его.

Моравен повернулся и посмотрел на старика.

— Ты не можешь поручить мне тренировать его! Я не учитель. У меня нет своей школы.

— Ему не нужна школа. — Старик наморщил лоб. — Ты пришёл ко мне, уже обладая необходимыми умениями. Я просто направил тебя по верному пути. Ему нужно помочь — но не пройти нетореными дорогами, а сделать верный выбор на перепутье!

И есть дороги, по которым ему лучше не ходить. Состояние джейданто имело свои преимущества — давало возможность использовать магию, обеспечивало долголетие. Но цена могла оказаться слишком высокой: джейдан способен усиливать личные качества джейсесерра. Наделённые чуткостью, добротой и милосердием люди только выигрывали. Но если ученик высокомерен и честолюбив, это ожесточит его.

Кирас швырнул деревянный меч на крыльцо. Раздался глухой стук.

— Мне нужен учитель. Эрон или серриан Ятан. Я поборол ваших лучших учеников. Вы возьмёте меня?

Моравен взглянул на Фойна.

— Ты хочешь, чтобы я взял на себя ещё и ученика, вдобавок к уже данному поручению?

Старик пожал плечами.

— Попутчик вряд ли сделает твою задачу труднее или опаснее.

— Не думаешь ли ты, что это предложение меня обрадовало?

— Нет. Полагаю, оно тебе совершенно не в радость. — Старик поднял кубок с вирлу. — Но мы все будем чувствовать то же, если ты не справишься с какой-либо из задач. Да снизойдёт на тебя мир на этом Празднестве, Моравен Толо, и пусть боги будут милостивы, определяя твою дальнейшую судьбу.

Глава седьмая

Второй день Празднества Урожая года Собаки.

Девятый год царствования Верховного Правителя Кирона.

Сто шестьдесят второй год Династии Комира.

Семьсот тридцать шестой год от Катаклизма.

Антурасикан, Морианд.

Наленир.

Келес вошёл в комнату брата, не обращая внимания на его ворчливое «Уходи!». Джорим бросил на него сердитый взгляд, который потерял часть силы, отразившись в зеркале. Младший Антураси отчаянно сражался с шейным платком из золотого шелка, пытаясь безупречно его завязать; но у дурного настроения Джорима имелась и другая причина. Келесу это было известно, но он должен обсудить с братом ряд вопросов, иначе, хотя неприятности и так ожидались, грядущий вечером приём мог превратиться в стихийное бедствие.

— Позволь мне помочь тебе с узлом.

— Я и сам справлюсь.

— Да, приблизительно к следующей зиме; ты опоздаешь на приём.

— Да я вообще никуда не хочу идти! Никуда! — огрызнулся Джорим.

Келес положил руки на плечи брата и мягко развернул его лицом к себе.

— Если ты не пойдёшь, то расстроишь Нирати и нашу мать. Тебе известно, как они старались, подбирая облачение, чтобы ты мог выглядеть подобающе, оставаясь при своих косах и бороде. Я знаю, тебя не заботит, что подумает дед, но их чувства ты должен уважать.

— Разумеется. Уважать их чувства, но не свои. — Руки Джорима скользнули вдоль золотого полотна, сжимаясь в кулаки. — Почему всегда имеют значение не мои чувства, а чьи-то ещё?

Келес взялся за платок и одним движением затянул его под жёстким, накрахмаленным воротником рубашки Джорима.

— Ты имеешь в виду — почему я, как тебе кажется, не уважаю твоих чувств? Прости. Мне жаль, что ты чувствуешь себя преданным.

— Нет, тебе не жаль! Ты знал, что мне будет больно.

— Совершенно верно. Но ещё я знал, что должен остановить тебя, пусть даже это будет болезненно. Я предал тебя — хорошо, пускай так. Но я не позволил тебе предать самого себя.

Джорим насупился.

— Прочитал мои мысли, да?

— Не иронизируй. Я могу прикоснуться к твоему разуму, только когда мы оба сосредоточены и мысленно тянемся друг к другу. И, в отличие от деда, в мои намерения не входит выведывать то, что ты предпочёл бы скрыть. И нет такого желания. Я уважаю твои чувства и тебя.

— Уважаешь меня, в самом деле?

Келес вздохнул. С тех пор, как состоялся их разговор с дедом, Джорим отдалился от брата.

— Я знаю, что предал тебя, но ведь дело не только в этом. Что происходит?

Джорим отбросил от себя руки брата и полуобернулся к зеркалу.

— Ты высмеял меня перед стариком.

— Я не делал ничего подобного.

— Ну, конечно же, нет! С твоей точки зрения. — Джорим пересёк комнату и плюхнулся в кресло, чуть было не опрокинув его. — Келес Мудрый и Предусмотрительный! Дед отправит меня на «Волке Бури», потому что ты это предложил, а не потому, что я это заработал — хотя я действительно достоин этого!

— Так в чём же дело? Ты получил, что хотел.

— Ты не понимаешь. — Джорим стукнул кулаком по подлокотнику. — Почему ты не слушаешь меня? Знаю ли я, что для всех будет лучше, если именно я отправлюсь на «Волке Бури»? Разумеется, знаю. Я знаю в два раза больше языков, чем ты, и легко выучиваю новые. Я составил описания всех виденных мною животных и прекрасно рисую. Если мы не сможем привезти новых зверей, у нас будут хотя бы рисунки. Я знаком с вашим бхоткаи и кое с кем из команды мне уже доводилось работать. Я идеально подхожу для этого путешествия и должен плыть, но хотел чтобы дед дал мне эту возможность, прислушавшись к моим словам, а не твоим!

16
{"b":"26238","o":1}