ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– У вас уже есть сведения о потерях?

Кроули коротко кивнул:

– Плутониане: ранеными – 100 %, убитыми – 66 %. Миранджейки: ранеными – 100 % потерь, но, к счастью, ранение незначительное. Вета отправилась в Плутонию выхаживать раненых плутониан. Она надеется, что они выживут. Люди: ранеными – 99,5 %, убитыми – 70 %. Остальным требуется медицинская помощь. Войска Совета внутренней безопасности отделались легче. Смертные случаи главным образом среди наших рабочих. – Человек-тень широко развел руками. – Я единственный, кто не пострадал.

– Уж тебе-то лучше других должно быть известно, как глупо испытывать чувство вины за то, что уцелел.

– Да, черт побери, мне это известно! – Кроули скрестил руки на груди. – Я знаю, что выжил благодаря тренированности и опыту. Но не только. Я выжил потому, что Йидам и Уилл Рэйвен разделались с теми, кто мог меня убить. Я обязан им жизнью, а они мертвы. И, учитывая все произошедшее, я не могу даже утешать себя мыслью, что их жертва была не напрасна.

Я нахмурился:

– Но мы ведь можем набрать еще людей, разве нет? Нельзя бросать дело на полпути.

– Если ты хочешь притащить сюда еще людей, на меня можешь не рассчитывать.

Я обернулся на голос и увидел ковыляющего к нам Хэла. Правая рука у него висела на перевязи, брюки и левый рукав были забрызганы пеной. Даже лоб пересекала грязно-зеленая полоса. Он посмотрел на Кроули и спросил:

– Ты еще не рассказал ему?

Человек-тень покачал головой:

– О чем ты мне не рассказал?

– Поскольку тебя в тот момент не было рядом, я решил сам отправиться к Пигмалиону и убить его. Я знаю, что убийства – твой профиль, но я, как тебе известно, тоже неплохо стреляю. Я попытался проникнуть в его измерение, но не смог.

Я не совсем понял, в чем там дело, но, насколько я могу судить, он умудрился заковать свое измерение в броню.

Я кивнул:

– Мне дали понять, что Темные Властелины способны проделать такой фокус с измерениями, свойства которых родственны их аспекту.

Кроули смерил меня взглядом.

– Интересные сведения.

Он ждал, что я назову источник информации, но я медленно покачал головой.

– Тут что-то не так.

Хэл разразился неприязненным смехом.

– Что может быть не так у человека с таким потрясающим здравомыслием?

– Довольно, джентльмены! – Я перевел взгляд с Кроули на Хэла и обратно. – Насколько я могу судить по вашему поведению, вы оба почему-то считаете, что случившееся здесь – моя вина. Вы оба измучены, и лишь по этой причине я стараюсь не обращать внимания на ваши выпады.

Я на секунду умолк и вобрал в себя боль и смерть, наполняющие этот мир. Отчаяние, страх и отчетливо различимый гнев пропитали здешнюю атмосферу, как вода – губку. Я чувствовал скорбь, исходящую от живых, и ужас умирающих.

Я уловил горечь Хэла, уверенного, что все пошло прахом и надо было найти какой-то другой путь.

– Меня здесь не было, это правда. Но вы полагаете, что, если бы я мог, я не отправился бы сюда вместе с вами? Вы думаете, я не оплакиваю этих людей? Да, я не знал их, я не с ними разговаривал, они не доверились мне, как доверились вам.

Но что же вы думаете – я нарочно поцеловался с ручной гранатой, чтобы остаться в стороне от этой битвы?

– Прости, Койот, – с раскаянием в голосе сказал Хэл. – Я просто… Один из погибших не должен был бы здесь находиться. Я поддался на его уговоры.

Кроули кивнул:

– Уилл Рэйвен. Нам чертовски повезло, что он здесь оказался. Если б не он, нам никогда бы не захватить Риухито.

– Но он погиб, Кроули. – Хэл понуро опустил голову. – У него остался сын. О мальчике заботится дед Уилла.

– Хэл, ты принял правильное решение. Тебе, кстати, тоже не следовало бы здесь находиться. – Я глянул на Кроули. – Что ты имел в виду, говоря, что вы «захватили» Риухито?

– Уилл проломил ему череп, пока Йидам держал принца. А я… Мне надо было бы просто убить Риухито, но я не хотел его смерти и никак не мог найти другого решения. Уилл нашел, а потом погиб. Но перед смертью он лишил Пигмалиона возможности выследить меня, когда я переносил Риухито.

– Императорский внук жив? Где он?

Кроули замялся:

– В одном очень надежном месте. Это маленький мирок, о котором никто, кроме меня, не знает. Я думаю, принц не умрет, хотя у него скорее всего проломлен череп.

– Хорошо. Теперь Пигмалион остался без помощника. – Я сделал вид, что не придаю значения уклончивости Кроули. Он был прав, мне совершенно ни к чему знать название мира, куда он спрятал Риухито. У меня не было способностей к телепатии, поэтому извлечь эту информацию из его мозга я не мог. Впрочем, судя по тому, что мне никогда не удавалось уловить эмоций Кроули, даже одаренный телепат не сумел бы проникнуть в его мысли.

Скрыв от меня название измерения, Кроули здорово облегчил мне бремя ответственности и подстраховался на случай моего предательства.

Я – творение Темного Властелина. Кроули было трудно доверять мне, и я его понимал. Ведь и я не рассказал ему о своем разговоре с Алмазной Императрицей, чтобы его не заставили выдать тайну. А ведь я доверял Кроули. Он мог позаботиться не только о себе, но и о судьбе всей Земли.

– Трудно было скрыться от Пигмалиона?

Кроули покачал головой.

– Насколько я могу судить, погони вообще не было.

– Хэл, ты видел здесь каких-нибудь созданий Пигмалиона? Кого-нибудь, похожего на Мики?

– Нет, никого. Судя по тому, как легко Мики справляется с Батом, вряд ли мы остались бы в живых, если бы Пигмалион послал войско отомстить за поражение Риухито.

Кроули зашагал дальше.

– Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь, Койот. Вероятно, Пигмалион не сделал попытки вернуть Риухито, потому что меня было слишком трудно выследить. А без Риухито он бессилен перед Скрипичником, поэтому и запечатал свое измерение.

– Точно. Мы были так поглощены Риухито, что не подумали об очевидных вещах. Скрипичник утверждал, что Пигмалион хочет его уничтожить. С точки зрения Скрипичника, это не подлежит сомнению, но ведь его точка зрения не единственно возможная, не так ли?

Разговаривая, мы медленно брели на север, в глубь огражденной территории. Чем дальше мы углублялись, тем меньше свидетельств недавнего сражения попадалось нам на пути. Наконец, мы достигли места, где лагерь выглядел совершенно обычно, только людей не хватало. Если бы не вонь разлагающихся растений, можно было бы поза; быть, что здесь произошло.

Хэл поскреб щетину на подбородке.

– Нам нужно все обдумать заново. Пигмалион был учеником Скрипичника, но он восстал и, восстав, достиг статуса Темного Властелина.

Я кивнул:

– Верно, и сейчас со Скрипичником они почти на равных. Главное отличие между ними заключается в том, что Пигмалион, у которого гораздо меньше могущества, может проникать в некоторые протоизмерения, куда Скрипичнику путь заказан. Одно из них – штаб-квартира Пигмалиона. Полагаю, и Земля тоже.

Кроули подтвердил мои догадки.

– С Землей дело вообще обстоит довольно непросто; некоторые Темные Властелины имеют. туда ограниченный доступ и не слишком вмешиваются в жизнь человечества. Скрипичник, например, способен спроецировать на Землю значительное количество психической энергии, но не в состояний переместиться туда физически из-за энтропического барьера вокруг Земли. Единственный шанс для него проникнуть на нашу планету – межпространственный туннель.

Я повернулся к Кроули:

– А что насчет туннеля, который использовал Пигмалион?

Он пожал плечами:

– Этот туннель расположен уже внутри барьера, – внезапно он замер. – Выходит, что Пигмалион попал в Галбро из какого-то протоизмерения, которое очень близко к Земле…

– Или Вообще из другой точки Земли, – кивнул, Хэл. – Пигмалион может попасть на Землю, когда пожелает. Ведь он там родился, Мы миновали лагерь и вошли в тропический лес. Солнце стояло почти в зените, и голубые и фиолетовые блики создавали впечатление, что мы бредем по подводному царству.

39
{"b":"26249","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Спасите котика! Все, что нужно знать о сценарии
Замуж назло любовнику
Сила Instagram. Простой путь к миллиону подписчиков
Диссонанс
Любовь на троих. Очень личный дневник
Любовь к драконам обязательна
Пёс по имени Мани
#черные_дельфины