ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вас поняли. Альфа. Удачи.

– И вам того же, и сверх того, Кестрел-1. На ней связи.

– Омега, начинайте штурм.

– Есть, Альфа.

Я убрал пистолет в кобуру и, пригнувшись, перебрался туда, где, склонившись над Ветой, стояли Бат и Кроули. Нэтч сидела на полу и держала голову миранджейки на коленях. Одна пуля попала Вете в грудь, другая пробила брюшко. На черной одежде блестели люминесцентным зеленым светом пятна – кровь.

– Она выбежала вперед, – объяснил Бат.

– Я знаю, – сказал я.

В глазах Веты кружились огоньки; она судорожно постукивала по полу пальцем. Потом она посмотрела на меня, и ее жвала дрогнули. Я кивнул и погладил ее по руке. Потом свет в глазах Веты погас. Плечи Нэтч заходили ходуном; она плакала, не скрывая слез. Нэтч осторожно положила голову Веты на пол и подняла капюшон миранджейки, закрывая ей лицо.

Бат и Нэтч пошли вперед, а я вернулся, чтобы подобрать винтовку. Не успел я сделать и двух шагов, как Кроули схватил меня за руку и развернул к себе:

– Что это значит?

Я непонимающе уставился на него:

– Что?

– Ты знал, что ее убьют, и она это понимала. – Он кивком указал на тело Веты. – Ее палец. Она выстукивала азбукой Морзе: Я не мы. Счастье. Не хочешь ли объяснить?

– Хочу. Вета не желала отдавать свою личность во второй раз. – Я тяжело вздохнул. – Она боялась, что выдаст нас Скрипичнику против своей воли, и выбрала вот такой путь, чтобы этого не случилось.

– Ты знал – и ничего никому не сказал?

Я снял очки и посмотрел ему в глаза.

– У всех нас есть свои тайны. Местоположение Риухито, например.

Кроули весь подобрался, однако я по-прежнему не улавливал его эмоций. Но и без того было ясно, что с этой минуты наши отношения изменились, и, вероятно, изменились бесповоротно.

– Мы разберемся между собой, когда уничтожим всех Темных Властелинов, хорошо? Когда они больше не будут представлять угрозы.

– Когда они все сгинут, – торжественно произнес Кроули и кивнул. Его слова прозвучали под раскат далекого выстрела – это начали атаку рейнджеры. – Тогда мы поговорим начистоту, как мужчина с мужчиной.

– Как мужчина с мужчиной, – подтвердил я и включил рацию. – Дельта, входите в цилиндр.

Для вас есть работа.

Глава 29

Чтобы не пробираться по трупам на северной стороне платформы, мы с Батом и Кроули перешли на пандус с южной стороны. У выхода с платформы я опустился на колено и осмотрел ящичек, который заметил раньше. Передо мной было небольшое, до смешного простое приспособление, которое включало в себя детектор, реагирующий на движение, и инфракрасный сенсор.

Это устройство мгновенно засекло нас, как только мы вошли в камеру. Проводок от него уходил во врата.

– Датчик связан с мониторами в измерении Пигмалиона. Так что там, возможно, знают о нашем прорыве.

Кроули покачал головой:

– Люди Мак-Нила, может быть, и знают, но не Пигмалион. Он бы уже прислал сюда своих воинов.

– Логично. Тогда – вперед.

Пригнувшись, я нырнул во врата и в то же мгновение оказался в жарком и ослепительно ярком мире. На меня уставились мертвые глаза Мак-Нила. Его скрюченное тело валялось между ножками стола с мониторами. Я поднял голову и прищурился от яркого солнечного света, но солнце не помешало мне заметить еще четырех охранников «Билдмора», которые выскочили из-за угла и бежали прямо к платформе.

Я сместился вправо, чтобы стол служил мне щитом, и открыл огонь. Две пули скинули первого охранника с башни. Третья впилась тому, кто бежал за ним, в горло. Бат прикончил двух остальных, и они, кружась, полетели вниз с небесно-голубой громады.

– Проверка связи. Отличный выстрел, – хотя мониторы на столе работали нормально и изображение на них было четким, я хотел убедиться, что наши рации не замолчали в измерении Пигмалиона.

– Вас понял.

Я оставил Бата и Кроули охранять платформу, а сам нырнул обратно во врата и помахал оперативной бригаде.

– Все чисто. Входите.

Син и Джитт вошли первыми, за ними – Неро и Раджани. Хэл, Нэтч и Мики замыкали шествие.

Следом за Кроули и Батом мы перешли на северный пандус и быстро спустились на землю.

По пути мы никого больше не встретили и не заметили каких-либо признаков тревоги в городе под башней, хотя звуки выстрелов в этом чистом прозрачном воздухе должны были разнестись невероятно далеко.

Спустившись, мы отошли на изрядное расстояние от основания кристаллической башни. Неро Лоринг снял с плеча тяжелый цилиндрический ящик, вытянул из него прозрачный кабель и показал Бату в сторону башни.

– Подсоедини меня к сети.

Бат поднял барабан и побежал назад к одной из кристаллических опор башни, на ходу разматывая оптико-волоконный кабель. Я догнал и предложил помочь. Вместе – во время боевых действий он терпел мое присутствие – мы быстро справились с проводом.

У опоры Бат снял колпачки с торцов цилиндра и извлек на свет два прозрачных диска, размером и формой напоминающих хоккейные шайбы. С обоих дисков хвостом свисал кабель. Бат снял коричневую бумагу, закрывающую диски с одной стороны, и прилепил их к колонне, напротив друг друга. Мы оглянулись на Неро и, когда он поднял большой палец, потрусили обратно.

Лоринг сунул конец кабеля в прямоугольный ящик и кивнул:

– Я готов. Когда будет скачок напряжения?

Хэл посмотрел на секундомер, висящий у него на шее.

– Полная мощность через семь с половиной минут. Фаза один – через тридцать секунд.

Я оглянулся на черный город и покачал головой. В моем воображении возник муравейник, полный воинов вроде Мики, и я сомневался, что нам удастся выжить, если мы его разворошим. То, что мы собирались сделать, было равносильно убийству муравьиной матки, и наши шансы уцелеть казались мне ничтожными. Но отступиться мы не могли, потому что это тоже означало бы смерть. Шанс выжить появлялся у нас только в том случае, если мы предпримем свою попытку и преуспеем.

– Фаза один пошла.

Призрачный силуэт Кроули указал на открытый круг кристаллов, венчающих башню.

– Я его вижу!

С притоком дополнительной энергии в сеть все сооружение начало светиться, словно неоновая трубка. В синем столбе света я увидел золотистый световой блик, рисунок которого напоминал нечто среднее между печатной платой и сетью капилляров живого существа. Казалось, энергия вливалась в основание башни и поднималась к четырем очень длинным столбам, удерживающим кристаллический венец над сооружением.

И в просвете между этими столбами я увидел очертания радости и гордости Бронислава Йонека. Пусть кто угодно считает "Апачи АН-64" устаревшей машиной, во врата она вошла идеально, точно по центру, и плавно, будто кабина лифта, начала опускаться. Тридцатимиллиметровый ствол пулемета под ее носом секунду-другую повертелся из стороны в сторону, потом машина нырнула вперед и вниз и развернулась к нам.

Я поднял руку, закрывая лицо от поднявшейся пыли. На правом крыле я увидел традиционный груз из восьми реактивных снарядов «Геенна», но на другом был установлен огромный металлический барабан, удерживаемый двумя узкими цилиндрами, приваренными к поверхности крыла. Барабан повернулся на пол-оборота и выбросил три метра волоконно-оптического кабеля.

– "Мерлин" к вашим услугам. Готов приступить к выборке кабеля.

– Вас понял, «Мерлин». Вперед. – Я махнул рукой в сторону обсидианового города, и вертолет полетел в указанном направлении. Барабан вращался как безумный, выплевывая кабель с чудовищной скоростью. Кабель вился змеей по песчаной поверхности. Когда Йонек отлетел на нужное расстояние и наш конец провода перестал бешено дергаться и хлестать песок, Хэл подбежал к нему, поднял кабель и отнес к Неро.

Неро вставил кабель в гнездо и закрепил.

– Держится. Контакт надежный.

У окраины города вертолет сделал большую петлю и повернул к нам. Он несся низко над землей, ныряя вперед и из стороны в сторону, как стрекоза. За вертолетом оставался хвост поднятой пыли, и я разглядел за этой завесой какое-то движение.

60
{"b":"26249","o":1}