ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Поющая для дракона. Между двух огней
Автономность
Жертвы Плещеева озера
Непрожитая жизнь
Преломление
Секреты спокойствия «ленивой мамы»
Сила Киски. Как стать женщиной, перед которой невозможно устоять
Пирог из горького миндаля
Точка обмана

Никсоны пробыли недолго, но возбуждение остальных гостей достигло небывалых размеров. У всех, похоже, закружилась голова от столь тесного общения с властью. Когда Ричард Чандлер сел на свое место рядом с Гасси, он был явно в приподнятом настроении.

— Прекрасный сегодня прием, — заметил он. — Большая удача, что удалось заполучить Никсона.

Гасси вежливо кивнула, надеясь, что ее молчание его несколько охладит. В отличие от остальных гостей у нее настроение только ухудшилось, а мысли все время возвращались к Тони и их обреченным на неудачу отношениям.

— Я многого жду от нового президента, — продолжил Ричард. — Чертовски большая разница, когда в Белом доме свой человек!

— Вы говорите точно как мой отец. Ричард улыбнулся:

— Для меня это комплимент.

— Ну, разумеется.

Опустив глаза, Гасси с отвращением смотрела на фаршированную курицу. У нее абсолютно пропал аппетит. Она осторожно нацепила на вилку кусочек спаржи и почувствовала, что отец наблюдает за ней. Поскольку она с самого детства стремилась добиться его одобрения, то сейчас даже через всю комнату смогла ощутить его раздражение. Он наверняка хотел, чтобы она была более внимательна к Ричарду Чандлеру. Гасси привыкла быть послушной дочерью, поэтому тут же повернулась к Ричарду и одарила его сияющей улыбкой.

— Я слышала, вы только что купили новую лошадь?

— И замечательную! Вы обязательно должны на нее взглянуть. Лошади — прелестные существа, куда интереснее, чем политики.

Гасси всем сердцем с ним согласилась. Правда, сама она научилась сидеть на лошади только потому, что Элизабет силой приводила ее на конюшню. Но в данный момент она предпочла бы общество арабского скакуна надоедливости Ричарда Чандлера.

— Вы ездите верхом? — спросил он, явно не замечая ее настроения.

— Довольно плохо. Мне никогда не нравились занятия на свежем воздухе.

— Тогда я настаиваю, чтобы вы посетили мою ферму. Не сомневаюсь, вы ее полюбите. Вы в следующее воскресенье свободны?

Взглянув на отца, Гасси поняла, что у нее нет выбора. Он послал ей сияющую улыбку, прямо-таки разрываясь от любви и гордости.

— Да, это мне вполне удобно, — сказала она. — Я с удовольствием посмотрю вашу ферму.

— Замечательно! Тогда я заеду за вами в полдень.

Остаток вечера прошел спокойно, хотя Ричард старался держаться к ней поближе, решив, что она тоже проявила к нему интерес. На самом деле Гасси находила его жалким и скучным и невольно сравнивала с ласковым, открытым Тони. Он заставил ее забыть о своих страхах, научил ее смеяться и не стесняться своего тела… Но завтра всему этому придет конец.

Тони Де Коста жил в пентхаусе роскошного высотного здания, которое принадлежало его компании. Декоратор, занимавшийся квартирой, сделал особый упор на великолепный вид и оставил все огромные окна ничем не завешанными. Мебель была чисто функциональной, выдержанной в нейтральных бежевых и коричневых тонах, и Тони порой казался себе там просто случайным гостем.

Ему больше по душе был бы старый дом где-нибудь в глубинке Виргинии, но квартира была удобной, и ее безликость его не беспокоила — пока он не встретил Гасси и не начал думать о будущем. Теперь эта квартира казалась ему гостиничным номером, где гулко звучало эхо его одиночества. Его вдруг охватило желание пустить корни, сделать свою жизнь стабильной, и ключом к этому была Гасси.

Тони отложил бритву и вытер насухо лицо. Его раздражало, что он нервничает перед встречей с родителями Гасси, как прыщавый подросток перед первым свиданием. Но он достаточно долго прожил в Америке, чтобы понимать: его итальянское происхождение сразу же сделает его нежеланным в качестве зятя. Он также понимал, что зря поступается своей гордостью, пытаясь добиться одобрения Тремейна. А ведь семейство Де Коста пользовалось уважением во всем мире, и он был единственным наследником финансовой династии. Надо же было совершить такую глупость — влюбиться в Огасту Тремейн! И вот теперь он собирался унижаться перед ее родителями-аристократами, чтобы иметь возможность хотя бы встречаться с ней…

Элизабет и Роберт Тремейн удобно устроились в креслах перед камином, пили утренний кофе и с удовольствием обсуждали детали вчерашнего приема. Они позволяли себе такую вольность только за закрытой дверью своей спальни. Элизабет все еще не сняла ночную рубашку и выглядела намного старше без обычного макияжа. Роберт сидел в своем любимом коричневом халате, волосы его были взъерошены, под глазами — мешки от недосыпа. Они пришли бы в ужас, если бы кто-нибудь из посторонних увидел их сейчас, и тем не менее они свято соблюдали этот свой воскресный ритуал.

Гасси стояла в холле и прислушивалась к приглушенным голосам родителей. Она знала, что ее появление их не обрадует, но ей хотелось раз и навсегда покончить с обманом. Нервно проведя потными ладонями по юбке, она постучала в дверь.

— Кто там? — прокричал Роберт.

— Это я, мне нужно с вами поговорить.

— Входи, дорогая, — сказала Элизабет.

Войдя в комнату, Гасси почувствовала, что грубо нарушила чужую территорию. Атласные простыни были смяты, и в воздухе витал специфический запах. Ей представилась отвратительная картина — ее родители занимаются любовью, и она покраснела, вообразив их голыми и стонущими от удовольствия.

— В чем дело, Огаста? Ты заболела? У тебя странный вид…

— Все хорошо, мама. Но я должна сказать вам кое-что насчет Тони.

Роберт, как хорошая легавая, сразу взял след:

— Я знал! И что же с ним не так? Что ты от нас скрывала?

— Ничего особенного. Просто он уже не учится в университете. Он бизнесмен.

— Сколько же ему лет? — нахмурился Роберт.

— Тридцать два. Его зовут Тони Де Коста, он вице-президент «Коста Энтерпрайсиз».

— Ах, вот оно что! Чертов итальяшка. Моя дочь шляется с грязным макаронником!

— Это несправедливо, папа! Ты его ни разу не видел, ты никогда…

— Я их всех знаю! Они, как плесень, подбираются к Белому дому, стараясь выдать себя за легальных бизнесменов. На самом деле твой дружок — обыкновенный гангстер.

Гасси побледнела и опустилась на кровать.

— Ты так говоришь только потому, что он итальянец?

— Разумеется! И я не желаю видеть его в моем доме. Иди и звони ему. Скажи, что я не хочу иметь ничего общего ни с ним, ни с другими мафиози.

До сих пор Элизабет молча слушала, крепко сжав губы. Теперь она вмешалась:

— Ты думаешь, это разумно, Роберт? Компания Де Коста очень влиятельна.

Вскочив на ноги, Роберт начал расхаживать по комнате, глубоко и прерывисто дыша.

— И что мне прикажете делать? Позволить моей дочери сбежать с неотесанной деревенщиной?

— Нет, разумеется, нет! Но надо попытаться от него отделаться как можно тактичнее.

— Что значит «отделаться»? — закричала Гасси, взбешенная тем, что они обсуждают ее будущее, даже не удосужившись с ней посоветоваться. — Вы забыли, что я его люблю, или это не имеет значения?

Успокойся, Огаста, — сказала Элизабет. — Я уверена, что у тебя глубокие чувства к этому человеку, но мы не можем позволить тебе совершить ошибку и разрушить свою жизнь. Для женщины очень важен удачный брак. Тут не место романтическим фантазиям. Гасси готова была разрыдаться.

— Пожалуйста, дайте ему шанс! Познакомьтесь с ним как следует, узнайте его…

Элизабет покачала головой:

— В этом нет смысла, дорогая. Мы, конечно, примем его, раз уж пригласили, но ты не должна больше встречаться с ним.

— Но я…

— Ты слышала, что сказала мать? Больше не о чем говорить!

Гасси казалось, что ей нанесли смертельную рану. Она молча повернулась и побрела в свою комнату. Никогда еще ей не было так больно.

Обед подали в столовой. Это был еще один шанс для Элизабет сверкнуть своим фарфором и хрусталем. В центре стола стояли свежие орхидеи, французское шампанское было из самых дорогих. Но на сей раз весь этот шикарный антураж потребовался лишь для того, чтобы унизить гостя.

— Я слышал, ваша компания прилагает довольно серьезные усилия, чтобы добиться одобрения нового закона о торговле с зарубежными странами, — заметил Роберт, когда все уселись за стол.

22
{"b":"26253","o":1}