ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И вот сейчас Лив в черном, обтягивающем топе и короткой, но пышной, цветастой юбке с шелковой резинкой, развалилась на диване, просматривая какой-то фильм по планшету… Именно «какой-то», потому что девушка давно спала, а планшет лежал у нее на животе.

Лив не слышала, как отворилась дверь, не слышала, как он вошел, как он встал напротив нее, с теплой нежностью оглядывая ее своим горячим взглядом, но зато в ее сон ворвался его веселый возглас:

- Так-так, Оливка! И почему это ты не приходила навещать меня? Ай-яй-яй, я так скучал по тебе, так скучал… - шутливо обиженно проговорил такой родной голос, и Лив резко открыла глаза, вздрогнув всем телом. Перед ней стоял Джонни, сложив руки на груди и слегка наклонив голову, с улыбкой наблюдая за ней. На нем была превосходная белая рубашка, расстегнутая на верхние пуговицы и с закатанными до локтей рукавами, великолепные черные брюки и туфли. Не считая повязки на руке, он выглядел абсолютно здоровым и неотвратимо притягательным.

Лив секунду пялилась на него, как на наваждение, заметив, как он чертовски красив, как игриво светятся его глаза страстным зеленым светом, как обаятельно он улыбается, демонстрируя свои чудесные ямочки, какие у него красивые густые волосы, спускающиеся небольшими, волнистыми прядками ему на лоб и затылок… какая у него горячая фигура…

И она вскочила с дивана, бросившись к нему в объятья, прижимаясь так крепко, как только могла, и впитывая всем сердцем тот энергетический шар тепла и надежности, который окружил ее.

- Джонни! – воскликнула она и посмотрела ему в глаза. – Я приходила, идиот, но ты, как сурок, все время спал…

- Да ну? – с сарказмом проговорил Джонни, глядя на нее сверху вниз своими зелеными, ласкающими глазами. – А доктор Калеб сказал, что ты специально гоняла его каждый раз проверить, сплю я или нет, и приходила только тогда…

Лив виновато опустила глаза и ругнулась.

- Проклятье! Дурацкий доктор! Ну погоди, Калеб – стукач, узнаешь у меня…

Джонни улыбнулся.

- Да Бог с ним, с этим Калебом. Что ты здесь делаешь, Оливка? Отец рассказывал мне, что Эйден хотел перевести тебя в родной дом…

Лив вдруг покраснела, потом побледнела и от стеснения тяжело вздохнула. Ее сердце так гулко билось, что, казалось, сейчас переломает все ребра…

- Я тебя ждала. – сказала она и снова обняла его, прижавшись к нему, чтобы скрыть свое пылающее лицо.

И в этот момент… Что-то невероятное… Она вдруг почувствовала, как одна его рука зарылась ей в волосы… немного грубо, но так страстно, о мой Бог! А вторая скользнула по ее ровной спинке и опустилась на поясницу, обжигая до костей… Лив вдруг задрожала и ощутила, как жар разгорается в ней все сильней, ей стало нечем дышать… Все внутри нее гудело, и она с трудом вздохнула… Как же ей хотелось… О, Боже…

Она почувствовала, что Джонни как будто все понял… Его тело стало еще горячее, и он наклонил к ней голову, страстно прошептав на ухо:

- Лив.

Лив еще больше спрятала лицо в его рубашку, вдыхая этот головокружительный аромат, такой приятный, что хотелось дышать им вечно… Как же горело ее лицо, как же стучало сердце…

- Лив. – вдруг изменившейся и с какой-то иной интонацией проговорил Джонни. – Почему ты не уехала с Максом?

Лив с трудом посмотрела на него, тяжело дыша… Его рука вдруг нежно погладила ее спину, а вторая слегка потянула за волосы, откидывая ее голову и давая возможность заглянуть ей в глаза… Она с ужасом глядела в его зеленые, сияющие игривой страстью, потемневшие глаза… О, она знала это выражение, знала, что оно означает… Ее сердце подпрыгнуло от счастья. Да, это желание. Да! Да! Да!

Лив отчаянно вздохнула и неуклюже начала:

- Почему я… потому что… Джонни! – вдруг воскликнула она, слегка расширив и без того большие глаза. Джонни чуть улыбнулся и в его взгляде пробежала искорка. – Скажи: мы друзья???

Он долго смотрел на нее… Смотрел своими бездонными глазами, и Лив показались вечностью эти секунды…И тут он наклонился и шепнул ей на ухо, так страстно, так желанно, что ей хотелось умереть, потому что жар уже несколько минут душил ее, не переставая:

- А сама ты как думаешь, Оливка?

Лив снова вздохнула и решилась. Вот, сейчас.

- Я не хочу быть твоим другом, дубина! – выпалила она. – Я не полетела с Максом, потому что не могла представить жизни без тебя, ты мне так нужен, идиот! И если бы ты умер, я бы тоже умерла. Ты – все, что у меня есть. И было. – Лив опустила глаза, переведя дыхание и отстраняясь от Джонни. – Я боялась приходить к тебе весь месяц, потому что не знала, как ты отреагируешь на мои слова. И я была не готова услышать, что ты не испытываешь ко мне ничего, кроме дружбы.

Джонни вдруг рассмеялся, и Лив неожиданно вспомнила, что он – это ее родной Джонни, которого она никогда не стеснялась и с которым пережила столько всего за такой короткий срок, что хватило бы на всю оставшуюся жизнь. Она подняла на него испуганные глаза и увидела, как он сияет… Она буквально чувствовала его страсть, его нежность, его ласку…

- А теперь, значит, не боишься? – смеялся он.

Лив разозлилась.

- Больше тебе ни слова не скажу, индюк, ты не заслу…

Она резко замолчала. Джонни вдруг притянул ее к себе и поцеловал… Снова так легко и едва заметно в губы, но как будто отпечатав след в ее душе… Лив замерла, глядя на него, и ей так хотелось настоящего поцелуя… Вспышка, вспышка, вспышка… Она горела от любви к нему и хотела, чтобы он снова и снова целовал ее…

- Малышка Лив. – горячо шепнул он. – Чего ты боялась? Ты же знала, что я люблю тебя, неужели не догадывалась? Разве Макс не говорил тебе как-то ночью?

Лив ошарашено уставилась на него. Джонни хитро подмигнул:

- А что? Стены здесь тонкие, а вы бы еще погромче говорили, а то, мне кажется, еще не все соседи в курсе, как мы тут живем.

Лив нахмурилась и снова выжидающе посмотрела на него.

- Говорил, но я просто подумала, что он ревнует… Мы же, как пришитые друг к другу, везде таскались.

- Он и ревновал. – кивнул Джонни. – Но это не его домыслы. Он ЗНАЛ, что я люблю тебя. Потому что я говорил ему об этом и просил отступиться от тебя. Но он не захотел. Поэтому наши отношения так испортились.

Лив не верила своим ушам. Ее сердце выпрыгивало из груди.

- ЧТО ты просил его сделать??? Но… почему ты раньше не сказал?..

Джонни ухмыльнулся.

- Зачем? Я видел, что ты счастлива с Максом, а меня считаешь только другом, поэтому я не должен был портить ваши отношения и морочить тебе голову своими чувствами. Тем более, пока мы были друзьями, ты всегда была рядом. – он игриво улыбнулся. – И твои потрясающие ножки тоже.

Лив вспыхнула и вдруг, поддавшись внезапному порыву, дотронулась ладонью до его щеки, ощутив небольшую щетину и зачарованно глядя на то, как он вдруг закрыл глаза и нежно прислонился к ее руке, отвечая на ее прикосновение… Лив вздохнула, снова загоревшись огнем любви, и спросила:

- Так ты не шутишь? Правда любишь меня? Не вериться как-то…

Она действительно боялась поверить, что в ее жизни, которую она ненавидела, которую считала пустой и дурацкой, наполненной только злостью и одиночеством, вдруг может быть такое… чувство, которое она сейчас испытывала, и оно может быть даже взаимным…

Джонни открыл глаза и игриво посмотрел на Лив, улыбнувшись. Она тонула в его взгляде, тонула, тонула, тонула…

- Глупышка Лив. Я люблю тебя всю жизнь. Я не знал, вернешься ты когда-нибудь сюда или нет, но все равно ждал тебя. Ни в ком я не видел того, что увидел в твоих глазах тогда, когда тебе было шесть лет и ты качалась на качели во дворе своего дома и смеялась, а Джесси раскачивала тебя все сильнее…

Лив шокировано уставилась на него.

- Ты же сам был ребенком! Тебе было десять лет, идиотина, не пудри мне мозги, какие глаза, какая любовь?!?

Джонни захохотал.

- Ладно. Тогда другой пример. Как называется мой бар?

Лив нахмурилась.

- Ты меня на маразм проверяешь? «Аквамарин», а что…

89
{"b":"269933","o":1}