ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Большая и грязная любовь
Случай из практики. Цветок пустыни
Мистер
Тайный код гения
Искусственный интеллект. Большие данные. Преступность
Гнев изгнанников
Чума теней
Чему я могу научиться у Опры Уинфри
Монтессори для малышей. Полное руководство по воспитанию любознательного и ответственного ребенка

— Она не должна была умереть, — в его голосе слышалась вина. — И мне нужно это по этой причине. Все, что я могу сделать для нее — понять, что случилось и остановить это.

И вот он общался с Восприимчивыми. Корнями зла, забравшими его сестру.

Мы оба знали любовь и потерю, боролись за это. Я каждый день работала в магазине, чтобы сохранить то, что было, реальность. Он работал каждый день, чтобы ее потеря не была напрасной.

— Я тоже очень скучаю по папе.

Я не собиралась этого говорить. И точно не ему, мужчине, которого знала лишь пару часов, в ночь, посвященную жизни, а не горю. Но так уж вышло.

Я почувствовала на себе взгляд Лиама, но сама смотрела на линии и квадратики, которые формировали передо мной на карте Французский квартал.

— Он погиб?

— Как раз перед окончанием войны. Его ранили в ночь битвы при Порт Аллене. Произошло второе небольшое нападение на Квартал.

— Я помню. Возле Старого Монетного Двора.

Я кивнула.

— Он не был бойцом, но армия изрядно поредела из-за Порт Аллена, так что он и некоторые остальные пошли помочь. Сражение было хаотическим. Его подстрелили.

— Стрелой?

Я посмотрела вверх на него.

— Пулей.

Лиам приподнял брови. Он быстро понял. Пара не использовали пули, зачем, если есть магия? И это означало, что подстрелил его человек.

— Огонь по своим, — сказала я. — Не было электричества, лунного или другого света, и войска были окружены. Все было в движении. Так или иначе, они подлечили его огнестрельное ранение, и он даже начал идти на поправку.

— А потом? — спросил он, когда я остановилась.

— Тромб, решили, что от раны. Тогда в клиниках было не много врачей.

— Мне жаль.

Я кивнула.

— Он — причина почему я осталась в магазине, — я отвернулась к стене. — А она — причина, по которой ты хочешь, чтобы я получила помощь.

— Частично, — он протянул руку и поправил криво висящую фотографию. — Восприимчивые по своей сути не опасны, не больше, чем сейчас Пара. Они лишь потенциально опасны. Но Сдерживающих различие не волнует. — Он посмотрел на меня. — А меня, да. Именно поэтому я не сдаю их сюда, — он замолчал. — Когда я впервые встретил Восприимчивого, то ожидал увидеть монстра.

В его голосе было удивление.

— И обнаружил не это?

Он улыбнулся, повернулся ко мне лицом, прислонившись бедром к столу.

— Нет. Сорокачетырехлетнего мужа и отца шестерых. Живет с мамой и детьми, оставил дом в пригороде. Его преступление? Садоводство.

— В этом его сила?

Лиам кивнул и развел руками.

— Кукуруза высотой в четырнадцать футов. Дыни большие, как микроволновка.

Я широко улыбнулась, изумляясь и завидуя.

— Черт. У меня участок в саду Флориссант, но вот с этим у меня не очень. Так что произошло?

— К сожалению, он привлек внимание. Сдерживающие узнали о нем, так что в Новом Орлеане он оставаться не мог без того, чтобы попасть на Остров Дьявола. Так что я помог ему собраться и отвез с семьей в дельту реки, — Лиам остановился. — И он не единственный.

— Технически, это предательство.

— Это и было предательством, — сказал он, глядя на меня. — Но оно того стоило.

Мгновение мы стояли в тишине, плечо к плечу, а смерть смотрела на нас. И второй раз за ночь что-то изменилось. Что-то между нами, как будто мы пересекли барьер между чужими и друзьями. Связь исчезла, момент прошел, и воздух, казалось, снов стал чистым.

— Так или иначе, это было до того, как я начал охотиться. А когда начал, встретил других Паранормальных и Восприимчивых. Они не были духами, ничего близкого, так что я понял, что для этого должна быть причина. Мне сказали, что магию можно регулировать и контролировать.

Такую информацию могли бы получить Сдерживающие, если бы захотели. И это расстраивало.

Лиам вздохнул.

— Ты когда-нибудь задумывалась, почему мы не ушли? Не начали жизнь за Зоной?

— Потому что воспоминания — самые крепкие цепи, — ответила я.

Казалось, его удивил мой ответ.

— Хорошее замечание.

— У меня есть много времени подумать, между зарядкой батарей и работой с гадким антиквариатом, — я кивнула в сторону изображения. — Так ты думаешь что-то с духами? Если они меняются, то почему?

Через мгновение он переключил внимание на стену.

— Ну, может быть, потому что духами становятся разные люди. Или становятся по-разному.

Я нахмурилась.

— Такое возможно? Ну… это же просто биологический процесс, так? Это эффект от того, что слишком много магии уничтожает разум и тело.

Лиам покачал головой и пошевелил плечами и шеей, чтобы расслабить напряжение.

— Не знаю. Любая теория — это лишь предположение того, что происходит. Я просто не собрал достаточно информации. И мешает то, что Сдерживающие этого не хотят, ведь тогда федералам придется признать, что возможно регулировать магию.

Он смотрел на стену еще мгновение.

— Ну, то что мы стоим здесь, ничем не поможет. Давай займемся делом.

— И это?

— Я собираюсь познакомить тебя кое с кем. Это первый шаг в твоем пути овладением магией.

Ну, по крайней мере, мне нравились шаги.

* * *

Лиам взял бумажный пакет на кухне, затем запер квартиру и снова пошел вниз. Я последовала за ним к соседней двери здания, той, что была с длинным балконом.

— Человек, с которым мы увидимся, живет по соседству?

— Да.

— Уже поздно, — сказала я, небо по-прежнему было темным, хотя скоро должен был наступить рассвет.

— Она не много спит.

Я пошла за ним по дорожке к темному входу с большой дверной ручкой в форме головы лисицы. Он открыл дверь и придержал ее, чтобы я могла войти следом.

На первом этаже в нескольких больших комнатах с дубовым полом и стенами с обоями мебели не было. На стенах были темные пятна от дыма и пепла, пол покрыт ими. Длинные полосы и пятна, как будто здесь было сражение.

Я оставила Лиама в фойе и пошла в гостиную. Она была большой, наверное, раньше здесь была чудесная мебель для приема гостей и неудобные кресла.

Где-то в глубине дома раздалось хныканье.

Моим первым желанием было пригнуться. Не знаю зачем — чем это может помочь, если внизу по коридору находился недружелюбный Пара?

Я услышала стук когтей по полу, и большая желтая собака, наверное, лабрадор, влетел на порог и замер, разглядывая меня.

Я много месяцев не видела собак. В Зоне было не так уж много еды, так что тяжело было прокормить питомца. Мне нравились собаки, но я была достаточно умна, чтобы держаться с ними осторожно. Я медленно присела, протягивая ему руку, чтобы обнюхал, и ждала, когда он подойдет.

Он тихонько подался вперед, делая по шагу за раз, пока не дошел до меня. Он обнюхал мне руку шершавым, мокрым носом, затем прижался к моей ладони. И вот так мы стали друзьями.

— Привет, мальчик. Тебе нравится больше за ушком или шейку? — я почесала ему шею под выцветшим ошейником, его задняя лапа ритмично застучала по полу. — И у нас есть победитель.

— Фостер, как ты непостоянен.

От звука голоса Лиама Фостер поднял голову. Он увидел его, понесся вперед, сел, положив морду на лапы. Он заскулил.

— Не позволяй ему тебя одурачить, — сказал Лиам, наклоняясь, чтобы почесать его. — Это он внимание выпрашивает.

Лиам остановился на ушах Фостера, и хвост собаки громко застучал по деревянному полу.

Возможно, за грубым фасадом Лиама скрывалось нечто большее. Не может же такому милому псу нравиться придурок, да?

Когда Лиам снова встал, Фостер перекатился на спину и почесался о деревянный пол с поросячьим повизгиванием.

— Он же собака?

— Лабрадор на сорок процентов. На тридцать кот. А на тридцать процентов поросенок или что-то подобное.

Фостер снова перекатился, встал, отряхнулся от носа до хвоста. Он снова сел и уставился вверх на Лиама, ожидая внимания, инструкций или чего-нибудь вкусного. Заметив бумажный пакет, он низко взвизгнул.

16
{"b":"269977","o":1}