ЛитМир - Электронная Библиотека

Я посмотрела на Лиама.

— Ты знал это?

Он покачал головой.

— Нет, но у меня возникала мысль, что с магией нужно бороться магией.

— Верно, — сказал Бёрк. — КБЦ сказали Восприимчивым, что если они вызовутся добровольцами, то получат неприкосновенность. Именно поэтому многие помогли им. А еще из-за того, что они были готовы игнорировать очевидное нарушение гражданских прав, ради того, чтобы спасти человечество. Вы знаете, что произошло дальше. Война закончилась, ввели Магический Акт. Магию запретили, ее применение приравняли к преступлению. Восприимчивых не выпустили. Тем, что помогли, не дали неприкосновенности. Им пришлось скрыться.

Дерби кивнула.

— Мы, Исследовательский отдел КБЦ, пытались уговорить их изменить позицию. Мы знали о разнице между Пара и знали, что Восприимчивые могут контролировать свою магию. Мы уговаривали Сдерживающих зачислить Восприимчивых и Пара из Консульства в штат, чтобы они могли отслеживать колебания Завесы и помочь нам приготовиться к тому, что она снова может открыться. Но в КБЦ не хотели ничего слушать. Они хотели, чтобы их считали вражескими бойцами, но мы были против, — она пожала плечами. — Тогда-то меня и уволили.

— Сдерживающие считают, что управление магией Восприимчивых чересчур рискованно, — сказал Бёрк, и Дерби кивнула. — Они считают его нестабильным. Если они не контролируют свою магию, или контролируют недостаточно, то становятся духами. Это делает их опасными.

Она посмотрела на Малахи и Бёрка.

— И вот поэтому мы здесь, пытаемся сражаться за правую сторону.

— Мы? — спросила я.

— У нас есть союзники, — сказал Бёрк. — Несколько Восприимчивых, людей и Пара Консульства внутри и снаружи Острова Дьявола. Мы называем себя Дельта.

Бёрк изобразил треугольник, соединив большие и указательные пальцы.

— Мы в дельте Миссисипи, а в математике дельта обозначает изменение. Этого мы и добиваемся — изменения точки зрения Сдерживающих по поводу Паранормальных и Восприимчивых. Изменения точки зрения всех. Сейчас мы ищем пропавших Восприимчивых, тех, что помогли закрыть Завесу.

— Погодите, — проговорила я. — Если они скрываются, то откуда вы знаете, что они пропали?

— Они прячутся от Сдерживающих, — сказала Дерби, — но это не значит, что друг от друга. Среди Восприимчивых есть способ связываться друг с другом. Не у всех, но все же некоторым важна связь между собой.

Она бросила взгляд на Бёрка.

— Мы узнали об этом шесть месяцев назад, когда один из Восприимчивых, поддерживающих связь с другими, не явился на встречу.

— Узнали о пропажах, — сказал Бёрк, кивнув.

— Это была первая зацепка, — сказала Дерби.

Лиам скрестил руки на груди.

— Есть теория, почему они пропадают?

— Мы считаем, что кто-то снова пытается открыть Завесу, — ответил Малахи. — И что они используют для этого Восприимчивых.

Оправдались наши худшие страхи.

— С чего вы это решили? — спросила я, от моего тихого голоса в помещении раздалось эхо.

— Потому что Завеса колеблется больше чем обычно, — сказала Дерби.

— Колеблется? — спросила я. — Что это значит?

Дерби достала из джинсов карманный ножичек, открыла одно из лезвий. Присев на корточки, она начертила линию на грязном полу.

— Это базовый уровень, — сказала она. — Вот так расходятся от Завесы обычные колебания энергии.

Она нарисовала ножичком волнистую черту, в воздух поднялась и осела пыль.

— Колебания Завесы явление обычное, — сказал Лиам. — Она граница, барьер, которая изменяется и движется.

— Верно, — произнесла Дерби. — Но колебание колебанию рознь.

Она посмотрела вверх.

— У нас недостаточно отслеживающих устройств, к которым мы привыкли. Но с помощью триангуляции мы определили, что сейчас картина выглядит так, — она нарисовала еще одну черту, которая была гораздо шире предыдущей. Ее изгибы казались больше и были менее последовательными.

— И чем они отличаются от других?

— Завеса открылась не ровно, — сказала Дерби. — Ее разорвали, а не разрезали. Закрывая ее, эти разрывы просто залатали. Семь Восприимчивых наложили код на разрыв, чтобы удержать его. Они воспользовались своей магией, чтобы создать магические ключи, которые не позволили бы другим открыть Завесу.

— Кто из Восприимчивых создал заклинание? — спросил Лиам.

— Мы не знаем, — ответил Бёрк. — Никто не знает, кроме этих самых Восприимчивых. Это была часть сделки — эти знания не должны были быть использованы во вред в будущем.

— Мы боимся, что Завеса колеблется сильнее обычного, потому что кому-то удалось снять несколько печатей, — сказал Малахи.

— Можете сказать сколько? — спросила я.

— Нет, — ответил Малахи. — Насколько мы знаем, Завесу впервые открывают подобным способом.

— Думаете, пропавшие Восприимчивые и колебания Завесы взаимосвязаны? — спросил Лиам.

Малахи кивнул.

— Да, но мы не знаем как.

— Сколько Восприимчивых пропало? — спросила я.

— Нам известно о двадцати, — ответил Бёрк.

Мы с Лиамом переглянулись.

— Что? — спросил Бёрк.

— С тех пор, как умерла моя сестра, — проговорил Лиам, — я отслеживал нападения духов в городе. За последние несколько месяцев их количество возросло вдвое.

— Сколько их было?

— Двадцать четыре, — ответил Лиам. Очень близко к двадцати. — Марла была одной из ваших пропавших Восприимчивых?

— Да, — ответила Дерби. — Она была моей подругой.

— Сколько она отсутствовала? — спросила я, осознав, что не подумала спросить об этом Миссис Салас.

— Тринадцать дней, — сказала Дерби. — Когда я последний раз видела ее, с ней все было хорошо.

Меня охватил страх. Марла превратилась в духа менее чем за две недели. Достаточно короткий срок, и получается, от этого тяжело защититься.

— Могли ли пропавшие Восприимчивые «исчезнуть», потому что стали духами? — спросила я. — Не знаю, как это возможно, — сказала я, имея в виду, что не понимала самого процесса. — Но числа совпадают.

Члены Дельты переглянулись.

— Не нравится мне эта теория, — проговорил Бёрк и посмотрел на Дерби. — Такое возможно?

Она сжала губы, задумавшись.

— Если лишить их возможности регулировать магию? Или как-то ее влить в них? Увеличить количество впитанной магии? Мне нужно обдумать возможные варианты, но как уже сказала Клэр, количество пропавших и духов кошмарно совпадает.

С другой стороны, если кто-то сделал это с Марлой намеренно, если это не ее вина, то у меня все еще остается шанс контролировать свою магию.

— Представим, что это возможно, — сказал Лиам. — Но зачем?

— Чтобы замести следы? — предположил Бёрк. — Ты хочешь открыть Завесу и допрашиваешь Восприимчивых, которые могли быть задействованы в ее закрытии, и вдруг оказывается, что они не причём. И тебе не хочется, чтобы они трепались о допросах, поэтому убираешь их. Если превратить Восприимчивого в духа, то он не сможет говорить.

— Не хочется сгущать краски, — сказал Лиам, — но почему бы их просто не убить?

— Пусть кому-то и не нравятся Восприимчивые и Пара, — сказал Малахи. — Но то, что они позволяют Восприимчивым стать духами или делают их духами и выпускают монстров на улицы — доказывает на сколько они опасны.

— А зачем открывать Завесу? — спросила я.

— Возможно, чтобы напасть, — ответил Малахи. — В этот раз первыми нанести удар.

Он имел в виду, развязать войну.

Меня посетила мысль.

— Восприимчивые, работавшие на КБЦ, могли контролировать свою магию?

Бёрк кивнул.

Я посмотрела на Лиама.

— Возможно, поэтому наши духи могут мыслить и общаться на другом, на более высоком уровне. Наверное, они все еще частично контролируют себя. Но кто мог поступить так хладнокровно?

— Мы не знаем, — сказал Бёрк. — Кто-то, кто хочет открыть Завесу, у кого есть доступ к файлам КБЦ, помогающим установить личности потенциальных Восприимчивых. Чтобы найти семь нужных, им нужно пробежаться по всему списку. Похоже, этим они и занимаются.

46
{"b":"269977","o":1}