ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В связи с принятием под охрану Южного Сахалина несколько увеличился участок охраны государственной границы СССР.

Личный состав энергично взялся за освоение новых участков государственной границы и налаживание пограничной службы на Сахалине. В протоколе первой партийной конференции пограничных войск НКВД на Тихом океане, состоявшейся в июле 1946 г., отмечалось, что командиры и политработники Сахалина сумели в короткий срок вывести подразделения на рубеж государственной границы и организовать ее охрану[99].

Трудности организации охраны морской границы СССР заключались в том, что 90 процентов офицерского состава были участниками Великой Отечественной войны и навыков организации пограничной службы не имели.

На офицеров возлагалась ответственная задача: помочь вновь прибывшим командирам приобрести необходимый опыт в организации службы, воспитания и обучения личного состава.

Эта ответственная и кропотливая работа в первые послевоенные годы легла на плечи подполковника Меньшикова, полковника Теренчука, подполковника Кривцуна, полковника Лыкова, полковника Тимофеева, подполковника Жданова и многих других опытных кадровых офицеров.

Затрудняло организацию охраны государственной границы СССР на Сахалине то, что сразу же после войны через нее началось интенсивное движение. Перед пограничниками встала задача — обеспечить в установленных пунктах пропуск эмигрантов.

Задолго до освобождения Южного Сахалина Советскими Вооруженными Силами японцы использовали все средства для того, чтобы запугать население острова рассказами о «зверствах русских», воспитать в людях рабскую покорность.

Особое влияние японская пропаганда оказывала на женщин. Им внушалось, что приход русских будет сопровождаться насилием, сопротивляющихся женщин они будут расстреливать, а их детей — уничтожать. Об этом советские воины впервые узнали от жительницы Южно-Сахалинска японки Есико, матери троих детей. Увидев советских солдат, она упала на колени и стала просить, чтобы ее пощадили ради детей. Бойцы подняли перепуганную женщину, и переводчик терпеливо разъяснил, что ни ей, ни другим мирным жителям никакая опасность не угрожает. Успокоенная женщина отправилась к своим детям и затем сама рассказала японским жителям о гуманизме советских воинов[100].

Несмотря на то, что японские жители в первые же дни убедились в освободительной миссии советских солдат, иные все-таки бежали, скрывались в лесах, совершали преступления. Много беженцев скопилось в городах Южно-Сахалинске, Корсакове, Холмске. Гражданскому управлению (В первые два года после освобождения Южного Сахалина и Курильских островов руководство политической, экономической, культурной жизнью осуществлялось областным и районными управлениями по гражданским делам при Военном совете Дальневосточного военного округа) Сахалина понадобилось несколько месяцев на то, чтобы возвратить их на места прежнего жительства. Пограничники оказывали местным органам Советской власти самую действенную помощь в нормализации положения на острове.

Под видом эмигрантов и беженцев на Сахалине скрывались многие преступники, а также оставленные японские разведчики. Наличие тайных складов с оружием, заложенным японскими охранно-оборонительными отрядами, давало антисоветским элементам возможность перехода к террористической и бандитской деятельности. Только в 1947 г. пограничники разоблачили и уничтожили на Сахалине 36 банд, предупредили 8 бандитских проявлений[101], ликвидировали 5 диверсионно-террористических групп бывших офицеров японской армии, изъяли большое количество оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ[102].

Пограничники вели среди местного населения работу по разъяснению миролюбивой политики Коммунистической партии Советского Союза и советского законодательства. Местное население убеждалось в освободительной миссии советских воинов, в их гуманном отношении к местным жителям. Одновременно пограничники разъясняли существующий порядок въезда, передвижения, проживания в пограничной полосе, установленный специальным постановлением Совета Министров СССР. Все это способствовало установлению дружеских контактов местных жителей с пограничниками.

В течение 1946-1948 гг. было произведено 106 задержаний нарушителей государственной границы СССР, общей численностью 1 387 человек[103]. У задержанных нарушителей границы обнаружено и изъято контрабанды на общую сумму более 45 миллионов рублей[104].

В послевоенные годы пограничниками проведена большая работа по расчистке пограничной полосы.

...В городе Александровске был разоблачен активный немецкий каратель Семченко. Изменив Родине, он добровольно служил в СД. В 1942 г. в Донецке участвовал в расправе над 25 советскими гражданами, содержащимися в концентрационных лагерях. Позднее в составе особой бригады «Шпеер» принимал участие в борьбе против итальянских партизан. За «особые заслуги» фашисты присвоили ему звание лейтенанта СС, наградили двумя железными крестами. Проживая на Сахалине, Семченко готовился совершить убийство офицера-чекиста и скрыться за границу. Благодаря высокой бдительности пограничников преступник был обезврежен[105].

В Корсакове пограничники задержали изменника Родины Габова (Каппа). В годы Великой Отечественной войны он, став переводчиком фашистской комендатуры в городе Минеральные Воды, вместе с немецкими извергами участвовал в уничтожении сотен советских граждан. Габов-Капп предстал перед судом и получил по заслугам[106]. Несколько позже в Охе был разоблачен изменник Родины Карпавичюс, скрывавшийся под фамилией Карпова. Как выяснилось на судебном процессе, в 1942 г. на территории Литовской ССР он выдал немцам известных ему партизан и членов подпольной группы, вместе с фашистскими карателями участвовал в разгроме партизанского отряда[107]. Карпавичюса суд приговорил к высшей мере наказания — расстрелу.

Выявление пограничными войсками и местными органами власти преступного элемента способствовало оздоровлению обстановки в пограничной полосе, предотвращению попыток нелегального ухода преступников за рубеж.

Воины в зеленых фуражках совершенствовали инженерное обеспечение охраны границы. Инженерное обеспечение охраны границы представляло собой совокупность инженерных мероприятий, проводившихся погранвойсками в погранполосе в целях успешного решения задач по охране границы и оборонительные сооружения. При этом они широко использовали опыт ведения пограничных боев в начальный период Великой Отечественной войны.

В послевоенный период шло создание системы наблюдательных пунктов, обеспечивающей просмотр всей местности на максимально возможную глубину, позволяющей держать под непрерывным наблюдением важнейшие объекты на морском участке.

Личный состав много сил и энергии вложил в оборудование контрольно-следовых полос, хотя, как известно, в большинстве случаев на морском побережье их роль выполняет береговой отлив, способствующий обнаружению следов нарушителей границы.

Многие участки границы на юге острова пришлось усилить системой заграждения, затруднявших передвижение нарушителей границы. Воины проложили сотни километров дозорных троп, дорог, оборудовали ряд мостов и переправ, прорубили и очистили просеки.

«Тайная война» разгорается

В послевоенные годы пограничники Сахалина накопили богатый опыт противодействия акциям японской и американской разведок против СССР в бассейне Тихого океана. Об этом свидетельствуют героические подвиги пограничников по пресечению деятельности шпионов и диверсантов.

вернуться

99

ЦАПВ, ф. 231, оп. 1, д. 1330, л. 12.

вернуться

100

В. Н. Багров. Южно-Сахалинская и Курильская операции, стр. 79.

вернуться

101

ЦАПВ, ф. 215, оп. 1, д. 225, л. 33.

вернуться

102

ПАСО, ф. 4, оп. 2, д. 2, л. 147.

вернуться

103

ЦАПВ, ф. 231, оп. 1, д. 1343, л. 14.

вернуться

104

ЦАПВ, ф. 230, оп. 1, д. 42, лл. 62, 63.

вернуться

105

Газ. «Советский Сахалин», 20 декабря 1967.

вернуться

106

Там же.

вернуться

107

Там же.

17
{"b":"269994","o":1}