1
2
3
...
20
21
22
...
67

– У нас все прекрасно, Патриция. Прости, я занят, поэтому до сви…

– Мог бы сообщить, что прилетаешь в Нью-Йорк. Как тебе известно, я тоже тут живу.

– Знаю. Я сам нашел и оплатил тебе квартиру.

– И по крайней мере мог бы пригласить меня на ужин! В самом деле, Ричард!

В капризном голосе жены звучали торжествующие нотки. Еще бы! Ее, порядочную женщину, он проигнорировал, а эту Саманту бросили в тюрьму!

– Я здесь по делу. Поговорим позже.

– Ты привез Джеллико в деловую поездку? Так чьи это дела? Ее или твои?

– Ты что, устроилась репортером в «Инкуайрер»?

– О, прошу тебя! Это абсолютно логичный вопрос.

– Эй, Патти! – громко воскликнула Сэм. – Не можешь ли перезвонить? Мы как раз занимались сексом, и ты прервала нас на самом интересном месте!

– Эта женщина просто невыносима! – возмущенно ахнула Патриция.

Ричард положил трубку.

– Тебе не стоит восстанавливать ее против нас, – мягко посоветовал он, целуя Саманту.

– Она первая начала. И потом не понимаю, почему она так меня ненавидит. Ты развелся с ней за два года до нашей встречи.

– Ненавидит? Потому что я тебя люблю. Саманта поджала мягкие губы.

– Вижу, ты просто какой-то шейх с собственным гаремом!

– Еще бы! Пять минут.

– Я буду готова, – кивнула она. Рик отправился в офис. Патриция обладала необычайной способностью: ее появление немедленно заставляло Саманту становиться на его сторону. Плохо только, что она знает об их присутствии на Манхэттене, а ведь ее квартира находится всего в двух милях от дома Рика, так что ничего хорошего ждать не приходится.

Поцелуй Рика кружил голову: властный, возбуждающий, отчасти гневный – всего понемногу. Пусть он все еще настороже, но и ей тоже не до смеха.

Сэм знала, что сказал бы Мартин: что она водит Рика за нос, используя его власть и деньги ради своих прихотей. Ах, если бы все было так просто!

Едва Рик закрыл за собой дверь, Саманта бросилась к кровати, где лежал мобильник, и набрала номер своего офиса в Палм-Бич.

На третьем звонке трубку подняли.

– «Джеллико секьюрити», – протянул теплый мужской голос. – Мы здесь, чтобы помочь вам.

– Привет, Обри! – воскликнула она, сунув ноги в светло-коричневые босоножки. – Стоило бы добавить, что мы готовы помочь за приличную цену.

– Мисс Саманта, сначала мы заманиваем клиентов и только потом объявляем цены.

– Верно. Кстати, рядом с тобой, случайно, нет Стоуни?

– Имеется. Подожди, солнышко.

В трубке зазвучала старая мелодия: нежный диксиленд. Обри явно взял верх над Стоуни, предпочитавшим коллективные труды «Эниа». Через секунду подошел сам Стоуни.

– Получила мой е-мейл, солнышко? Я просил тебя проверить цифры, прежде чем послать счет Локу. Видишь ли…

– Мы можем поговорить? – перебила она. Она почти увидела, как взлетают его брови.

– Подожди. Сейчас закрою дверь.

Молчание.

– Давай выкладывай, что у тебя?

– Немедленно садись на самолет и тащи свою задницу на Манхэттен, – велела она, понижая голос, несмотря на то, что дверь спальни была закрыта: офис находился в следующей комнате.

– Зачем? Если вы с Риком поцапались, это не мое собачье де…

– Я думаю… знаю… прошлой ночью я видела Мартина.

Стоуни потерял дар речи. Молчание на другом конце линии просто пугало.

– Милая, – выговорил он наконец тоном, приберегаемым для инвалидов или психов, – Мартин умер. Ты знаешь это не хуже меня.

– Вчера вечером он был в зале. Примерялся, что бы стянуть, – настаивала она, стараясь убедить не столько его сколько себя, – Очень заинтересовался только что найденным Хогартом, которого купил Рик. Я сунула ему записку с предложением свидания, но пока ждала его в Центральном парке, кто-то вломился в дом Рика и свистнул чертово полотно.

– Но…

– Да-да, Стоуни! Все это абсолютный вздор. Безумие. Но он здесь. И думаю, использовал меня, чтобы добыть эту картину. Стоуни, только ты один можешь мне помочь, У меня больше никого нет.

Снова долгое молчание.

– Рик знает обо всем этом?

– Нет. Но знает, что вчера ночью меня не было дома, а потом копы сцапали меня… меня! – за грабеж. Я провела целый гребаный час в наручниках. А я не…

Ее голос прервался. Прошло несколько минут, прежде чем она вновь обрела равновесие, Нет, она не собирается распускать нюни. Нет, нет, нет!

– Больше я такого не допущу. И не позволю никому испортить жизнь мне и Рику, пока не пойму, что происходит.

– Я вылетаю следующим рейсом, – пообещал он.

– Только я не хочу, чтобы Рик что-то знал об этом. По крайней мере, пока.

– Ладно. Сейчас же звоню Делрою. Он найдет, где мне остановиться. Позвоню, когда устроюсь.

– Спасибо, Стоуни. Без тебя мне туго пришлось бы.

– Эй, солнышко, для чего же тогда родственники, как не охотиться за привидениями!

Она смахнула со щеки благодарную слезу, удивленная, что, оказывается, плачет.

– Что ты скажешь Обри?

– Нашему голубенькому красавчику? Объясню, что решил взять отпуск и в случае необходимости он может связаться со мной по телефону.

– А Рик считает, что Обри не голубой, – улыбнулась Саманта.

– Миллиардер просто ревнует, потому что Обри не положил на него глаз. Ладно, бегу домой собираться и еду в аэропорт. Жди.

– Еще раз спасибо.

Прозвучало это довольно жалко, учитывая, что Уолтер Барстоун действительно был единственным в этом мире, на которого она могла рассчитывать, тем более что он действительно мог поверить в ее встречу с живым Мартином Джеллико и при этом не вызвать психиатров. И кто бы ни украл Хогарта, Мартин или нет, нужно сделать асе, чтобы вернуть картину.

Закончив разговор, она почувствовала себя жалкой, подлой предательницей. Рик был в другой комнате: перечитывал пресс-релиз, в котором утверждалась их невиновность. А она тем временем мучается мыслью о том, кто выполнил грязную работу, да еще и тайно зовет на помощь, за спиной Рика.

Она поклялась себе, что едва, выяснит что-то, немедленно поделится с Риком, но была, ли при этом достаточно честна? Если отец действительно замешай в воровстве, она не знает, как сказать Рику, не рискуя его потерять. Не важно, доверяет он ей или нет, но появление Мартина на сцене изменило все. Пусть она отошла от дел, но похоже, Мартин этого не сделал. И как ни богат Рик Аддисон, он не может позволить себе иметь вора в семье.

Телефон в ее руке звякнул. Растерявшись от неожиданности, она едва не швырнула его об стену, прежде чем достаточно овладела собой, чтобы нажать зеленую кнопку.

– Алло?

– Здравствуйте, – ответил резкий мужской голос с британским акцептом. – Джон Стиллуэл хотел бы поговорить с Ричардом, лордом Роули.

– Подождите, пожалуйста.

Захватив трубку, Сэм подошла к двери офиса и постучала.

– Войдите.

Сэм распахнула дверь и, не входя, низко поклонилась.

– Лорд Роули, некий Джон Стиллуэл просит разрешения поговорить с вами. Угодно ли вашему королевскому величеству ответить?!

– Проклятые бриты, – проворчал Рик, морщась, и ловко поймал брошенный ею телефон. – Должно быть, я оставил ему номер по ошибке. Мои извинения.

Если Рик оставляет домашний номер вместо служебного, значит, действительно не в себе. И опять она виновата.

– Ничего страшного, – отмахнулась она, давя в себе раздражение. – Похоже, дело очень срочное.

Она снова ушла, закрыв за собой дверь. Немного постояла в коридоре и подошла к окну. Рик, вероятно, посчитал подозрительным, что неизвестный влез в то же окно, которое она взломала днем, но любой сколько-нибудь стоящий вор посчитал бы это место самым подходящим.

Слава Богу, у нее хотя бы хватило ума надеть перчатки, прежде чем влезать в окно, иначе детектив Горстайн до сих пор бы ее допрашивал.

Саманта отставила с дороги низкий столик и присела на корточки перед окном, стараясь при этом не помять платье. Замазка, которой они с Уайлдером пытались исправить нанесенный урон, все еще валялась на полу влажными комочками. Свеженанесенные царапины уродовали подоконник в том месте, где под провода сигнализации был подсунут какой-то предмет.

21
{"b":"27","o":1}