1
2
3
...
26
27
28
...
67

Джон Роби. Персонаж Кэри Гранта из фильма «Поймать вора». Мартин всегда подражал этому парню, хотя Саманта считала, что его характер мало соответствует реальному.

– Мне нужен Хогарт. Зарабатывай свою репутацию за чей-нибудь еще счет. Не за мой.

– Поздно. Не я украл картину, хотя план, сознаюсь, принадлежит мне.

Саманта похолодела от ужаса.

– Ты позволил типам, застрелившим охранника, вломиться в дом, где спал Рик?! – воскликнула она. Одно дело Мартин: он никогда не носил оружия. И совсем другое – банда убийц. – Иисусе, Мартин!

– Потише, Сэм. И говорю тебе, оставь это. После того как Интерпол их схватит, вам, возможно, вернут полотно.

– Можно, подумать, они будут хранить его до тех пор, – буркнул Стоуни. – Да они сбудут картину при первой возможности. Уж поверьте, я знаток в подобных вещах. То есть… – он виновато взглянул на Саманту, – был знатоком. Теперь я удалился на покой.

– Долго ждать не придется. Забудь про это, оставь меня в покое, и, может, я приглашу тебя на вечеринку по случаю ухода от дел. Если ты начнешь охотиться за Хогартом, они поймут, что я рассказал тебе обо всем, и сможешь посетить мои следующие похороны. На этот раз настоящие, – прошипел Мартин, после чего встал и вышел из пиццерии.

Саманта и Стоуни долго смотрели друг на друга.

– Что мне теперь делать? – простонала она, наконец ударив кулаком по столу. – Стоит ему показаться – и мне снова двенадцать лет, а он – великий магистр всех взломщиков. Совершил ли он в жизни хотя бы один честный поступок?

– Об этом мне ничего не известно, – признался Стоуни.

Саманта жалостно шмыгнула носом. Ее сотовый пропел тему из бондианы. Рик.

Она с заколотившимся сердцем открыла флип. Только этого не хватало! Впрочем, можно подумать, он видел, как она разговаривает с усопшим отцом!

– Привет, милый, – спокойно сказала она в трубку. – Передумал насчет ленча?

– Нет. Я делаю вид, что разговариваю с Трампом о совместной сделке. Посмотрела бы ты на лица парней Хосидо. Они уже сдали восемь верхних этажей «Манхэттена».

– Медленно работаешь, – уколола она.

– Черта с два, Как там шопинг?

Попалась!

– Пока что присматриваюсь.

Она осеклась. Что можно без опаски сказать ему, не выдав того, что непременно придется скрывать? Он ожидает подробностей. В жизни Саманты Джеллико не так много скучных дней!

– Ты будешь счастлив узнать, что какие-то копы в штатском пытались преследовать мое такси.

– А где они сейчас? – резко бросил Рик, и она словно наяву увидела, как он сидит за письменным столом, подавшись вперед.

– Я сумела от них оторваться. Поменяла машины, нацепила усы.

– Саманта, я рад, что это тебя забавляет, но…

– Ошибаешься. Я не совсем уверена, как реагировать на все это. Никогда не бывала раньше в подобных ситуациях.

– Знаю. Я тоже. Эй, у меня для тебя есть подарок. Специально на после ужина.

– О-о, как неприлично!

Стоуни красноречиво закатил глаза, но Сэм показала ему язык.

– Не можешь хотя бы намекнуть?

– Нет. Буду дома после шести.

– Постараюсь вернуться к этому времени.

– Я люблю тебя, янк.

– Я тоже, брит.

Ока отключила телефон.

– Что ты скажешь ему, Сэм?

Стоуни наконец перестал притворяться, что ест салат, и отодвинул тарелку.

– Что бы там ни затеял Мартин, но если он предпочел впутать Аддисона, дело плохо.

– Это верно. – Она перевела дыхание. – Не знаю, что скажу ему. «Прости, мой папаша снова в деле, и он хочет обчистить тебя до нитки»? Звучит не слишком обнадеживающе. Нужно подумать. Ты можешь задержаться в городе?

– Я никуда не еду, солнышко. Но ты будь осторожна, или к тому времени, как рассеется пороховой дым, на ногах, вполне возможно, останусь один я.

– Знаю, – пробормотала она, бросая остатки пиццы в ближайшую мусорную корзину. – Теперь мне нужно купить что-то шикарное, чтобы Рик не заподозрил меня в коварных планах.

– Я сам позабочусь об этом, Уайлдер, – сказал Ричард, жестом отпуская дворецкого.

– Прекрасно, сэр. Вилсо говорит, что ужин будет готов через двадцать минут, – кивнул дворецкий и направился на кухню. Ричард снова выглянул в окно. Саманта протянула водителю такси несколько банкнот, после чего выпрямилась, подняла пакет от «Бдумингдейла» и направилась к крыльцу. Бывшая воровка, нынешняя подозреваемая в краже, она заставляла его сердце биться так же сильно, как пять месяцев назад, когда свалилась с потолка и предложила деловое партнерство.

– Добрый вечер, – сказал он, открывая дверь.

– Что у тебя есть для меня? – спросила она, притягивая к себе его голову свободной рукой и впиваясь в губы свирепым поцелуем.

Разума в нем осталось ровно настолько, чтобы, не прерывая поцелуя, закрыть и запереть дверь. Правда, для большинства ее знакомых запоры особого значения не имели. Он прижал ее к двери, отнял пакет с покупками и уронил на пол. Она немедленно схватилась за его ремень и расстегнула молнию.

– И что все это значит? – застонал он, когда она стала мять и гладить то, что скрывала ширинка джинсов.

– Я хочу тебя.

Ее рука все еще была в его джинсах, когда они ввалились в переднюю гостиную. Ричард захлопнул дверь ногой, и они, перекатившись через диван, свалились на пол.

– Сбавь скорость, милая, – задыхаясь, попросил он, когда она стянула с него джинсы и толкнула на спину. – Я никуда не денусь.

– Не желаю сбавлять скорость.

Извиваясь, она расстегнула свои слаксы и пинком отшвырнула в сторону. За ними последовали узкие голубые трусики, и Сэм с протяжным вздохом-стоном опустилась на него. Подняв голову, тяжело дыша, Рик наблюдал, как его «петушок» исчезает, дюйм за дюймом, в тугом горячем жерле. Что бы там она ни творила, он спорить не собирается.

Она поднималась и опускалась на нем, жестко и быстро. Борясь за крохотную долю контроля, Ричард сунул руки ей под блузку и стал ласкать задорно торчащие груди. Подхватив ритм, он скоро ощутил, что она кончает, и стал врезаться в нее. Наконец он, зарычав, тоже обмяк.

Саманта упала ему на грудь и снова стала целовать.

– Я совершенно потеряла всякий стыд, верно? – пропыхтела она, прильнув к нему.

– Верно, но это так здорово, – прошептал он, обнимая ее.

Сэм не слишком любила крепкие объятия, когда она хотя бы на минуту, но оказывалась в плену, и в эту секунду ее отчаянная страсть насмерть перепугала Рика. Она долго лежала так, прижимаясь щекой к его груди, словно слушая стук сердца.

– И я ничуть не возражаю, – тихо пробормотал он, боясь прервать внезапно возникшую близость, но обеспокоенный настолько, что посмел спросить: – Что-то мучит тебя, Сэм?

Она затаила дыхание, но только на мгновение. И медленно кивнула, упершись лбом ему в грудь.

Иисусе.

Значит, все хуже некуда. Решая, насколько можно на нее надавить и как она отреагирует, Рик задумал лестью и уговорами вызвать ее на откровенность.

– Ты не больна?

– Нет, – пробормотала она прямо ему в рубашку. Уже неплохо.

– Я тоже не болен, верно?

– Верно.

– И никто не умер?

– Никто. Все живы.

Теперь она уже объясняется предложениями, хоть и короткими. Все-таки прогресс. Продолжая тихо и спокойно задавать ничего не значащие вопросы, он усыплял ее бдительность.

– Надеюсь, ты не стащила чего-то такого, что теперь заставит тебя бежать из страны?

– Я вообще ничего не брала.

– Надеюсь, Стоуни не арестовали?

– Нет.

– Кто-то из твоих знакомых стащил что-то такое масштабное, что теперь ему придется бежать из страны?

Саманта села, глядя на него сквозь покрывало спутанных рыжих волос. Она отрастила их на несколько дюймов, что он находил безумно сексуальным.

– Я должна кое о чем подумать, – медленно выговорила она.

– А со мной ты не поделишься?

– Не сейчас.

– И никогда?

– Именно об этом я и думаю. Не торопи события, ладно?

Он попытался соображать связно, что было нелегко, поскольку он так и не вышел из нее. Она призналась, что происходит нечто неладное. Если он согласится не задавать вопросов, не даст ли тем самым молчаливое разрешение на выполнение ее замыслов? Похоже, они оба попали в переплет.

27
{"b":"27","o":1}