1
2
3
...
49
50
51
...
67

– И мы знаем, на какой стороне холма ты стоишь, так. Мартин? – хмыкнул Вайтсрайг, хлопнув ее отца по спине. – Давай лучше посмотрим на эти кальки.

– Прежде чем начать, – объявила Саманта, швырнув рюкзак на валявшуюся рядом коробку и отмечая, что в глубине стоит темный фургон для доставки продуктов с аббревиатурой СУОТ, намалеванной поперек логотипа компании но доставке,[10] – у меня вопрос.

– Какой именно?

– Полагаю, вы планировали это много недель. Почему надо включать меня за три дня до начала операции?

– Прежде всего, – начал Николас, бросив ей банку с пивом, – мы не знали, что ты окажешься в Нью-Йорке в самое подходящее время, но поскольку ты уже здесь, было бы глупо, этим не воспользоваться. Во-вторых, заказ на Страдивари поступил в последнюю минуту, и у нас просто не хватало людей, чтобы выполнить все сразу.

– Значит, вам потребовалось подкрепление.

– Женское, – добавил Дольф, – не сводя глаз с ее груди, едва прикрытой топом.

Прекрасно. Только этого ей не хватало. Парень с переизбытком ревущих гормонов. Сперматоксикоз.

– И в-третьих, простой громила, как ты нас называешь, не сможет подготовиться за три дня, а вот ты сможешь.

– Что же, неглупо, – кивнула Саманта. – Но как насчет вашей квалификаций?

Николас развернул перед ней кальки и схемы сигнализации.

– А это мы сейчас посмотрим.

Глава 18

Воскресенье, 22.47

Не успела Сэм потянуться к ручке двери, как на пороге вырос Рик.

– Ты не оставила записку, – заметил он, беря ее руку вместе с ключами и втаскивая в дом.

– Не получилось, – устало пояснила она, бросая рюкзак на столик и натягивая толстовку. Вулф высадил ее за несколько кварталов, так что пришлось взять такси, и она очень замерзла.

– Они забрали меня от самого дома.

На толстовке было написано «Оксфорд», и пахла она лосьоном после бритья Рика.

За спиной Рика вырос Стоуни.

– Не стоит оставлять здесь свое снаряжение. Если ворвутся копы, сразу поймут, где искать.

– Знаю, – простонала она. – Не могу я получить чертов сандвич и таблетку аспирина, прежде чем вы начнете играть в доброго миллиардера и злого торговца краденым? Или наоборот.

– Конечно, можешь.

Рик взял ее за плечи и повел к кухне.

– Вот и хорошо. И пожалуйста, никаких дурных новостей на мой пустой желудок, усекли?

Пальцы Рика чуть сжались и снова расслабились.

– Усекли.

– Стоуни, а ты что тут делаешь? Мало копы нас подозревают?

– Аддисон позвонил мне, когда ты исчезла. Пришлось взобраться по пожарной лестнице и влезть в окно.

Несмотря на усталость, она фыркнула:

– Нечто вроде кражи со взломом?

– Только взлом, – поправил Рик. – Впрочем, я открыл ему окно.

– Вы у меня молодцы, – кивнула она, обняв Рика за талию. Тот усадил ее за маленький кухонный стол, пошел в кладовую, принес тарелку, пару кусочков хлеба, положил все это на стол и направился к холодильнику. – А где Вилсо?

– Учитывая обстоятельства, я решил, что ему и Уайлдеру будет безопаснее в другом месте. Дал им несколько дней отпуска. А заодно и Бену.

– Но они ночуют здесь!

– Видно, я не так выразился. Я дал им оплаченный отпуск. Хорошо оплаченный, – ухмыльнулся Рик.

– Тогда ладно.

– Арахисовое масло или индейка?

– Индейка. Поменьше майонеза, побольше горчицы.

Рик насмешливо вскинул брови:

– Я похож на повара?

– Придется быть поваром, пока Вилсо не вернется. Потому что все, что распространяется за пределы пиццы, которую требуется разогреть в микроволновке, – твоя территория, милый.

Рик принялся покорно мазать горчицей ломтик хлеба.

– Прекрасно. Значит, мало мне переговоров насчет отеля, теперь я еще и готовь? Хочешь помидоры?

– М-м… да, дорогой.

– Кхм. Невинный прохожий, старающийся не слишком мешать хозяевам, – объявил Стоуни, помахав рукой с порога. – Так в чем там фишка?

– Все после еды. Хочешь, Рик сделает тебе сандвич?

– Эй! – запротестовал Рик.

– Нет, спасибо, я поел у Делроя. – Стоуни поморщился. – Подумать только, человек делает потрясные пироги, но способен испортить бифштекс как нечего делать!

– Что случилось с отелем, куда ты намеревался перебраться?

– Я пытался уйти, но у Делроя лицо сделалось, как у обиженного щенка. Поэтому я по-прежнему сплю на бугристом диване и ем ту подозрительную гадость, которую он мне предлагает.

– Ты очень добрый.

Чувство юмора постепенно возвращалось к ней, а головная боль немного утихла. Саманта подошла к столу и оторвала листик латука для своего сандвича.

– Напомните мне еще раз, что вы двое – закоренелые преступники, а я – миллиардер, владеющий кучей недвижимости, – объявил Рик, целуя ее.

Как просила Сэм, он из кожи вон лез, чтобы не омрачить ей настроения, по крайней мере, до конца ужина. Вечер обещал быть еще неприятнее, чем предполагала Сэм: не у нее одной были плохие новости.

Подойдя к холодильнику, она налила себе лимонада, после чего пошарила в шкафчиках и нашла аспирин.

– Стоуни, я обнаружила чипсы тортилья, – сообщила она, бросив пакет через плечо.

– Эй, перестань ими трясти, – проворчал Барстоун, бросаясь вперед с ловкостью, удивительной для столь крупного джентльмена. – Обломаешь углы. И налей мне лимонада.

– Сейчас. Рик, а тебе?

– Не стоит.

До чего же странная у них семейка! Да, они стали именно семьей. Он даже не знал, нравится ли ему Уолтер Барстоун, но за последние два дня он проникся уважением к этому человеку. Уолтер искренне любил Саманту, хотя вряд ли его влияние на нее можно было назвать благотворным. Но по сравнению с Мартином Джеллико этот человек святой.

– Ты в порядке? – пробормотала Саманта, подталкивая его локтем в бок.

– Я просто думал, как клево ты выглядишь в моей старой толстовке.

– Клево?

– О… миленько. Янки, что с них взять!

Соорудив гигантский сандвич, Рик взял нож и разрезал его надвое.

– Ужин подан, миледи, – величественно объявил он, ставя тарелку на стол.

Она мигом проглотила половину и стащила пригоршню чипсов у Стоуни.

– У Вайтсрайга в шайке три немца плюс Мартин и я.

– Ты кого-то знаешь? – спросил Уолтер, отбирая у нее пакет с чипсами.

– Нет, но, по-моему, это его постоянные партнеры.

– Каков план?

– Мы заходим за двадцать минут до закрытия. Я отключаю сигнализацию боковых и запасных выходов и тому подобное, вывожу из строя видеокамеры и сигнальные устройства вызова копов. А потом иду в Музыкальный зал за скрипкой Страдивари. Парни тем временем берут картины.

– Но люди вас заметят! – завопил Рик, сжимая руки так сильно, что костяшки пальцев побелели. – Даже при нерабочих камерах. Двадцать минут до закрытия – это…

– Это безумие. Но думаю, что Вайтсрайг считает, будто чем больше окажется в залах людей, тем лучше. Поднимется такой хаос, что мы в суматохе сумеем ускользнуть.

Она взяла вторую половину сандвича и откусила.

– Если бы планировала я, то зашла бы в музей в два утра с командой из трех человек и скорее всего спустилась бы с потолка. Впрочем, я ни за что не ограбила бы музей.

– Полагаю, они будут вооружены? – спросил Рик, заправляя ей локон за ухо. Слушая ее речи и зная о некоторых подвигах, он скорее представил бы Сэм бугрящейся мышцами амазонкой, чем миниатюрной динамомашиной ростом в пять футов и весом в сто двадцать фунтов.

– Да. Они даже Мартину дали «глок». И здорово обозлились, когда я отказалась от оружия. И поскольку их четверо против нас двоих, может, мне следовало взять пистолет.

– Я далеко не уверен в таком раскладе Сил, – сказал Ричард, жалея, что не может потолковать с ней с глазу на глаз, а больше всего – что приходится сказать правду.

– Ты о чем? – удивилась она.

– Я кое-куда позвонил сегодня днем.

Сэм шлепнула остаток сандвича на тарелку.

вернуться

10

Американский спецназ.

50
{"b":"27","o":1}