1
2
3
...
51
52
53
...
67

– Я и задействовал Стиллуэла на случай, если возникнет что-то неожиданное. Он сразу же свяжется со мной.

Саманта уставилась на него.

– Ты нанял его, чтобы развязать себе руки, а самому следить за мной. Ты не моя чертова мать и не надзирающий офицер.

Рик нахмурился.

– Прекрасно, – прошептал он, осторожно закрывая дверь спальни. – Думаю, он нас подслушивает.

– Сейчас? Так рано? И мы не сказали ничего особенного.

– Нет. Прошлой ночью.

– Прошлой… о черт! Конечно, не секс под душем, а беседу на кухне?

– Совершенно верно.

– Дьявол. Уволь его!

– Он не сделал ничего дурного. Мало того, вчера сэкономил мне с полмиллиона ежегодно в налогах на собственность. И разве не лицемерие с твоей стороны предполагать, что он – одна сплошная неприятность?

Сэм ухмыльнулась.

– Но ты ведь не ошибся, полагая, что я одна сплошная неприятность?

– Во всяком случае, присматривай за ним, пока не будем знать точно.

– Должна сказать, что мне не нравится идея иметь в нашем доме потенциального шпиона.

– Мне тоже, – вздохнул Рик. – Но я с ним справлюсь. – Он сел рядом. – И я нанял его, потому что моя жизнь изменилась за последние несколько месяцев и я только приспосабливаюсь. И причина этих изменений – ты.

Рик взял ее стакан с диетколой и сделал глоток.

– Совсем не то, что кофе.

Отклонив назад ее стул, он поцеловал Сэм в губы.

– Позвоню, как только выберу минуту.

– Аминь. Иди работай. Я проверю список, посмотрю, все ли у меня есть.

Ричард кивнул, поставил стул на все четыре ножки, схватил пиджак и направился к двери.

Глядя ему вслед, Саманта вздрогнула. Ее вдруг осенило. Вот оно, решение! Способ остановить Вайтсрайга и не дать Мартину отказаться от сделки с Интерполом, а заодно и снять подозрения с Рика. Ее сердце на миг остановилось, но тут же заколотилось с удвоенной силой.

– Эй, брит! – окликнула она, подходя к верхней площадке.

Рик остановился и взглянул на нее.

– Что тебе?

– Я тебя люблю.

Он ошеломленно воззрился на нее, прежде чем прошептать:

– Я тоже люблю тебя, янк.

И нерешительно сделал шаг, словно раздумывая, стоит ли уходить.

– Позвони мне! – улыбнулась она. – Пообедаем вместе. И не забудь взять с собой Стиллуэла.

Рик почтительно поклонился, прежде чем сбежать вниз. Саманта оставалась на месте, пока не услышала мужские голоса и стук входной двери. Только потом она метнулась в спальню и схватила свой сотовый.

Она всегда запоминала номера с первого раза и теперь нажимала на кнопки с молниеносной быстротой, словно боясь передумать.

– Горстайн, – раздался голос на другом конце линии.

– Горстайн, это Джеллико. Хотелось бы потолковать с вами.

Горстайн долго молчал. Значит, она удивила его. Прекрасно.

– Приезжайте в участок.

– Нет. Встретимся в «Арт-кафе», на Бродвее, в восемь тридцать.

Это даст ей время избавиться от любой слежки.

– Я уже поел.

– А мне плевать. Так вы будете там или нет?

– Буду.

– Если я увижу мундир или наручники, значит, посчитаю, что вы нечестно играете.

– У вас паранойя, мисс Джей.

– И не забудьте, что я сказала.

Возможно, не имеет значения, следят ли за ней копы сегодня, но дело в принципе. Кроме того, она не может рисковать, чтобы кто-то из членов шайки Вайтсрайга увидел ее в компании копа, особенно того, что накануне был у нее дома.

Схватив телефон, сумочку и путеводитель по музею, она вышла из дома и взяла такси. Сначала она хотела оставить Рику записку, но побоялась, что, если что-то пойдет наперекосяк, пара слов на бумаге ничего не объяснит.

Поменяв машины четыре раза, она вышла на тротуаре перед «Арт-кафе». Ей нравилось это место: вкусная недорогая еда, непритязательная обстановка, и, главное, Вайтсрайг и его шестерки, возможно, понятия не имели о его существовании.

– Мисс Джей.

К ней приближался детектив Горстайн. Хоть не опоздал. И то слава Богу. Так этому типу она должна открыть душу?! Рассказать все и надеяться, что он скорее предпочтет прижать шайку крупных воров и попасть в милость к Интерполу и ФБР, чем задержать мелких сошек вроде нее и Мартина.

Что же до кражи у Ходжесов… она еще не решила, признаваться или нет. В конце концов, ее ведь не подозревают?

По крайней мере в отличие от Фрэнка Кастильо от Горстайна не несло за версту полицейским, что значительно облегчало появление с ним на публике. Он по-прежнему не нравился ей, но все, кто знает о ее прежней репутации, посчитают, что она встречается с торговцем краденым или знатоком антиквариата.

И тут она охнула, вспомнив кое-что. Горстайн не походил на копа, но Николас немедленно раскрыл его инкогнито. А ведь Николас совсем недавно прибыл в город. Это означало одно: Горстайн – прикормленный полицейский, а она собирается сама пустить себе пулю в лоб.

– Заходим? – спросил он, придерживая дверь.

Господи, ей нужно знать точно! Подсознательно она доверяла ему настолько, чтобы позвонить. Если интуиция верно ей подсказывает, план все еще сможет сработать. Если же она ошибается, Николас точно узнает, что она затеяла, и будет ждать, готова она продать их полиции или нет.

Она молча вошла в кафе.

– Поскольку беседа доверительная, могу я узнать, как ваше имя? Кроме обращения «детектив Горстайн», разумеется.

– Да. Меня зовут Сэм.

Саманта вытаращила глаза.

– Да вы шутите!

– Вовсе нет.

– В таком случае я не буду звать вас Сэмом.

– А я так не думаю.

Пытаясь выиграть время, ока заказала оладьи с бананами и грецкими орехами плюс диетическую колу. Горстайн попросил булочку из отрубей и кофе. Типичная еда копов, хотя сейчас это ничего не означает.

– Я думала, вы поели, – заметила она, оглядывая комнату в поисках знакомых лиц. Никого.

– Да. Жвачку и «Тик-так».

– Пытаетесь бросить курить? Это объясняет вашу раздражительность.

– Я не курю, – буркнул он. – И всегда раздражителен.

Если не считать дурацкой зубочистки, которую коп не вынимал изо рта, он был совсем не так плох. Можно сказать, красив. Ей стало не по себе, словно она тайком изменяла Рику и, помимо желания исповедаться, появился еще один предлог, чтобы увидеть его. Неужели вторая причина для нее важнее первой?

Как только официант принес заказы, Саманта поставила локти на стол и подалась вперед:

– Какие-то новые обстоятельства по кражам картин?

Горстайн, наоборот, отодвинулся.

– Если собираетесь водить меня за нос, забудьте. У меня полно работы.

Похоже, он искренне раздосадован. Для нее это означало честность. Хорошо… если только он не лучший актер, чем она сама.

Господи, что она за идиотка: впутаться в такое дело без надежной поддержки. Оставалось надеяться, что у нее будет шанс извлечь пользу из урока.

Сэм широко улыбнулась:

– Я никого не вожу за нос. Но в моем положении нужно быть осторожной. Не находите?

– И что это за положение?

– Вы сказали, что как-то охотились за моим отцом. Вы вообще видели его когда-нибудь? Откуда вы знаете, что гонялись именно за Мартином Джеллико?

Особенно потому, что это был вовсе не он. Но если Горстайн – продажный полицейский, он, возможно, видел отца, притом совсем недавно.

– Нет. Никогда не видел. По крайней мере, до ареста. Этот сукин… простите, конечно, он ваш отец, но все же мое мнение о нем остается прежним.

– Понятно. Он никогда не распространился о том, чем зарабатывает на жизнь, но я знала.

Нет, она не собирается полностью обнажать перед ним душу. Не такая она идиотка.

– Да, верно. Знаете, мне нравится ваша прямота и даже пристрастие к диетколе… очаровательно. Но если вы засмеетесь, я найду способ упечь вас в каталажку. Клянусь, что найду. И кстати, вчера вы разбили полицейскую машину.

– А чем вы это докажете? И даю слово, что не стану смеяться.

В ее состоянии, когда нервы натянуты, как струны, чудо, если она не закатит истерику!

52
{"b":"27","o":1}