ЛитМир - Электронная Библиотека

– Давай договоримся сразу: когда вдвоём и никого постороннего поблизости нет, обращайся ко мне на «ты», без всяких титулов и прочего чинопочитания. Иначе так и останешься скованным, и нормально общаться у нас не получится. Расслабься и представь, будто общаешься с кем-нибудь из однокурсниц. Сразу пойдёт легче.

– Попробую.

– Ещё кофе хочешь?

– Не отказался бы.

Рядом с чашками на подносе появился кофейник.

– Некоторые вещи я всё же предпочитаю делать без магии – вкуснее и красивей получается. Да и поддерживать хорошую физическую форму стараюсь вполне традиционными способами вроде гантелей, обруча и утренних пробежек по побережью Полигона. Конечно, если стихийники не вздумают экспериментировать с утра пораньше. А сейчас давай покажу моё скромное жилище. Ночью не до того было, так хоть сейчас, – Лайта лукаво улыбнулась. – Погоди, принесу твою одежду, да и сама принаряжусь. Всё хорошо в меру, и нагишом шастать тоже.

К моменту, когда Эрик нацепил свой костюм, слегка помятый и лишившийся блеска фальшивой позолоты, Лайта успела облачиться в домашний халат, подчёркивающий её женственность и миловидность.

– Иди взглянуть на нечто весьма забавное! – позвала она из гостиной.

Вещицей, призванной поразить воображение нашего героя, оказалась облегающая тело накидка из прозрачного пластика.

– Чудо научно-магической мысли: даёт возможность левитировать без затрат энергии. Попросту говоря, летать. Кроме того, объект, помещённый внутрь, становится видимым лишь в отражённом свете Луны. В своё время, испытывая её, не упускала случая немного пошалить: в лунные ночи, зажав меж ног метлу, раскатывала в нём над городскими проспектами и оживлёнными магистралями, пугая припозднившихся прохожих. Правда, после того, как по моей вине столкнулись два грузовика, пришлось с забавой завязывать.

– И оно до сих пор действует?

– Хочешь опробовать лично? Как-нибудь в обозримом будущем, думаю, вполне возможно.

Эрик, призадумавшись, ничего не ответил.

– Что-то не в порядке? – забеспокоилась Лайта.

– Ничего страшного. Не обращай внимания, иногда на пустом месте впадаю в меланхолию.

– Ну-ка, погоди, сейчас поставлю точный диагноз. Ага, понятно: не даёт покоя мысль, не находился ли под действием очарования.

– Трудно скрыть что-либо от Мастера Духа. Действительно, думал об этом.

– Брось. Я не часто пользуюсь возможностью заглянуть в чужую душу – только когда любопытство заедает. Или грозит конкретная опасность. Ну и в качестве третейского судьи, если возникает необходимость применить Запрос Истины. После иных сеансов ощущение, будто в грязи извалялся, настолько мелочные и гадкие мысли в головах подчас бродят. А насчёт очарования – сам-то как считаешь?

– Не знаю. Честно говоря, ещё не разобрался в себе.

– И тем фактически ответил на вопрос. Околдованный вообще не мучился бы сомнениями, а во всём соглашался бы. Считаешь, наверное, раз Великий Мастер Духа, приворожить любого понравившегося – без проблем? Именно так… но результат вряд ли обрадует. Если человек к тебе совершенно равнодушен, или, хуже того, антипатично настроен, приворот заставит его полюбить, но будет любовь-зомби, без искренних чувств и эмоций, чисто механически. Лучше и не пытайся, чем потом и самому разочароваться, и другого человека заставить страдать. Хотя, повинюсь, – вновь заулыбалась она, – совсем без магии не обошлось. Но исключительно чтобы подбодрить, прибавить смелости. Иначе ты едва ли решился бы.

Возразить Эрику было нечем, и, чтобы не развивать дальше щекотливую тему влияния магии на душевные симпатии, заинтересовался картиной, висевшей над обитым кожей диваном. Опять пейзаж, тоже инопланетный, однако готов был биться об заклад, что когда они появились в гостиной, изображение было другим. Или показалось?

– Не ошибся, – ответила на невысказанный вопрос хозяйка апартаментов. – Перед тобой картина-калейдоскоп, подарок моих эльфийских друзей Истамиэнны и Амтэиланна. На неё всё в движении – растут деревья, появляются и исчезают птицы, животные, а иногда и двуногие. Кроме того, она – настоящий телепат: если, к примеру, мы сейчас начнём ругаться, трава и листья станут вянуть и желтеть, будто наступила осень. А если очень сильно поскандалим, то и вовсе зима, правда, без снега – будут стоять голые остовы посреди мёртвой земли. Или вдруг предадимся грусти и унынию – там закатится солнышко и наступит ночь. А когда с эмоциональной атмосферой всё в порядке, на ней летний день и всё расцветает. Очень сложное колдовство, соорудить такое – даже мне пришлось бы изрядно потрудиться. А эльфы создали его играючи.

Вслед за тем Эрика познакомили с рабочим кабинетом. Контраст с гостиной и особенно спальней потрясающий – если там всё дышало негой и аристократизмом XIX столетия, то здесь деловой практицизм века нынешнего. Офисный стол с компьютером, шкаф-купе для деловых бумаг, стойка с глянцевыми журналами и дисками, DAMF-проигрыватель с голопроектором, соединённым с музыкальным синтезатором, а вместо настенных картин – календари, постеры, бахрома из фольги и искусственной шерсти.

– Впечатляет? – она приобняла его за талию. – И не скажешь, будто здесь колдунья обитает, правда? Стараюсь идти в ногу со временем, насколько удаётся. Многие вещи пришлось осваивать самой, а я ведь даже в школе не училась. Вот так-то. Удивляет? Как-нибудь расскажу, почему так вышло. А сейчас спрошу о другом: обедать будешь?

Мыслями Эрик в тот момент витал совсем в другом месте, а потому ляпнул первое пришедшее на ум:

– Не знаю.

– Значит, будешь. Сейчас кликну дворецкого, пусть притащит что-нибудь вкусненькое.

– Мистера Фиртиха?!

– Не пугайся, так я называю голема – разносчика еды. Великим нет нужды таскаться в столовку, достаточно послать заказ – всё принесут на дом. Такая уж у нас привилегия. И я грешным делом пользуюсь ею время от времени.

Воспользовавшись паузой, Эрик подошёл к окну, критическим взором оглядев сверху лениво колышущиеся на ветру кроны деревьев.

– Мы в башне?

– Разумеется. Когда пригласили на преподавание, выбрала ту, где попросторнее. Великим магам обычно на это наплевать, но я ценю маленькие радости жизни. Именно здесь, кстати, располагались апартаменты графини фон Шмирг, владевшей Штарндалем во второй половине XIV века.

– И мебель с тех времён? – не удержался от соблазна вставить шпильку Эрик.

– Хм. Я, конечно, люблю антиквариат, но не до такой степени. На самом деле перенесла её сюда со своей фазенды. Немного хлопотно, зато ощущаешь себя как дома. Казённая обстановка слишком тосклива; куда приятнее, когда вокруг всё родное, привычное.

С лёгким хлопком посреди гостиной материализовался «официант», принёсший заказанное.

– Благодарю. Заноси на кухню! – скомандовала Лайта, и тот, разгрузив поднос, тихо испарился.

– Ну вот, теперь можно и перекусить!

Эрик, не испытывавший в тот момент особого стремления к наполнению желудка, покорно последовал за ней. Однако при виде красиво сервированного стола сразу почувствовал, что и вправду изрядно проголодался.

В отличие от аккуратно прибранной гостиной, здесь ощущался явный налёт рабочего беспорядка. Чувствовалось, что хозяйка проводит здесь немалое количество времени.

– Стряпня – одно из моих хобби, – перехватив взгляд нашего героя, пояснила Великий Мастер. – Если у нас всё сложится ОК, буду угощать тебя кушаньями собственного приготовления. Гарантирую – пальчики оближешь!

– Спасибо. Что касается меня, то очень надеюсь, так скажем, на не последний раз здесь. Но грызёт червь сомнения: дадут ли нам такую возможность? Люди, как известно, злословны, а подчас и злопамятны. И волшебники едва ли составляют исключение.

Лайта, отложив в сторону вилку, усмехнулась:

– Не переживай, дорогой, я ведь тоже не вчера родилась. Прекрасно понимаю, какой «общественный резонанс» вызовет подобное известие. Любовная связь между учителем и учеником, несмотря на либеральность нашей эпохи, и сейчас в лучшем случае не приветствуется, а в худшем – жёстко порицается и карается соответствующе. Как ты метко подметил, колдуны, особенно консервативно настроенная их часть, с превеликим удовольствием вынесут историю на товарищеский суд, хотя, – подмигнув Эрику и вновь принимаясь за трапезу, – сами далеко не ангелы. Правда, тут действует другой принцип – грешить втихую можешь, но принародно Гильдию не позорь! А поскольку для меня, как надеюсь, и для тебя, репутация – не пустой звук, кое-какие меры предосторожности предприняла заранее. Короче, никто из присутствовавших на новогоднем вечере не видел нас вместе, и куда исчезли, тоже никому не известно. Поэтому расслабься и жуй спокойно, пока еда не остыла.

4
{"b":"270004","o":1}