ЛитМир - Электронная Библиотека

Что же касается непосредственно страхов, то современные исследования выявляют очень тесную связь между переживаниями мам и ужасами, преследующими их дочерей. Так, если мама боялась пауков или одиночества, то и дочь, скорее всего, унаследует ее арахнофобию и ни за что не согласится оставаться дома одна.

Боязнь крика. То, что этот страх развит сильнее у девочек, чем у мальчиков, доказывают многочисленные наблюдения. Отчасти это связано с повышенной эмоциональностью младенцев женского пола (боязнь крика выявляют начиная с самого раннего возраста), а отчасти — с привычками в воспитании детей. Согласитесь, на «нежную крошку» голос повышают гораздо реже, чем на «подвижного сорванца». Стоит ли удивляться, что мальчики быстрее адаптируются к повышенному тону и перестают на него реагировать, тогда как девочки начинают кривить губы и выкатывать слезки при первых намеках на угрожающие интонации.

В детсадовском возрасте картина повторяется: каждая вторая девочка (и лишь каждый пятый мальчишка) отчаянно рыдают, стоит на них накричать. Конечно, в этой ситуации нельзя исключать и элемента манипулирования взрослыми: маленькие хитрюги уже в три года прекрасно осознают, что устоять перед женскими слезами может только совершенно жестокосердная личность, и беззастенчиво пользуются своим преимуществом.

Но бывают и более сложные случаи. Одна девушка в беседе с психологом призналась, что и спустя двадцать лет после выхода из детского сада совершенно не переносит крика. Она впадает в ступор даже тогда, когда кричат не на нее. В детстве же она пугалась так, что у нее не оставалось сил даже плакать. Кстати, это безумно раздражало ее педагога — не видя привычной реакции в виде слез, женщина думала, что до ребенка воспитательный момент просто не дошел, и увеличивала «дозу» крика.

О том, что девочка испытывает сильнейшие негативные эмоции, вам должны сказать не мокнущие глазки и потупленный взор, а, наоборот, напряженное, окаменевшее тело ребенка. Причем, если страх угнездился очень глубоко и сочетается со страхом физического наказания, ребенок может выдать и совсем парадоксальную реакцию — он будет улыбаться, глядя вам прямо в глаза. Не принимайте это за проявления чрезмерной наглости — ребенок настолько боится, что мышцы его лица сковывает спазм.

Единственной профилактикой такого рода страха является отказ от крика как метода воспитания. Спору нет, иногда этот метод выглядит для нас привлекательным ввиду своей эффективности: «Гаркнешь погромче — она сразу все игрушки приберет!» Идеальная формула управления ребенком? Нет, идеальный способ разрушить взаимоотношения, а заодно и нервную систему. С точки зрения закрепления положительных навыков гораздо эффективнее запреты и выговоры произносить тихим, но убедительным голосом, заставляющим прислушаться.

Если страх крика с возрастом не проходит, а только укрепляется и вы не можете защитить свою малышку вне дома, научите ее самостоятельно справляться со ступором, который вызывает у нее повышение тона. Для этого достаточно повторять довольно простое упражнение: пусть каждый раз, когда кто-то начинает кричать на девочку или в ее присутствии, она переключает свое внимание с восприятия слуховых впечатлений на что-нибудь другое. Например, можно начать внимательно рассматривать поверхность стены — наверняка она не совсем ровная и пестрит примечательными деталями (трещинами; рисунком на обоях; старым пятном от несчастливого комара и так далее). Можно также понаблюдать за соседской Жучкой, которую видно через окно, — куда это она так спешит, повиливая линялым хвостиком? Главное здесь, не зацикливаться на источнике страха, занять свои мысли чем-нибудь другим. Не бойтесь, что ребенок пропустит что-нибудь важное из нотаций — к крику, как правило, прибегают тогда, когда веских доводов уже не остается.

Кстати, многие дети инстинктивно находят такой выход из положения. Замечали, как девочка, на которую ругаются, мнет краешек платья? Она подсознательно делает то, о чем мы только что говорили, — переключает свое восприятие со слухового на тактильное, осязательное. Можно сказать, делает звук потише! Если вы заметили такое за своим ребенком, воспринимайте сигнал правильно и завязывайте с криком.

Страх «некрасивости». Это одна из разновидностей страха «быть не тем». У девочек он чаще всего сводится именно к неприятию своей внешности — будь это одежда, фигура, волосы или лицо. Проявляться он начинает в старшем дошкольном возрасте, когда девочки уже сравнивают, чья кукла «красивее», чье платье «моднее» и к кому больший интерес проявляют мальчики, а своего пика достигает в пору взросления, когда еще больше «подогревается» происходящими в организме ребенка изменениями.

Большое значение здесь имеет отношение матери к дочке. Если мама имеет привычку, выливая на дочь раздражение и усталость, прикрикивать: «Не вертись, обезьянка!» или «За что мне такое чучело досталось!» —можете быть уверены —данный страх закрепится в девочке надолго.

Впрочем, еще более разрушительное воздействие способна оказать реплика, случайно брошенная отцом. Как уже неоднократно отмечалось, значение отца в жизни девочки необычайно велико. Можно вспомнить случай, когда девочка-подросток практически отказалась от еды (в психиатрии это заболевание называется анорексией) только из- за того, что папа однажды за столом рассеянно обронил: «Ты стала много есть. Не боишься поправиться?»

Довольно часто, как и все устойчивые страхи, этот не имеет под собой реальной основы. Страхом «некрасивости» одинаково страдают и худенькие девочки, и толстушки, и обладательницы пышной шевелюры, и гладких локонов. Хотя, с их точки зрения, недовольство собой у них имеет более чем веские поводы. «Я хочу косы, как у Вики, — плачет семилетняя страдалица, — и глаза голубые, как у Даши!» То, что у нее самой чудные, прыгающие при ходьбе кудряшки и карие глазки-вишенки, ее совсем не устраивает.

В настоящую трагедию страх «некрасивости» у девочек выливается в подростковом возрасте, когда физиологические и гормональные сдвиги приводят к повышению общего фона тревожности и способствуют возникновению более общего страха изменений. К тому же к одиннадцати-тринадцати годам девочке становится совсем не все равно, как на нее реагируют представители противоположного пола. И вот уже из-за одного- единственного взгляда (или из-за его отсутствия) разыгрывается целая трагедия: «Он посмотрел на меня! А у меня прыщи на лбу! И волосы были прилизаны, как у идиотки! Все, нет больше никаких надежд на то, что он мной заинтересуется! Я полная уродина!»

Узнаете картину? Не спешите смеяться. Под этими на первый взгляд наигранными переживаниями кроется глубокая проблема. Кто внушил девочке чувство неуверенности в себе? Кто заставил ее думать, что любить можно только «за что- то», что любовь надо добиваться, а то и выгрызать у жизни? Кто — настоящая причина ее терзаний и проблем? Кто же еще, как не любящие родители.

На самом деле, конечно, очень мало найдется мам и пап, которые могут искренне заявить — нет, мы не любим своего ребенка, нам все равно, что с ним происходит, и мы сознательно причиняем ему боль. Как правило, к негативным последствиям приводят иногда совершенно незаметные невооруженным взглядом перекосы и ошибки в воспитании. Корни их кроются в нашем собственном восприятии мира, которое (а чему тут удивляться?) зиждется на том воспитании, которое дали нам наши родители.

Самый простой пример: если в семье матери было принято строго воспитывать детей, в ход шли всевозможные наказания, а ограничений было больше, чем «позволений», то и женщина, с одной стороны, вырастет тревожной и неуверенной в себе, а с другой — будет точно так же «муштровать» свою дочь. При этом она может быть абсолютно уверена в том, что желает девочке только добра. А что при этом чувствует девочка? Она понимает только, что мама не любит ее, постоянно придирается, раздражается, а значит, «я плохая, я неудачная, некрасивая и никто меня любить не будет!»

Чтобы избежать распространенной ошибки родителей, следует как можно чаще прислушиваться к себе — а не продуцируем ли мы на ребенка свой собственный страх? Если девочка чувствует себя некрасивой, не значит ли это, что и мы в глубине души не можем принять себя такими, как мы есть? А если это так, в чем кроется причина такого отношения к себе?

20
{"b":"270005","o":1}