ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Надсмотрщики отступили и хмуро смотрели на неподвижное тело.

Дирк шагнул вперед и протянул руку к шее великана.

— Ну что, жив? — спросил один из служителей.

Дирк потряс Гара за плечо.

Гигант содрогнулся в агонии, одна нога выпрямилась, другая лежала неестественно подвернутая, руки раскинулись в стороны, глаза бессмысленно уперлись в потолок. Один служитель подошел, наклонился и шлепнул Гара по лицу.

— Ну-ка, отвечай, ты меня слышишь?

Лицо повернулось к служителю, с тем же бессмысленным взглядом.

— Уходит, — глухо пробормотал служитель и обратился к Дирку: — Слушай, парень, он ушел, ты хоть понимаешь, что это значит?

Дирк вспомнил, что он сумасшедший. Он удивленно поднял брови и изобразил улыбку:

— Ай! Это мой брат!

Казалось, грубое лицо надсмотрщика смягчилось.

— Несчастный идиот! Но, посмотри, он еще здесь?

Дирк удивленно глянул на Гара.

— А где же еще он? Брат точно такой, каким был со дня своего рождения. Кроме… — Стоя на коленях, он придвинулся ближе к Гару, осмотрел его с разных сторон и, подавив в себе внезапно нахлынувшую волну печали, с сияющей улыбкой посмотрел на охранников: — Кроме того, что теперь он стал больше ростом.

Надсмотрщик покачал головой и отошел в сторону.

— Ай, парень. Ай-ай, больше… и все. — Он протянул руку к Дирку, будто бы потрепать его по голове, но раздумал и опустил руку.

— Ну, раз он твой брат, то позаботься о нем.

Дирк подумал, что надсмотрщик прав. Гар уходил, или это его разум уходил. Возможно, это кататония. Надо быть специалистом, чтобы определить. Теперь Дирк точно понял, что Гар был телепатом. Он улавливал мысли окружающих его людей. Но мало этого, он слышал также и мысли мертвых, тех, кто жил там, где Гар в этот момент находился. Дирк знал, что есть такая наука — психометрия. В теории сильные эмоции производят отрицательные изменения в электрическом потенциале объекта, и особый вид мышления расшифровывает этот потенциал спустя столетия и слышит далекое эхо этих эмоций и видит людей, испытавших эти чувства.

Хороший психометрист, взяв кусок камня, или чашку, или что-нибудь еще, принадлежавшее объекту, может описать характер владельца предмета и главные события его жизни.

Здесь, в камере, не было ничего, кроме негативных эмоций психически больных людей… Дирк понял, через что прошел Гар, и вздрогнул, прогоняя из себя это ощущение. Гар попал в ад. Возможно, в человеке должна быть какая-то защита против этих волн, которая автоматически отключает сознание от негативных сигналов. Но даже самая крепкая плотина может быть разрушена наводнением. Или переполнена…

И что же случается тогда, когда плотина рухнет и воды заливают все вокруг? Ты стараешься спрятаться так, чтобы тебя не коснулась стихия, и выбрасываешь ключ от убежища, не желая быть найденным.

Разум уходил из сознания Гара, оставляя мозг свободным для игр демонов.

Дирк неистово молился, чтобы скорее наступил рассвет.

Глава 10

Сквозь окна под потолком вяло сочился серый свет раннего утра. Надсмотрщики, потягиваясь, лениво ворчали, что дневная смена запаздывает.

Но вдруг — громкий стук в дверь.

Дирка внезапно пронзила надежда. Так скоро? Разве возможно было за ночь собрать армию? Разве Колокол уже прозвонил?

Служитель подошел к двери, загремела щеколда, и заскрипели петли открываемой двери.

Стали слышны неразборчивые звуки переговоров, затем служитель с обескураженным видом вернулся в караулку. Он что-то пробормотал главному надсмотрщику и протянул ему лист пергамента. Тот взял лист, разложил его на столе и, шевеля губами, стал складывать буквы в слова. Затем пожал плечами и кивнул. Служитель взял большой молоток и стамеску и двинулся к Дирку и Гару.

У Дирка забилось сердце. Впервые в жизни ему так не терпелось выйти на улицу. Подошли еще двое служителей. Тот, который нес инструменты, встал на колени, в два удара разбил стамеской и молотком цепь. Затем он поднял голову и спросил:

— Зачем это они понадобились его светлости?

— Нас это не касается, — прорычал второй служитель. — Давай заканчивай поскорее. — Он обернулся к Дирку: — Парень, вставай!

Дирк встал, не понимая, что же происходит, и тут вспомнил о том, что должен играть.

— Хвала солнцу, луне и звездам! Выкуп заплачен! Король странствует свободно! Хвала скороходам…

— Ну-ну, хватит, — сказал надсмотрщик. — Постой спокойно, будь хорошим. А мы пока освободим твоего братца.

Молоток ударил по стамеске, и цепи Гара упали на пол. Но Гар сидел неподвижно, упершись взглядом в стену.

Дирк опустился на колени.

— Эй, братец! Вставай! Ночь ушла! Солнечное колесо повернулось на день…

Он забросил руку гиганта себе на плечо и, рывком поднявшись на ноги, чуть не свалился назад. Но Тару был необходим только толчок. Он встал на ноги, но не сделал ни шагу.

Дирк обратился к надсмотрщикам.

— Теперь пойдем. Я поведу брата. Ведите нас к лорду Выкупщику, выведите нас из Замка Заточения!

Надсмотрщики обменялись понимающими взглядами и повели их к выходу.

Разбуженные сумасшедшие провожали их криками и стонами. Они мычали и царапали воздух. Дирк почувствовал, что его трясет, он пожалел надсмотрщиков, которым приходится проводить здесь всю жизнь.

Надсмотрщик открыл дверь, и на Дирка хлынул дневной свет. Он прищурился и, когда открыл глаза, то увидел… пажа с пятью солдатами. Паж был одет в ливрею лорда Кора. В этот момент Бедлам показался самым уютным, теплым и безопасным местом на свете.

Присмотревшись внимательнее, Дирк узнал в паже Мейделон. Он глубоко вздохнул и решил, что еще ни одна женщина никогда не доставляла своим видом столько радости.

В солдатах Дирк узнал Хью и пару его друзей из клеток, а двух других он явно видел около костра в лагере.

— Посадите их, ребята, на своих лошадей, — прорычал Хью. — Лорд Кор сгорает от нетерпения.

— Да-да, побыстрее, — сказала Мейделон и обернулась к надсмотрщику: — Благодарю вас, вы — добрые люди, я шепну лорду, расскажу, как хорошо вы принимали его гостей.

Надсмотрщик явно выглядел озадаченным.

— Мы сделали все, что могли сделать, молодой джентльмен.

— Спасибо вам и прощайте.

Надсмотрщики повернулись и захлопнули за собой дверь. Дирк вскочил в седло и облегченно вздохнул.

Все смотрели на Гара, который беспомощно разглядывал коня.

Мейделон нахмурилась.

— Давай забирайся. Оставь свое притворство. Кроме нас на тебя никто не смотрит.

— К сожалению, это не притворство, — сказал Дирк и спешился. Он подошел к Гару, поднял его огромную ступню и вставил в стремя. Затем взял тяжелые руки великана (Дирк не предполагал, что руки человека могут быть такими тяжелыми) и закинул их на луку седла. Огромное тело все еще стояло одной ногой на земле. Дирк вздохнул и сильно толкнул Гара в спину. Рефлекс сработал. Гигантское тело взвилось вверх. Дирк схватил правую ногу Гара, перекинул ее через коня, и наконец Гар был водружен на лошадь.

Дирк увидел изумленные лица Мейделон и Хью.

— Вперед! — крикнул Хью и тронул коня. Все двинулись к лесу.

Дирк обернулся через плечо на мрачное здание Бедлама. Он подумал, что если революция победит, как хорошо будет поселить лорда Кора в этом славном домике.

Когда всадники вошли в лес, появился отец Флетчер на муле.

— Отец, как вам удалось так быстро устроить наше спасение?

— Это не только моя заслуга, — смущенно улыбнулся священник, — все придумала Мейделон.

— А где же вы взяли ливреи?

Хью ухмыльнулся.

— Кажется, несколько людей лорда Кора заблудились в лесу прошлой ночью. Пришлось пожалеть бедняжек и дать им ночлег.

— Под корнями? — предположил Дирк.

Хью пожал плечами.

— Да, вроде бы. Впрочем, я ничего не знаю в подробностях. Знаю лишь, что нашим девушкам надо было поработать иголками, чтобы приодеть «парнишку». — Он кивнул на Мейделон. Она, казалось, не слышала этого разговора. — А дальше все было просто. И письмо написать, и поставить печать лорда Кора — не составило труда. Все остальное ты знаешь сам.

74
{"b":"270040","o":1}