ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Из полумрака беззвучно выплыла фигура. Заметив её, Рейс вздрогнул.

— Ангис! Что ты здесь делаешь?

— Мимо проходил, — бесстрастно ответил тот, — господин запретил тебе её трогать? Ты его боишься или ему подчиняешься?

— Я никого не боюсь, — Родгар слегка побледнел, — и никому не подчиняюсь… Ну почти никого… и никому…

— Тогда почему ты не закончил начатое?

— Я сделал много глупостей и дурных поступков, — из его груди вырвался тяжкий вздох, — но я ещё не настолько глубоко пал, чтобы резать девушек по тёмным углам. Я знаю, что должен убить её, пока она не стала достаточно опасной, но у меня всё-таки есть честь и совесть. Да, вот такой я принципиальный и щепетильный дурак!

Он зло посмотрел на Ангиса.

Тот ответил ему все тем же холодным рептильим взглядом.

— Может быть твои принципы и окажут тебе услугу, — бесстрастно произнёс он, — кто знает… Жрецы говорят, что честность вознаграждается.

Родгар скривился. Потом поднял внимательный взгляд на Ангиса.

— А почему ты меня не остановил? Ты же знаешь, как Румпль ею дорожит?

— Господин запретил мне её убивать, — ответил тот, — но он ничего не сказал о том, что я должен помешать сделать это кому-то ещё.

— Ты страшный человек, Ангис. Если вообще человек…

— Я человек, ваша милость, но я исполнительный человек. Я лишь исполняю приказы. И исполняю их в точности.

— Но ты же её тоже боишься? Ведь так?

— Я уже давно ничего не боюсь. Во мне не осталось этого чувства… И других тоже. Но я не хочу, чтобы она встала не на ту сторону, на которой буду я.

— Вот и я не хочу… — Родгар повесил голову, — но боюсь, что Румпль не удержит её в своих руках. Он захотел слишком много и сразу. Ему надо было просто бежать на восток, за море… Это ведь было так просто.

— Господин любит власть, а за морем слишком много тех, соперничать с кем ему не хватит сил. Он предпочел захватить власть здесь, чем делить её там.

Родгар горько рассмеялся.

— Боясь волков он решил спрятаться в логове льва… Страшась других колдунов он вздумал соперничать с самой Империей. Но она сотрет его в порошок… Вместе с нами.

— Значит, такова судьба, — бесстрастно пожал плечами Ангис.

Родгар вздрогнул.

— Ты вообще чего-нибудь чувствуешь? — пробормотал он.

Ангис промолчал, глядя на него своими бесстрастными глазами.

— Ладно, — молодой человек поднялся со скамеечки, — не надо быть прорицателем, чтобы понять, что в ближайшее время у нас будет много дел. Пойдём наверх, Румпль уже наверняка нас разыскивает.

У самой двери в комнату Мольфи наткнулась на Фриксу. Та шла навстречу, буквально сгибаясь под тяжестью стопки книг.

— Учитель приказал отнести их в библиотеку, — пропыхтела Фрикса.

— Я отнесу, а ты передай им воду, — Мольфи протянула ей кувшин.

Книги оказались тяжелыми. В сумраке, царившем на лестнице, она не могла разглядеть заглавий, но догадывалась, какие тома Румпль посчитал нужным убрать подальше с глаз неожиданной гостьи.

Добравшись до библиотеки, Мольфи гулко уронила книги на столик, под которым в своё время пряталась от таинственных собеседников, обсуждавших покушение на Бетицию. Перевела дух, осмотрелась по сторонам, убедившись, что в комнате никого нет, и погрузилась в изучение рассыпавшихся по столу томов.

Уртиция всё ещё выглядела растерянной, сидя на кровати и разглядывая свою сестру.

— Все были уверены, что ты погибла… Все до одного… Но постой, — она задумчиво нахмурилась, — а чьё же тело тогда лежит в склепе?

— Это труп какой-то несчастной, которую одели в моё разорванное платье…

Стоявший у двери Румпль едва слышно скрипнул зубами.

Уртиция грустно усмехнулась.

— Её похоронили как члена нашей семьи… — она ещё раз посмотрела на сестру, — но ты так бледна? И страшно осунулась. Что с тобой?

— Ничего страшного, — не слишком убедительно улыбнулась Бетиция, — немного простыла по дороге.

— Немного? — брови Уртиции приподнялись, — ты это называешь немного? У тебя явно жар, и я слышала, как ты задыхалась и кашляла, пока мы поднимались. С тобой точно всё в порядке? Дай сюда руку, я хочу проверить пульс.

— Пульс? Урти, ты решила стать лекарем?

— Я?! С чего ты взяла… Ничего я не решила. Просто… просто я должна быть уверена, что ты хорошо себя чувствуешь.

Бетиция настороженно вгляделась в сестру.

— Значит, это правда?

— Что, правда? — Уртиция моргнула.

— Чему ты училась всё это время?

— Ну… всему. Понемножку. История, география, и всё такое. А отчего ты спрашиваешь?

— И этому? — Бетиция взяла лежавший на подушке листок с пометками, — тёмной магии?

Уртиция смутилась.

— Я… я… Я хотела за тебя отомстить.

— Кому?

— Не знаю… Но я бы нашла. Я бы их нашла. Обязательно!

Бетиция швырнула листок на пол.

— Уртиция! Как ты могла? Как ты позволила? Ты же умная девочка… Как ты допустила, чтобы они это с тобой сделали?

Уртиция виновато повесила голову и шмыгнула носом.

— Я хотела как лучше.

— Я верю, — Бетиция взяла её за руки, — но ты же понимаешь, чем это должно было кончится? Не можешь не понимать.

— Пусть. Я хотела за тебя отомстить, — в её голосе снова зазвучал прежний лёд.

Бетиция покачала головой.

— Дело зашло слишком далеко. Но ещё есть шанс всё исправить. Твой учитель и все его люди должны немедленно покинуть замок! И он, и твой жених, и эта твоя горничная и все солдаты!

— Что?! — Уртиция непонимающе посмотрела на сестру, — почему?

— Ты что, не понимаешь? Это они втянули тебя во всё это. И это нужно прекратить. Срочно!

— Я требую объяснений, — вмешался Румпль, — я понимаю, что испытанное вами потрясение было крайне сильным, но это ещё не повод очернять моё честное имя.

— Никаких объяснений, — в глазах Бетиции вспыхнул гнев, — собирайте вещи, и чтобы ноги вашей не было в моём замке. Сейчас же!

— При всём уважении к вам, это не ваш замок. Это замок вашей сестры и только она может здесь приказывать.

Он низко, даже слишком низко, поклонился.

— Урти. Прикажи ему, — она повернулась к сестре, — если он так хочет, пусть услышит это от тебя…

Графиня сидела на кровати растерянно глядя то на сестру, то на Румпля.

— Я должна подумать Бети… Это всё так неожиданно. Не спеши. Я должна подумать…

Румпль снова поклонился, скрывая довольную усмешку.

Мольфи лихорадочно перелистывала страницы. Многое было непонятно или неинтересно, но отдельные вещи её потрясали. С трудом продираясь сквозь завитушки старомодного почерка, она чувствовала, как на пожелтевших листах перед ней разворачивается неведомая картина огромного и непознанного ещё ею мира. Это занятие настолько её увлекло, что она и не заметила, как в библиотеку вошла Бетиция.

— Интересные книги, вы читаете, — ехидно произнесла та, подойдя и заглянув Мольфи через плечо, — никогда бы не предположила у простой горничной подобных интересов…

Мольфи вздрогнула и захлопнула книгу.

— Не утруждайся, я видела, что там…

— Это книги её сиятельства, — пролепетала растерянная девушка.

— Или книги, которые ты подсунула её сиятельству? — Бетиция закипала, — как ты вообще осмелилась притащить эту мерзость в мой замок?

— Я… я не… это не я принесла, я только…

— Она еще отпирается, — Бетиция уперлась руками в бока и грозно посмотрела на растерявшуюся горничную, — я уже тебе сказала, не смей даже подходить к моей сестре, ты и так уже слишком далеко её завела, чернокнижница!

Веснушчатое лицо Мольфи вспыхнуло.

— Вы не смеете меня так называть!

— Вот как ты заговорила! Да я своими руками… — голос Бетиции сорвался, и она задохнулась в приступе кашля.

В библиотеку зашел кастелян Ларс.

Бетиция, по прежнему кашляя, замахала ему рукой. Переведя дыхание, она протерла губы платком. Мольфи заметила оставшееся на льняной ткани неприятное мутно-зелёное с буро-красными прожилками пятно слизи.

47
{"b":"270066","o":1}