ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Достаю кастрюлю и начинаю кипятить воду для мак энд чиз. Напеваю себе под нос, пытаясь тем самым приглушить разговор Мэдди, доносящийся из соседней комнаты. Жаль, что у меня нет с собой Ipod, он в спальне, а это целых двадцать шагов. Боюсь, что если я соберусь силами и пойду за ним, то роскошная, манящая кровать все-таки соблазнит меня. А мне надо обязательно поесть. Последний раз я делала это несколько штатов назад, в Небраске, по-моему.

Как только я помешала макароны и начала разрывать пакетик с сыром, Мэдди прекратила телефонный разговор и забрела в кухню.

— Ты голодна, Мэдди? — спрашиваю я.

Она пожимает плечами. — Думаю, да.

Мы молча едим, ну если не считать ее жалоб на количество жира в мак энд чиз и как они ужасны на вкус. Хотя я обратила внимание на то, что она все съела и практически вылизала свою тарелку. По мне, так они были восхитительны, очень сложно испортить это блюдо.

Я ждала до окончания нашей трапезы, что она как гостеприимная хозяйка начнет беседу, но в итоге поняла, что инициатором буду я.

— Мэдди, как давно ты здесь живешь? Квартира просто отличная.

— Чуть больше года. Да, она нормальная.

Чувствуется, что ей скучно, поддерживать разговор — слишком тяжелая работа для нее.

— Нормальная? Боже, да она великолепная. Многоэтажный дом на окраине города, модный район, много ресторанов и магазинов. В здании есть подземная парковка и охрана, гимнастический зал и бассейн. Ты должна быть счастлива, Мэдди.

Она пожимает плечами.

— На первое время сойдет. Я подыскиваю квартиру в другом месте. Хочу район получше, чтобы было больше удобств и квадратных метров побольше. Но я только что подписала договор аренды на шесть месяцев, так что, думаю, что мне придется пока остаться здесь.

Она недовольно надувает губы.

Я киваю. Сойдет на первое время? Господи, я стараюсь не судить, но, чем дольше нахожусь рядом с ней, тем больше мне не по себе. Понимаете, людям свойственно чем-то заполнять внутреннюю пустоту, список этих так называемых наполнителей может быть длинным, хорошим или плохим. У меня такое чувство, что для Мэдди — это, прежде всего деньги, одежда, материальные блага. Она все в поисках чего-то лучшего, когда может просто наслаждаться тем, что уже имеет. Грустно. Как в детской сказке о пауке и мухе. Жадность, деньги, накопительство — это паук, а Мэдди — муха. Направляю разговор в другое русло.

— Как твоя работа? Ты ведь юрист? — Пытаюсь откопать в измученной голове воспоминания о ней. Все-таки прошло два года с момента ее единственного визита к нам.

— Да. В Розенштейн и Барклай. В пригороде Миннеаполиса.

— Замечательно, — полагаю, я сама должна поддерживать разговор. — Ты, наверное, очень занята, но все-таки у тебя есть хобби? Что тебе нравится делать в свободное время?

В этот момент в ней как будто загорается лампочка, такое ощущение, что я затронула тему, которая ей действительно интересна.

— Мне нравится ходить по магазинам, делать маникюр, укладывать волосы, еще я хожу в солярий несколько раз в неделю. — Она быстро озвучивает свой список и осматривает меня с ног до головы. Совершенно очевидно, что, по ее мнению, у нас нет ничего общего, так как на голове у меня непонятный узел, ногти обкусаны, а штаны и футболка с надписью Manchester Orchestra застираны до дыр. Я загорелая, но не благодаря солярию, а свежему воздуху, и ей это известно.

— И да, мне приходится тренироваться каждое утро, — выражение, с которым она произносит слово «приходится» немного настораживает.

— Ты тренируешься в гимнастическом зале в холле? Я обратила на него внимание по дороге сюда. Возможно, завтра я тоже загляну туда побегать на дорожке.

Она так вскрикнула, как будто я предложила ей откусить бутерброд с дерьмом.

— Боже, что ты. Это отвратительное место. Я занимаюсь в частном зале недалеко от офиса: Миннеаполис Клаб.

Ну, конечно же, хотелось мне сказать, но я только киваю головой, пока она не успокоилась.

— Отлично, Мэдди, — отодвигаю стул и убираю со стола свою тарелку. — Думаю, мне пора в кровать. Спасибо за мак энд чиз. Завтра я схожу в магазин, а то сегодня слишком измотана.

— Ты могла бы купить мне обезжиренный ежевичный йогурт? — спрашивает она. Я складываю тарелки и кастрюлю в посудомоечную машину. Настоящую посудомоечную машину!

Я в таком восторге от нее, что практически не слышу, что говорит Мэдди. Меня разрывает на части от желания встать на колени и поцеловать ее.

— Да, конечно. А у тебя есть кофейник? Мой не пережил переезд сюда, а я не могу жить без кофе.

Слышу ее "Гм!" из соседней комнаты и у меня такое впечатление, что я каким-то образом оскорбила ее. Когда я прохожу мимо Мэдди по пути в спальню, в которой планирую спать как убитая как минимум семнадцать-восемнадцать часов, она качает головой и смотрит на меня так, как будто у меня появился третий глаз.

— Зачем мне кофейник? В соседнем доме Старбакс.

— Ой, конечно, ты права, — киваю головой и мысленно делаю пометку купить кофейник завтра, когда буду делать покупки. — Спокойной ночи, Мэдди.

— Спокойной ночи? Ты же не собираешься еще спать? Только пять часов вечера, — она уперла руки в бока. — Я думала, что мы пойдем куда-нибудь выпить.

— Как-нибудь в другой раз, дорогая. Можно сходить завтра вечером. Я должна была пожелать себе "сладких снов" еще прошлой ночью, но влила в себя столько кофеина, что не смогла заснуть. Поэтому прямо сейчас собираюсь насладиться крепким сном и за вчера, и за сегодня. Увидимся завтра.

Вторник, 23 августа

Кейт 

Я проснулась в 10.37 утра в чертовски хорошем настроении. В последнее время я могу позволить себе роскошь поспать подольше, что было чуждо мне практически всю жизнь.

Мэдди должна быть на работе, поэтому я вытаскиваю свой ноутбук и пытаюсь найти адрес близлежащего продуктового магазина. Есть один совсем недалеко, я могу дойти до него пешком. Спускаюсь на лифте в гимнастический зал и тридцать минут бегаю на дорожке, потом иду в душ, беру кошелек и телефон и направляюсь за покупками. На выходе из здания обнаруживаю, что вывеска Старбакс тянет меня к себе, как бабочку на огонь. Я не особо люблю все эти модные кофейни. Мне нравятся маленькие, семейные заведения. Тем не менее, я уже в дверях. Заказываю большую кружку черного кофе. Знаю, это раздражает их. Предполагается, что я должна использовать какое-то претенциозное название. Но я вечность не была в подобных местах и отчаянно хочу кофе. У меня нет времени изучать их гигантское меню, чтобы сделать такой заказ, который понравится им.

Мне задают стандартный набор вопросов:

— Молоко, соевое молоко или сливки, не содержащие молока?

— Нет, спасибо.

— Аромат?

— Нет, спасибо. Просто черный кофе.

В ожидании, перекатываюсь с пяток на носок. Когда мне, наконец, подают кофе, так и хочется сказать «ну, давай, иди к мамочке», но вместо этого говорю:

— Огромное спасибо, — особо выделяя слово «огромное».

Наконец, добираюсь до магазина и закупаюсь необходимыми продуктами. По счастью, у них оказался маленький кофейник на две чашки, который достался мне со скидкой за пятнадцать долларов. По дороге обратно держу мешок с продуктами в одной руке, а в другой крепко сжимаю кофейник с таким видом, как будто это Святой Грааль.

Вернувшись домой к Мэдди, решаю немного прибраться. Полагаю, она много работает и ей некогда, потому что в квартире чертовски грязно. Я, конечно, тоже не Мисс Чистюля, но думаю, это меньшее, что я могу для нее сделать. Прошлась пылесосом и привела в порядок кухню и ванные. Закончила около пяти, как раз, когда Мэдди вернулась с работы.

В пять пятнадцать она заявила, что умирает с голоду, так как у нее с утра не было ни крошки во рту и что я просто обязана попробовать суши в баре, находящимся вниз по улице. Я не фанат суши. Знаю, это святотатство в некоторых кругах, к тому же, я вегетарианка. Этот факт существенно снижает разнообразие выбора, а если принять во внимание и мою нелюбовь к рису, то становится понятно, что делать мне там нечего. Но, естественно, я не хочу выглядеть неблагодарной, все-таки я — гость, поэтому говорю ей:

2
{"b":"270077","o":1}