ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Когда Келлер садится в машину, замечаю, что на нем очки в черной оправе. Он объясняет, что носит их вечером, когда вынимает линзы. От этого его голубые глаза кажутся еще ярче, а уж в обрамлении очков... от них невозможно оторвать взгляд. Меня уже очень, очень, очень давно ни к кому так не тянуло. Келлер просто убивает меня.

— Хорошая машина, Кейти. Турбовая. Могу поспорить, что и быстрая.

Кажется, он впечатлен.

— Мы хорошо ладим. Только это имеет значение, — шучу я.

Келлер пристегивается, а на его лице появляется хмурый взгляд, свидетельствующий о том, что мои слова звучат явно неубедительно для него. — Шел сказала мне, и тут я цитирую «Кейт Седжвик, черт возьми, самый ужасный водитель на земле» — Так что, мне нужно бояться?

— Все будет хорошо. Верь в меня. — Подмигиваю ему. — К тому же, у меня большие планы на ближайшие месяцы, так что смерть не в моих планах.

Мы выезжаем на трассу, и я начинаю ехать с привычной для себя скоростью. Кажется, мое вождение не особо беспокоит его. И он не притворяется, иначе бы я сразу это поняла. Когда Келлер нервничает, то кусает ногти. Я знаю это, потому что сама так делаю.

— И давно у тебя эта машина? Она тебе нравится? — Ему действительно это интересно.

— Она у меня всего несколько месяцев, и я ее обожаю. Раньше у меня был минивэн.

Келлер начинает хохотать.

— Минивэн?

Я улыбаюсь и угрожающе хмурюсь.

— Эй, приятель, что ты имеешь против минивэна? Я любила свою Старенькую Блю. Она была моей первой машиной. Мы с ней не расставались. Она была вроде как средством первой необходимости. Но это долгая история.

Келлер, защищаясь, поднимает руки.

— Хорошо, хорошо.

—Когда я приняла приглашение в Грант этим летом, мой друг сказал, что Старенькая Блю навряд ли сможет ездить по снегу, потому что у нее передний привод. Ну, ты понимаешь. Поэтому я продала ее и купила машину его тети. Она полноприводная, так что все должно быть в порядке, если выпадет снег, ведь так?

Келлер качает головой.

— И когда это ты успела размякнуть, Кейти. Я думал, ты сильная, независимая женщина. А ты боишься снега.

Широко открываю.

— Дружище, я не размякла. Я из Южной Калифорнии. Я выросла в неволе и никогда вживую его не видела.

Он смеется и гладит меня по руке, приободряя.

— Ну, зимы не так уж и страшны. Когда выпадет много снега, я научу тебя ездить. Это несложно.

Разговор прекращается и Келлер лезет в сумку, чтобы достать учебник по праву, толще, чем Библия. Весь оставшийся путь он сосредоточенно его изучает, оторвавшись лишь один раз, чтобы спросить, чем я любуюсь в зеркало заднего вида.

— Закатом, — отвечаю я.

Он оглядывается, чтобы посмотреть. Свет уходящего солнца отражается в стеклах его очков.

Это того стоит. Снизу горизонт оранжевый, а сверху розовый, как будто небо покраснело в потугах вытолкнуть солнце.

Когда, наконец, темнеет, Келлер возвращается к своей книге, а я полностью сосредотачиваюсь на дороге. Я не сказала ему, но я рада, что он разделил его со мной.

Благодаря отсутствию машин на трассе и превышению скоростного режима, мы въезжаем в Милуоки в семь сорок пять.

Выступление было великолепным. Оказалось, что я знаю многие их песни, просто была не в курсе, что это одна и та же группа. Фронтмен невероятно энергичен. Он весь вечер бегал с одного конца сцены в другой и пару раз падал в толпу. Это напомнило мне о Гасе. Гас феноменальный фронтмен.

Мы с Келлером не пили, но это не помешало нам прыгать и подпевать каждой песне. Толпа заразилась настроением группы, поэтому атмосфера была кипучая. Нам пришлось постоянно держаться за руки, чтобы постоянно движущаяся толпа не разделила нас. К финальной песне нас просто смело, и мы оказались прямо перед сценой. Певец взял гитару и выложился по полной. В конце песни, он нагнулся, подмигнул и вручил мне свой медиатор. МНЕ!

Когда мы вышли на улицу, я отдала его Келлеру.

— И посмей только сказать, что я никогда ничего тебе не дарила. — У меня стоит такой гул в ушах, что голос звучит как-то очень отдаленно. В конце концов, это его любимая группа. К тому же, он играет на гитаре, в отличие от меня.

Сев в машину, Келлер так и продолжает смотреть на медиатор. О, мои бедные уши. Интересно, смогу ли я хоть что-то слышать сквозь этот гул.

Келлер смотрит на меня блестящими глазами, а на его губах сияет огромная улыбка.

— Спасибо, Кейти. За то, что поехала. За то, что заставила меня поехать. Это лучшее шоу, на котором я побывал. Я так не веселился, — он делает паузу и пожимает плечами, — никогда. — Я подозревала, что Келлер не часто расслабляется. Полагаю, что была права.

— Отличное шоу. Теперь я тоже фанатка «Reign to Envy». Спасибо, приятель.

Выезжаю с парковки и смотрю на часы на приборной доске. Двенадцать тринадцать утра.

— Я бы сам никогда не пошел на такую авантюру. Я восхищаюсь твоей непосредственностью, Кейти. Я так не могу.

Толкаю его локтем.

— Мне жаль это говорить, но ты только что это сделал. Если бы я не была импульсивной, то пропустила бы лучшие моменты своей жизни. Честно сказать, я стараюсь не сильно зацикливаться на будущем. Я фанат настоящего.

— А я всегда смотрю в будущее, — неожиданно серьезно говорит он. — Не могу позволить себе иного. Будущее — все, что у меня есть.

—Иногда оно слишком переоценено. — Или пугает.

— Не для меня.

— Я не говорю, что не нужно добиваться целей и стараться сделать мечты былью. Просто не стоит жертвовать настоящим ради неизвестного будущего. Люди пренебрегают счастливыми моментами в жизни, откладывают их на потом, на будущее, которого у них может никогда и не быть. Так что не упусти сегодня ради завтра, за которое нельзя поручиться.

К этому времени мы уже вырулили на трассу и направляемся домой. Несколько минут мы наслаждаемся тишиной. Голова Келлера покоится на подголовнике сиденья, а сам он пристально смотрит на меня сквозь опущенные веки. Я это чувствую.

— Откуда ты?

Пожимаю плечами.

— Сан-Диего.

Он качает головой, потому что это не тот вопрос, на который я должна была дать ответ. Он был риторическим. И я это понимаю.

— Ты скучаешь?

Задумываюсь на секунду.

— Не особо. Только по своему лучшему другу, Гасу, но он сейчас путешествует, так что его все равно там нет. Еще иногда я скучаю по пляжу. Серфингу.

— Ты катаешься на серфе?

— Конечно. — И почему это так удивляет людей?

— Да ты крепкий орешек, мисс Калифорния.

Закатываю глаза.

— Как скажешь, приятель.

— Так Гас твой парень?

— Не, мы дружим с детства.

— Ты всю свою жизнь дружишь с парнем? — Как будто такого никогда не бывает.

— Конечно. Что в этом странного?

Он хитро улыбается.

— Не пойми меня неправильно, но если бы у меня была лучшая подруга, как ты, мне бы пришлось очень постараться, чтобы сохранить дружеские отношения. Он гей?

При мысли об этом мне становится смешно.

— Я была бы только рада, но нет, он определенно не гей.

— И он никогда не подкатывал к тебе?

Улыбаюсь, раздумывая стоит ли отвечать на этот вопрос.

Он вытягивает ноги, а потом кладет одну из них на колено.

—Подкатывал. Вижу по твоим глазам.

Мы с Келлером друзья и сейчас, после совместного путешествия, я чувствую некую близость с ним, поэтому решаю открыться. Мне нечего скрывать или стыдиться.

— Я не знаю, кто начал первым. Но в последнюю ночь в Сан-Диего мы...— Пытаюсь подобрать слова, которые не звучали бы слишком пошло, — мы зашли немного слишком далеко.

Незамедлительно следует вопрос.

— Сейчас вы не вместе? Ты не считаешь его своим парнем?

Качаю головой.

— Нет.

Он приподнимается в кресле, чтобы лучше видеть меня.

—Хорошо, ты говоришь мне, что у тебя был секс с лучшим другом в последнюю ночь перед отъездом из Сан-Диего в Грант?

Съеживаюсь, представляя, что Келлер, должно быть, думает обо мне.

36
{"b":"270077","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Что скрывает кандидат?
Я – эфор
Загадка спичечного коробка
Россия: страна негасимого света
Ректор для Золушки
Наваждение
Сесилия Гатэ и тайна саламандры
Волчьи игры
Патч. Канун