ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Так, по крайней мере, говорят. И я начинаю думать, что это мудрые слова. После ужина, я сообщаю всем шокирующую новость. Келлер просил, чтобы я рассказала им еще несколько недель назад, но я не хотела, чтобы они переживали, особенно накануне экзаменов. Я пытаюсь казаться оптимистичной, но наблюдать за тем, как кто-то из присутствующих уходит в себя, а кто-то готов крушить все на свете, мне удается с трудом. Видеть как люди, которые тебе не безразличны страдают из-за… тебя? Это больно.

Шелли вздрагивает несколько раз, а потом ее начинает трясти так, как будто она пытается отвергнуть полученную информацию. Закусив нижнюю губу, и качая головой из стороны в стороны, она старается не расплакаться. Как только Дункан перемещает ее к себе на колени, Шелли начинает громко рыдать у него на плече.

У Пита такие большие глаза, что я даже вижу белок вокруг его зрачков. Он смотрит на меня молча и не мигая, по крайней мере, десять минут.

А Клейтон? Как только я произношу слово «рак», на его восхитительном личике мгновенно появляется выражение боли, а по щекам начинают течь слезы.

– Это не может произойти с тобой, Кэтрин. Просто не может.

Когда все немного отходят от шока, мы обнимаемся. Мне это чрезвычайно помогло. Надеюсь, что и им тоже.

Я рада, что все закончилось, и мы снова можем просто продолжать дружить.

Воскресенье, 18 декабря

Келлер

Рано утром я, Дунк, Шел и Клейтон приезжаем на студию. Кейти осталась вчера ночевать у Гаса в отеле, в люксе вместе с группой. Я всю ночь не спал. Не мог.

Каждый раз, закрывая глаза и не ощущая ее рядом с собой, я начинал паниковать. У меня было такое чувство, что она уже покинула меня.

Я устал. Кейти тоже выглядит изнуренной, но она теперь постоянно так выглядит. Тем не менее, ее усталые глаза светятся от счастья. Как и практически всегда. Не имею понятия, как у нее это получается. Она веселится и подшучивает над группой. В принципе, они все классные ребята, и так непринужденно ведут себя друг с другом. Они, включая и Кейти, — профессионалы, но одновременно и работают, и развлекаются. За последние два дня я столько раз слышал, как они смеются, сколько большинство людей, скорее всего, не услышат за всю жизнь. И парни обожают Кейти.

Особенно Франко, которой постоянно безжалостно подшучивает над ней. Но она отлично отбивает его насмешки. В этом вся моя Кейти. Она такая темпераментная.

С огромной чашкой кофе в руке заходит Том и приветственно кивает группе. Он отнюдь не ранняя пташка, поэтому все тоже просто кивают в ответ, избегая слов. Кейти с группой называют его МДИЖ. Не знаю, почему. Нужно будет спросить у нее. Том садится на стул рядом со звукооператором за микшерным пультом и прочищает горло.

— Вам всем нужно очень хорошо потрудиться сегодня. Я не для того проделал весь этот путь в Миннеаполис, чтобы вы меня разочаровали. Вчера вы были невероятны, но сегодня, — он смотрит прямо на Гаса, — вы должны постараться и сделать лучше, чем вчера. У нас осталось совсем немного времени. — Тому нравится Гас, он просто настраивает их. Если они собираются закончить сегодня, то запись должна быть идеальной.

— Понятно, — откашлявшись говорит Гас. Супер-пупер рок—-звезда нервничает.

Том резко кивает головой, но потом выражение его лица слегка смягчается.

— Тогда тащите свои задницы сюда и давайте работать.

— Я хочу, чтобы Опти находилась в другой кабинке. Мне нужно, чтобы вы записывали нас одновременно. Слишком много аккордов. Я не смогу спеть идеально, если не буду слышать ее. — Кейти исполняет роль бэк-вокалиста и подпевает практически в каждой строчке куплета, а припев они выводят вместе.

— Но мы же решили, что все будут записываться по отдельности, а потом мы просто наложим полученное во время микширования.

Гас пожимает плечами, но я вижу, как он слегка хмурится и облизывает нижнюю губу. Того добродушно-веселого парня, которого я видел последние два дня больше нет. Гас выглядит так, как будто вот-вот сойдет с ума, и я думаю, что это не имеет ничего общего с записью. Дело в Кейти, все стало слишком реальным для него.

– Она нужна мне, — тихо говорит он.

Том вздыхает, но выражение его лица смягчается. Он в курсе обстоятельств, которые собрали нас в эти выходные и не собирается с ним спорить. Он даст ему все, чтобы помочь Гасу пройти через это.

– Хорошо. — Не думаю, что хоть кто-то сможет отказать этому парню прямо сейчас. Даже я.

После коротких переговоров Тома со звукооператором, микрофон устанавливают в кабинке, стоящей напротив Гаса.

Все молчат. Это немного непривычно, потому что за практически 48 часов, которые мы здесь находимся, не было ни секунды тишины. Шел сидит на коленях у Дунка в большом кресле в углу. Клейтон, Джейми и Робби — на диване позади микшерного пульта. Франко и я стоим в стороне и через стекло смотрим за происходящим в звукозаписывающих кабинках.

Кейти и Гас находятся прямо перед нами. В ожидании, они о чем-то тихо беседуют. Кейти выглядит расслабленной и счастливой, как будто делала это миллион раз. Она пытается расслабить и Гаса. Парень выглядит таким напряженным. Я даже не могу представить себе, что происходит в его голове. Я слышал слова. Они репетировали несколько раз в пятницу вечером. Песня — сплошные эмоции. Она о боли и агонии, попытках справиться и взять себя в руки, но все оказывается тщетно…и финалом становится…отказ от борьбы. Я знаю, Гас писал ее о себе, но это с легкостью могла бы быть и песня Кейти. Как ни крути, она очень грустная. Не зная истории, ее можно интерпретировать по-разному: смерть, разрыв отношений, какая-нибудь потеря. В словах — смесь чистой ярости и отчаяния. Это очень поэтичное, глубокое и невероятно личное трехминутное буйство. Будет очень сложно пройти через это, но Кейти справится. Ей как будто подарили шанс рассказать свою историю. В ее глазах, она совсем не грустная. Даже если в песне и говорится, что она сдается, в ее эксцентричном и оптимистичном мозге, в данном случае, это нормально. Смерть – это нормально.

— Вы двое, мы готовы, — говорит Том в микрофон.

Гас и Кейти смотрят друг на друга. Кейти что-то говорит ему и вытягивает свой крошечный кулачок. Гас улыбается и отбивает его.

Все присутствующие, кажется, задерживают дыхание. Джейми и Робби встают, как будто не могут больше сидеть и становятся позади меня. Франко перекатывается с пятки на носок и тихо разговаривает сам с собой.

— Давай Гас, ты сможешь.

Кейти и Гас одевают наушники и занимают места за своими микрофонами. Кейти выглядит расслабленной, но ее взгляд изменился. Она готова. Гас с закрытыми глазами наклоняет голову из стороны в сторону, пытаясь снять напряжение.

Звукооператор сдвигает несколько переключателей, и теперь мы можешь слышать, как они дышат в микрофоны. Тон нажимает на кнопку и говорит:

— Вы готовы, ребятки? — Кейти делает глубокий вдох и кивает. Гас молчит.

— Густов, ты готов? — еще раз спрашивает Том.

Наконец он вздыхает и сцепляет руки за шеей так, что напрягаются мышцы на бицепсах. Его глаза крепко сжаты.

— Мне нужна чертова сигарета. — Не знаю, с кем он разговаривает — с собой или Томом.

— Это будет длинный день, — бурчит Том перед тем, как снова нажать на кнопку, чтобы поговорить с Гасом. — Тебе нужна еще минутка?

Кейти снимает наушники и идет в кабинку Гаса. Мы слышим, как они разговаривают.

— Гас, приятель, ты в порядке?

Он чуть-чуть расслабляется.

— Ты думаешь это хорошая идея?

— А ты думаешь, что я стояла бы тут, если бы так не думала? — шутит она.

Гас кивает.

— Ради меня? Да.

Кейти склоняет голову, соглашаясь с ним, и вздыхает, но потом на ее лице появляется усмешка.

— Да, ты возможно прав. Но не волнуйся, все будет просто великолепно. А теперь, Густов, надевай на себя штанишки большого мальчика, и давай уже, черт возьми, сделаем это.

73
{"b":"270077","o":1}