ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Всё, Ригорн попрощался и свалил, а мы снова улеглись загорать. Последний день остался. Хотя, по-моему, загореть ещё больше у нас теперь не получится. Мы же целый месяц загорали часов по восемь в сутки. И у меня и у Ронки всё тело покрылось ровным коричневым загаром. Нам сейчас даже и местное тропическое солнце нипочём. Уже не сгорим. Хотя соломенные шляпы мы, всё же, надеваем.

Так, у меня книжка по Метаморфизму закончилась. Интересно, в целом. Думаю, низшие заклинания Метаморфизма я осилю. Нужно будет попробовать на досуге. Например, я, возможно, смогу вырастить себе уши, как у эльфов. А может, и не смогу. Тренироваться надо. А теперь, давай-ка второй том почитаю, а этот обратно в сундук.

Открыл портал в сундук… чего за нафиг? А где книги и всё остальное? Какая-то глина, вода, камни. Сую руку внутрь поковырять. Ну-ка… ААА!!!

Ёпт!! Ыыы. Смотрю на свою руку. Это уже не рука, а кожаный мешок с дроблёными костями, которые во многих местах прорвали кожу. Большое Исцеление! Не помогает. Хоть и стало немного меньше болеть. Ещё раз! Большое Исцеление! Не помогает. Ронка, проси помощи. Срочно Агильери сюда!

Ронка убегает, даже не завязав свой халат. Блин, как больно. Сейчас Агильери прилетит, тоже летучий. Он в начале колонны идёт на «Тушканчике». Специально для того, чтобы как можно быстрее мог бы добраться до любого корабля. В начале потому, что корабли движутся довольно быстро и лететь к хвосту колонны намного быстрее, чем к голове.

Ронка вернулась. Ну что? Говорит, сигнал передают по цепочке. Минут через 10 Агильери узнает, что его зовут. Больно. Помоги одеться. Ай!! Не, нафиг. Пусть так. Чего он, голых девчонок не видел, что ли? Тем более, врач.

Пока ждём скорую, Ронка метнулась в нашу каюту и притащила из бара бутылку здравура. Сиречь, водки. Налила в бокал грамм 200 и суёт мне. Водку мне пить нельзя, но если нельзя, но очень хочется – то можно. Так что я маханул стакан и зашёлся в диком кашле. Ядрёный здравур! Зато боль малость отступила.

А вот и он, добрый доктор Айболит. Чего случилось? Вот чего случилось. Как это? Неважно как. Вылечить можно? Агильери напрягся, покряхтел и выдал Великое Исцеление. Хоп. Вот и всё. С-спасибо. Приближается шторм? А чего палуба качается? Вы думаете, это не палуба, а я? Ронка, п-помоги дойти до к-кровати. Х-халат? Пофигу. Ну, одевай. С-спасибо, доктор…

Проснулся я уже к вечеру с дикой головной болью, ужасным сушняком и отчаянным желанием пойти напугать унитаз. Последнее действие я и осуществил в первую очередь. Наверное, всё же не стоило пить. Четверть часа можно было бы и потерпеть. Но мне было так больно тогда. Ох, как же голова болит.

А где Ронка? Тут нету. Сверху слышатся сочные матюги матросов, которые, судя по звукам, тащат что-то тяжёлое и неудобное для переноски. Немного подумав, я решил, что это они, наверное, нашу бадью тянут обратно в трюм. А Ронка, вероятно, помогает боцману руководить процессом.

Я кое-как оделся и пошёл смотреть. Заодно и проветрюсь. Да, верно, мне как раз удалось застать финальную фазу эпопеи, когда матросы запихивали бадью непосредственно в трюм. Ничего, пусть поработают. Для того они тут и нужны. Считай, всё плавание бездельничали. Когда корабль идёт на магическом движителе, управлять им вполне способен один капитан с парой помощников. Остальная команда нужна лишь в случае движения под парусами. Ну, или если нужно перетащить куда-нибудь что-то тяжёлое. Вроде нашей бадьи.

На воздухе мне полегчало. А тут ещё и фрекен Бок подсуетилась и вынесла для меня кружку с рассолом. Спасибо, тётя. Какая, однако, душевная женщина. Надо будет ей премию выписать по возвращении. Ронка зовёт на ужин. На ужин? Прислушиваюсь к своему организму. Ну, давай попробуем. Тем более что я не обедал. А что у нас на ужин?..

Глава 4

– Так что это было, Леона? – спрашивает Ронка, обгладывая куриное крылышко. – Что с твоей рукой?

– Сундук. Я залезла рукой в сундук.

– И что там?

– Не знаю. Что-то случилось с ним.

– Покажи.

– Только руками не лезь внутрь.

Открыл сундук. Камни, глина, на пол капает грязная вода. Упал маленький камушек. Чтобы не пачкать ковёр, сразу закрыл. Но у меня ведь два сундука. Один связной и один обычный, с входом лишь с моей стороны. Открыл связной. То же самое. Грязь, камни.

– И как это понимать, Ронка?

– А они далеко друг от друга?

– Да нет, рядом. Я тогда не заморачивалась, порталы недалеко открыла. Метров 20-30 им друг от друга.

– Тогда понятно. Что-то там случилось. Землетрясение или нечто на подобии. Завалило твои сундучки, Леона.

– Гадство какое. А у меня там и деньги и книги и всё-всё-всё.

– Забудь.

– Как думаешь, Бенка из Академии сможет очистить гремлинами хоть один?

– Сомневаюсь. Передавит гремлинов просто. Вспомни, что с твоей рукой случилось. Это же не скала, а завал. Он нестабилен.

– И что делать?

– А что мы можем? Жить дальше. Вернёмся – сделаешь новые сундуки. А эти всё. Тю-тю.

Тут я вспомнил, что у меня был ещё один, ледяной. Я очень давно им не пользовался, так как он оказался непрактичным. Ну-ка… Надо же, работает. Открылся. Так и дунуло оттуда морозом. Мы сейчас в тропиках, и на контрасте это особенно заметно. Есть сундук. Правда, он совершенно пуст. Там нет ничего, кроме покрытых толстым слоем льда деревянных полочек. Но при нужде я смогу засунуть туда что-нибудь морозоустойчивое. Хоть что-то.

– Завтра прибываем. Ронка, а как мы этих пиратов будем искать?

– У Ригорна спрашивай, что он задумал. Обычно на живца ловят. Посылают торговцев широкой гребёнкой, а за ними наш кораблик. При угрозе нападения торговец подаёт сигнал дымом. Мы подходим и берём злодеев тёпленькими. А потом пленные рассказывают, где их база и кто скупает награбленное. Через перекупщика и других пиратов накрываем. Но, может, Ригорн и ещё чего придумает. Он головастый.

– И пираты расскажут, где их база? И перекупщик сдаст других пиратов?

– Леона, дурочку-то не строй из себя. Забыла, кто я? МНЕ расскажут всё. Даже то, чего ещё и сами не знают.

– Извини. А как думаешь, наши ребята ещё могут быть живы?

Ронка закаменела лицом и скрипнула зубами.

– Надеюсь. Я всё ещё надеюсь, Леона. Но в любом случае тот, кто посмел напасть… он очень, ОЧЕНЬ сильно ошибся. Единственное, чего я боюсь, так это того, что он догадается сжечь себя и найдёт кого-то, кто развеет пепел над водой. Тогда я бессильна. Если же он всё ещё жив…

Мне стало страшно. Последние слова Ронка произнесла свистящим шепотом, и лицо у неё при этом как-то изменилось. Это сказала не знакомая мне Ронка, с которой я загорал рядом целый месяц, а некромант. Нет, не так. Это сказал Некромант.

Я тоже хочу надеяться, что мой Мишаня жив. Что его не убили, а лишь взяли в плен. Ректор очень не хотел отпускать меня. Я же Великая Мать Лесов. А это всё же далёкое плавание и какие-никакие, но боевые действия. Мне помогло то, что я дал Мишане возможность носить знак члена семьи мага. По неписанной традиции Академии, первоочередным правом мести в случае нападения на человека со знаком имел тот маг, который этот знак и выдал. Так что я поставил данный вопрос на голосование на заседании Малого Совета и ректор остался в меньшинстве. Совет традиции уважает.

– Слушай, Ронка, давно хотела у тебя спросить, – продолжаю я, – вот белый цвет, белые розы, это откуда у тебя? Почему ты так не равнодушна ко всему белому?

Ронка замерла, закрыла глаза и стала глубоко и шумно дышать.

– Леона, – хрипло сказала она через пару минут, не открывая глаз, – никогда, НИКОГДА не спрашивай меня об этом. Никогда! Слышишь, никогда!!

Она резко вскочила со стула, опрокинув его на пол, и метнулась к бару. Там она схватила полупустую бутылку вина, выдернула пробку и стала пить большими глотками прямо из горлышка. Нда. А чего я такого спросил-то? Столько лет прошло, а она всё ещё так переживает? Что же там было у неё, в юности? Загадка.

82
{"b":"270132","o":1}