ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Вы просто приводите меня в восторг! Что вы еще можете сказать относительно Дикса?

— Кажется, все. Между ними было нечто вроде соперничества. Жоан и Ненси доказывали друг дружке, что, допустим, на этой неделе у той или иной было больше свиданий с Пирсом или Диксом. Или с обоими. Некоторые ученицы даже заключали между собой пари относительно результатов их споров.

— Мисс Баннистер была в курсе их измышлений?

— Все были в курсе.

— И патронесса ничего не предпринимала, чтобы умерить их пыл?

— Пыталась. Всего несколько часов назад она угрожала Жоан исключить ее, если это будет продолжаться. Не знаю, пыталась ли она утихомирить и этих типов…

— Я надеюсь узнать и об этом. Еще никогда в жизни я не видел более запутанного дела.

— Совершенно ясно одно, — улыбнулась Каролин. — Следствие поручили настоящему мужчине.

— Тем не менее я не самый умный в полиции, — пришлось скромно возразить мне.

— Я не это имела в виду, — нежно прошелестела Каролин. — Хочу сказать, что вы, безусловно, самый нормальный из всех нормальных.

— Благодарю. Вам больше нечего мне сообщить?

— Были еще разные сплетни, но, мне кажется, на них не стоит обращать внимания… Вы, вероятно, уже слышали относительно жениховства Дикса и мисс Томплинсон?

— Мисс Томплинсон сама мне об этом заявила, и даже с большим чувством.

— Никогда не видела ничего более абсурдного, — засмеялась Каролин. — Она, должно быть, считает его новорожденным или чем-то в этом духе. Вертится вокруг него как курица-мать, даже при публике, и, если кто-нибудь посмеет сказать что-либо по этому поводу, с ней случается истерика.

— Да-а… Все это не слишком приближает меня к завершению дела. Во всех уголовных историях существует мотив для убийства. В основном все объясняется мотивами, и притом очень существенными, а не мелочью. Но в данном деле я до сих пор не могу найти хотя бы малейший повод.

— Сожалею, я очень хотела вам помочь.

— У меня застопорилось все дело, но тем хуже для меня.

В дверь постучали.

— Лейтенант Уилер? — раздался голос сержанта Полника. — Вы здесь?

— Что случилось?

— Шериф рвет и мечет. Желает поговорить с вами по телефону.

— До скорого, — печально улыбнулся я Каролин, направляясь к двери. — Сейчас меня подвергнут хорошей головомойке.

Глава 11

— Их схватили в двух милях от колледжа. Конечно, они неслись на полной скорости, — сообщил шериф. — Они рассказали нам всю свою историю. В настоящий момент эти ишаки повторяют ее, только происходит это уже в кабинете прокурора.

— Мефисто и Пис?

— Вот именно: иллюзионист и его помощник. Они сообщили, что вы заперли их в котельной и угрожали обвинить в убийстве, если они не признаются в краже драгоценностей во время представления. Оба отрицают это самым решительным образом. Если прибавить к их рассказу и рапорт Мэрфи, из которого следует, что вы были пьяны или ненормальны, то естественно, что у всех сложилось мнение, будто вы именно пьяны и, хуже того, не в себе.

— Я, конечно, могу объяснить все, но доклад займет слишком много времени.

— Хочу вам помочь, Уилер… Все это нас весьма беспокоит. У прокурора все настроены против вас, потому что я не заметил вашего сумасшествия и не заменил обычным служащим отдела убийств. Прокурор посчитал дело таким важным, что даже оторвался от подушки, чтобы прибыть в контору. Он мобилизовал двоих своих людей, и в настоящий момент те записывают каждое слово, которое произносят иллюзионист и его помощник.

— Представляю себе!..

— В случае если вы не сотворите чуда, нас обоих просто разнесут в клочья.

— Каким временем я располагаю?

— Э… по правде, очень небольшим. Я постараюсь задержать отъезд отряда из отдела убийств… скажем, на час, но не дольше. Это все, что мы имеем, Уилер, только один час.

— Не густо.

Шериф оптимистически спросил:

— Ну а кроме этого? Что-нибудь начинает прорисовываться?

Я нагло соврал:

— Все идет отлично! Задержите, насколько сможете, отъезд отряда, шериф! Я немедленно сообщу вам по телефону обо всем важном.

— Если этого не произойдет в течение часа, то можете не беспокоиться. Я уже буду в пути с парнями из уголовки.

Повесив трубку, я несколько секунд оставался в неподвижности, уставившись на телефон и задавая себе вопрос, не найдется ли приличное место для флика где-нибудь в Парагвае.

В кабинет ввалились Полник и След.

— Лейтенант, — мрачно проговорил сержант Полник, — вы ничего не хотите мне сказать? Что мы должны искать в этом чертовом заведении? Лично я провожу время, стуча в двери и спрашивая вас.

Инспектор След деликатно прочистил горло и заметил:

— А я провожу время, дегустируя кофе.

— С меня довольно! — бросил я инспектору. — Вы такой ловкач, что помогли задержанным смыться из котельной! Мефисто и Пис пойманы патрульной машиной в двух милях отсюда. Теперь они сидят в полиции.

— Ну что ж, — спокойно промолвил След, — это ведь хорошая новость, не так ли?

— Превосходная! Они заняты тем, что рассказывают прокурору, как мы незаконно лишили их свободы, и прокурор дегустирует это, как коллекционные вина. Знаю об этом из достоверного источника. Сам шериф сообщил мне об этом по телефону.

— Да-а… — скорчил физиономию Полник и вздохнул. — У меня создалось впечатление, что пришло время заняться воспитанием кур и кроликов.

— Только не бери в компаньоны Следа. Через неделю куры будут нести волосатые квадратные яйца.

Эта мысль неожиданно воодушевила Следа.

— А знаете, лейтенант, — обрадовался он. — Ведь это было бы неплохо. Квадратные яйца! Они никогда не упадут со стола.

С умоляющим видом я обратился к Полнику:

— Ты не мог бы увести его куда-нибудь и там потерять? А то я за себя не ручаюсь. Могу ведь превратить его яйца в квадратные!

— Я пытался, — признался Полник, — но он всякий раз находит дорогу обратно.

— По-прежнему никаких признаков Дикса?

— Увы… Я обшарил комнату известной вам особы, но его там не оказалось.

— А ты не пытался обнаружить его в бюстгальтере этой особы? Ладно, продолжай искать, я пошутил.

— Слушаюсь! Ты идешь, След?

Они вышли, я же отправился в комнату Жоан Крег, уже обысканную Следом. Кольт он уже там обнаружил. Было сомнительно, чтобы что-то ускользнуло от инспектора, но тем не менее… Это все же лучше, чем ничего не делать в ожидании приезда Лейверса и парней из отдела убийств.

Через четверть часа я закончил новый обыск, не найдя ничего интересного. Но все же решил бросить еще один взгляд на электрофон в углу комнаты. На проигрывателе лежал диск «Новые лица 1952 года». В тот год был открыт певец Эрл Китт, и его пластинка находилась среди множества других. Последняя песня диска называлась «Лиззи Борден».

Лиззи Борден? Где же я слышал это имя? И тут вспомнился вопрос, который мне задала Жоан Крег после моего проклятого выступления. Было ли преступление Лиззи Борден оправданно? Жоан, вероятно, как раз прослушала эту пластинку перед моим выступлением.

Я поставил пластинку с самого начала и принялся слушать. Очаровательная экстравагантность… Лиззи Борден рассказывает, как встретила летом на улице свою мать и зарезала ее.

Когда песня кончилась, я, погасив свет, быстро вышел из комнаты Жоан и направился в комнату Ненси Риттер. На этот раз я торопился. Через семь минут обыск был закончен и… ничего не обнаружено.

Я вернулся в кабинет и неожиданно вспомнил, что оглушенного Мефисто сунули в сундук в гимнастическом зале. И я решил, что именно там надо поискать этого гнусного типа Дикса.

Дверь оказалась закрыта, но не заперта. Приоткрыв ее на несколько сантиметров, я увидел, что внутри горит свет, и услышал такой диалог.

— Август, дорогой, — проворковала мисс Томплинсон, — ты любишь своего цыпленка?

— Ну да, Агата. — В голосе Дикса слышалась нервозность. — Ты прекрасно знаешь, что люблю.

20
{"b":"270214","o":1}